издательская группа
Восточно-Сибирская правда

У войны суровое лицо

От редакции. Безусловно, прочтя заголовок к этой небольшой подборке, которую составили выдержки из писем нашей почты, многие читатели тут же вспомнят книгу мужественной и талантливой белорусской писательницы "У войны не женское лицо". Конечно, мы, готовя к публикации эти фрагменты, учитывали такую ассоциацию. Вот только озвучили и мужские и женские голоса, разумеется, не претендуя на глубину обобщений, до которых поднялась в своей документальной прозе Светлана Алексиевич. Нам просто хотелось еще раз напомнить о том, что всякий раз, публикуя под рубрикой "Наша с тобой биография" читательские исповеди, мы словно по строчке вписываем в общую летопись страны свидетельства о пережитом, в котором одним из самым тяжких и жестоких испытаний была Великая Отечественная война.

И.И. Березняк, Иркутск: Мы — поколение, прожившее
не зря! О Великой Отечественной помним и знаем не по
рассказам — своими судьбами мы написали ее историю.
А говорить о ней трудно. Я воевала на Первом
Украинском, на Первом и Втором Белорусских фронтах,
в четвертой воздушной армии. Вот мы,
шестнадцатилетние девочки, — после школы не
добровольцы, а комсомольцы. Нас забирали, не
спрашивая, хочешь ли на войну…

И.П. Булыжный, Красноярск: Призывался я сразу после
школы из Тайшета. Уходил на фронт с уверенностью,
что скоро вернусь с победой. Песни хорошие мы тогда
пели о том, что «если завтра война, будь сегодня к
походу готов». Трудно было — «к походу» оказались
не готовы. Я воевал на Волховском фронте, попал в
окружение. Выбирались мы, трое парней, к своим
несколько суток. Потом долго доказывали, что не
лазутчики, не диверсанты, а свои. В штрафбате было
несладко, но я видел, как отчаянно, проглотив обиду,
дрались в нем парни. Потому и Победа наша — общая…

В.Н. Кротова, Иркутск: Я воевала на Втором
Украинском фронте. После войны окончила Горьковский
пединститут, преподавала в школе географию. Имею
награды. Похоронила двух сыновей, оба были военными.
Мне уже 81 год. Живу одна. Помогают «Защита» и
школа, в которой работала…

А.Е. Заболотский, поселок Усть-Ордынский: У меня 70
боевых вылетов. Воевал на Курско-Орловской дуге, в
небе над Румынией и Венгрией. Инвалид. Пройдя войну,
я понял, что страх испытывают все, но, когда
ввязываешься в бой, все, кроме решительности и
злости, — побоку. Или я убью врага, или враг —
меня…

А.Г. Хаснатинов, Иркутск: Нынешний год для меня и
моей жены, Полины Николаевны, особенный. Сначала
ей, а потом мне исполняется восемьдесят лет. Прошли
Великую Отечественную, оба — ее ветераны. После
войны мы полвека проработали на севере Читинской
области, там, где прошел БАМ. Его строили, чтобы
богатства победившей страны служили людям, а они
пока лежат мертвым грузом. Это обидно. Ну а война не
забывается. Не только потому, что дает о себе знать
ранение, полученное под Витебском. А потому, что
пережитое всеми советскими людьми потрясение было
столь велико, что из памяти его стереть
невозможно…

М.И. Вилков, Черемхово: Вернулся с войны хоть весь
израненный — у меня пять пулевых ранений и ампутация
правого бедра, — но живой. Послевоенный мой трудовой
стаж — полвека. Из них 40 лет отдал
«Иркутскэнерго».

О.И. Липко, Иркутск: Мне 75 лет. Когда началась
война, нас было у родителей четырнадцать детей. Так
что я из многодетной семьи. Трое братьев погибли на
фронте. Еще двое трагически погибли после Победы. Я
осталась сейчас совсем одна. Жизнь очень тяжелая…

Читайте также

Подпишитесь на свежие новости

Мнение
Проекты и партнеры