издательская группа
Восточно-Сибирская правда

«Альтернативы ограничены только воображением»

Общественность Иркутской области вслед за жителями Республики Бурятия высказалась против строительства гидроузлов в верховьях Селенги на территории Монголии. Таков итог публичных консультаций, проходивших с 16 по 18 мая. Взамен ГЭС «Шурэн» и водохранилища на Орхоне и простые граждане, и учёные предлагают рассмотреть альтернативы, не несущие угрозу экосистемам Байкала и Селенги.

– На своём опыте я ещё не видел ни одного проекта, где было бы столько проблем в одном комплексе, – отметил независимый эксперт по устойчивому развитию гидроэнергетики Артур Алибеков на пресс-конференции, прошедшей в разгар общественных консультаций по предварительному техническому заданию на региональную экологическую оценку проектов монгольских ГЭС в верховьях Селенги. – Это и трансграничный вопрос – река является объектом двух государств. И вопрос наличия объектов культурного наследия, которые попадают в зону воздействия [гидроузлов], и наличие охраняемых природных объектов, на которые может быть оказано негативное воздействие.

Гидроузлы – это ГЭС «Шурэн» на 245 МВт на основном русле Селенги и плотина с водохранилищем на её притоке Орхоне, от которого планируют построить трубопровод на юго-восток страны – в сторону Гоби. Есть и уже разработанный проект гидроэлектростанции «Эгйин-Гол» на 315 МВт, которая расположена на одноимённом притоке реки, вытекающем из Хубсугула. Однако Монголия настаивает на том, что её строительство является исключительно внутренним делом страны, поэтому воздействие от гидроузла должно учитываться в региональной экологической оценке (РЭО) и оценке воздействия на окружающую среду и социальных последствий (ОВОС и СП), которые проводятся в соответствии с требованиями Всемирного Банка. Последний финансирует проектные работы по программе «Поддержка инвестиций в развитие горнорудной промышленности» (Mining Infrastructure Investment Support Project, MINIS), предусматривающей, среди прочего, строительство гидротехнических сооружений.

«К счастью, в политике Всемирного Банка есть руководство «Международные водные пути», – подчеркнул директор общественной организации «Бурятское региональное объединение по Байкалу» Сергей Шапхаев. – И там чёрным по белому написано, что притоки реки, которая является трансграничной, тоже являются международными водными путями».

Общественность услышали и выслушали

По этой причине Всемирный Банк настоял на том, чтобы техническое задание на РЭО и ОВОС и СП было подготовлено по итогам общественных консультаций с жителями территорий, которые попадают в зону воздействия гидроузлов. То есть Республики Бурятия и Иркутской области. В десяти районах первой слушания состоялись в конце марта и завершились совещанием в Улан-Удэ. Во второй они проходили с 16 по 18 мая в Слюдянском, Ольхонском и Иркутском районах. Точнее, в Слюдянке, Еланцах и самом Иркутске – в последнем случае у районной администрации попросту не было подходящего помещения.

Решение о проведении консультаций стало возможным в первую очередь благодаря общественным деятелям России и Монголии из числа экологических активистов. Именно они весной 2015 года подали обращение во Всемирный Банк о необходимости провести экологическую оценку монгольских проектов и тщательно их проанализировать с точки зрения альтернатив, оказывающих меньшее влияние на природу.

Два года назад по его следам в Монголию выехала мониторинговая миссия финансового учреждения. Затем последовала дипломатическая работа, одним из результатов которой стало заявление председателя КНР Си Цзиньпина, прозвучавшее в июне 2016 года в ходе трёхсторонней встречи с президентом России Владимиром Путиным и главой Монголии Цахиагийном Элбюгдоржем, о том, что Экспортно-импортный банк Китая заморозит выделение кредита в 1 млрд долларов на строительство ГЭС «Эгийн-Гол» до того момента, когда будет завершена экологическая оценка проектов гидроузлов на Селенге. И общественные консультации по техзаданию на её проведение.

«Через два года будем решать»

По сравнению с Бурятией в Иркутской области на них был достигнут определённый прогресс. Вопросы уже можно было задавать устно, а не в письменном виде, как требовалось раньше. Вдобавок монгольская сторона, которая и без того старалась вести себя дипломатично, смягчила тон выступлений. «Очень может быть, что мы примем нулевой вариант, – сообщил руководитель проекта ГЭС «Шурэн» Ёндонгомбо, выступая на слушаниях в Еланцах. – Имеется в виду, что никакой электростанции не будет, если будет большое воздействие на Байкал и никакими мерами мы не сможем его минимизировать. Думаю, через два года мы будем это решать».

Именно столько, согласно материалам для консультаций, отводится на проведение региональной оценки и оценки воздействия на окружающую среду. Однако жители Иркутской области, как и общественность Бурятии, уже сегодня выступают против строительства гидроузлов. По ГЭС «Шурэн» такую позицию заняли 2393 человека из Слюдянского района, по водохранилищу на Орхоне – 2190. В Ольхонском районе против этих проектов высказались 1164 и 1146 человек соответственно.

– На моей территории живёт более двух тысяч человек, – рассказал глава Голоустненского муниципального образования Михаил Соболев на третий день слушаний (они проходили в актовом зале президиума Иркутского научного центра СО РАН). – Все эти люди так или иначе связаны с Байкалом, каждого интересует судьба озера. Проведено ознакомление с пакетом документации по техническому заданию самого активного числа жителей. Около 200 человек ознакомились, вникли, им стало понятно, о чём идёт речь. Увы, на сегодняшний день наша точка зрения по поводу предполагаемых объектов отрицательная. Нам кажется, что необходим более широкий подход, ведь будет затронута экосистема Байкала. Возможно, изыскание каких-то альтернативных вариантов.

Монгольская сторона, не отрицая необходимость такого поиска, настаивает на том, что ГЭС – это возможность разом решить проблему энергетического дефицита и водоснабжения государства с растущим населением, на территории которого расширяется пустыня. Пятая часть из 5,7 млрд кВт-ч электричества, потреблённых в стране в 2015 году, пришлась на долю импорта. Дефицит мощности во время пиковых нагрузок превышает 200 МВт, при этом установленная мощность всех электростанций Монголии составляет 1,15 ГВт.

– Мы полностью разделяем все те опасения, все те риски, о которых говорили сегодня и на предыдущих обсуждениях в Бурятии и Иркутской области, – заметил глава Ассоциации развития энергетики Монголии Ганболд, выступая на консультациях 18 мая. – Тем не менее почему мы приехали сюда? Мы же не мазохисты какие-нибудь, чтобы нас тут распинали. Нам надо жить. Энергообеспеченность и водообеспеченность Монголии – одни из самых низких в мире. Это наши сегодняшние проблемы. Я согласен, что Солнце будет пять миллиардов лет светить, но мы не можем ждать. Советские и сегодняшние исследования должны быть как-то совмещены, мы должны найти какой-то выход. Только на солнце и на ветре мы не может жить, на таких источниках энергии сегодня не развивается горнорудная промышленность или любая другая индустрия.

Под подземным ударом

– Альтернативные варианты ограничены, грубо говоря, только технологией и воображением, – фактически возразил Алибеков за несколько часов до его выступления. – Я насчитал около 15 вариантов, возможных технологически. Их может быть больше при различной комплектации технологий.

Один из самых очевидных – гидроаккумулирующая гидроэлектростанция. Проще говоря, два огромных резервуара на разной высоте, соединённых трубами. Когда возникает потребность в электричестве (пики потребления обычно приходятся на утренние и вечерние часы), воду из верхнего переливают в нижний, по пути пропуская через гидроагрегаты. А ночью, когда её нет, закачивают насосами обратно. Такое сооружение требует несколько больших затрат по сравнению с классической русловой ГЭС, и себестоимость энергии получается выше, но нет экологических рисков, которые в случае с Байкалом и Селенгой крайне высоки.

Учёные из Института систем энергетики имени Л.А. Мелентьева СО РАН подсчитали: если заработает Шурэнская ГЭС, сток монгольской части Селенги в зимние месяцы может вырасти в три–пять раз, а в мае и июне – снизиться в два и пять раз соответственно. В дельте Селенги, которая обеспечивает до половины притока воды в Байкал, сток всей реки может уменьшиться на 15–30% в летние месяцы и увеличиться в два-три раза в зимние. В случае маловодья влияние летом будет ещё более ощутимым.

– На чаше весов находится либо решение экологических вопросов, либо экономика проектов, – констатировал Алибеков. – Если коллеги-гидроэнергетики из Монголии пойдут на то, чтобы сохранять естественный сток, они должны будут регулировать воду в соответствии с природными течениями, что приведёт к потере экономики проектов. Если поставят в приоритет экономические вопросы, это неизбежно приведёт к тому, что будут деградировать естественные экосистемы. Здесь выбор очень острый и очень болезненный для обеих сторон, но его придётся делать.

Заведующий лабораторией современной геодинамики Института земной коры СО РАН Владимир Саньков, в свою очередь, сообщил, что створы проектируемых гидроузлов находятся в сейсмоопасном районе. Здесь пролегает несколько тектонических разломов, в окрестностях которых не раз происходили сильные землетрясения магнитудой более 8,0 по шкале Рихтера. Советские изыскатели, проводившие здесь работы в шестидесятых–семидесятых годах прошлого века, об этом попросту не знали – соответствующие исследования были проведены в начале XXI века.

«Может быть, стоит посмотреть на этот район более пристально, более профессионально выбирать места для таких сооружений?» – резюмировал Саньков. Информированный источник в кулуарах слушаний заметил, что таким местом может быть створ ГЭС «Эгийн-Гол» (где сейсмическая опасность тоже достаточно велика): у монголов на руках есть проект станции, прошедший все согласования внутри страны, и практически готовая строительная площадка. Нет разве что денег на его реализацию, но найти их проще, чем преодолеть сопротивление общественности.

Читайте также
Свежий номер
Фоторепортажи
Мнение
Пресс-релизы
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Adblock
detector