издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Иностранцы учат нас... русской традиции

Иностранцы
учат нас…
русской традиции

Георгий
КУЗНЕЦОВ, "Восточно-Сибирская
правда"

В
Иркутске в рамках проекта Тасis
состоялся семинар, посвященный
развитию и совершенствованию
принципов управления лесным
хозяйством в водосборном бассейне
Байкала, в том числе и с
использованием компьютерных
геоинформационных технологий.

Проект,
осуществляемый фирмой "Finnagro"
из Финляндии, близок к завершению.
Пять прилегающих к Байкалу
лесхозов Иркутского управления
лесами и 11 лесхозов в Бурятии
обеспечены достаточным
количеством компьютерной техники и
нужными программами, проведено
обучение инженеров леса. Все за
счет средств Европейского союза.

Семинар был
организован, чтобы расставить
оставшиеся точки над "i":
подвести некоторые итоги
сделанному, выявить упущения,
определить неясности, совместно
найти ответы на вопросы, возникшие
в ходе исполнения проекта. В его
работе, кроме руководителей и
инженеров леса пяти пилотных
лесхозов — Ангарского,
Голоустненского, Иркутского,
Ольхонского и Слюдянского,
принимали участие представители
областной администрации,
Иркутского управления лесами,
Прибайкальского
лесоустроительного и
аэрогеодезического предприятий.

Доклад
руководителя проекта Пертти
Вейолы, финского специалиста,
третий год почти безвыездно
живущего в Сибири, был посвящен
развитию и совершенствованию
плановой системы управления лесами
Прибайкалья. На первый взгляд это
может показаться странным и
нелепым: специалист из страны с
рыночной экономикой учит
планировать нас, семьдесят лет
составлявших и потом дружно
перевыполнявших всевозможные
планы. Только наша система никогда
не была плановой, она была
директивной.

Лесное
хозяйство России (только не путайте
его с лесозаготовительной
промышленностью) — отрасль
довольно консервативная. И во
времена перестройки, когда многие
предприятия, в том числе
лесозаготовительные, очертя голову
бросились в рынок, отказавшись от
всяких планов, лесоводы,
благоразумно избежав приватизации,
продолжали скрупулезно
планировать, как выжить самим и
сберечь живой лес, как поделить
жалкие крохи бюджетных средств,
чтобы их хватило (хоть по чуть-чуть)
и на охрану лесов от пожаров, и
браконьерских рубок, и на
лесовосстановление, и на
собственную зарплату.
Консервативность, как показала
жизнь, не оказалась лишней.
Большинство очень даже богатых в
прошлом леспромхозов в бесплановой
экономике полностью разорилось,
оставив в лесных поселках тысячи
безработных лесорубов. А лесхозы,
никогда не жившие богато,
худо-бедно, но существуют и
несмотря на все кризисы умудряются
справляться со своей главной
задачей. Каким-то чудом лесники
исхитряются даже кое где
восстанавливать ранее вырубленные
и выжженные леса. В прошлом году
суммарная площадь рукотворных
лесов (за все годы с начала
организации
лесовосстановительного дела) в
нашей области достигла миллиона
гектаров.

Высоко
оценивая лесоводческие методы
России (некоторые из них теперь
более активно используются в
европейских странах, чем на родине)
и поддержав сам принцип плановости
ведения лесного хозяйства, П.
Вейола вместе с тем отметил их
чрезмерную централизацию. Планы у
нас большей частью
"спускаются" в лесхозы
"сверху", в то время как, по
убеждению финского специалиста,
они должны формироваться с самого
низа, с работы рядового лесника в
своем обходе. П. Вейола не назвал
это директивным планированием,
может быть, только потому, что,
делая доклад на русском языке, не
смог подобрать этого слова.

П. Вейола
говорил о желательности
"мягких" планов, которые можно
было бы легко корректировать в
зависимости от реально
складывающейся ситуации. Он
сетовал, что наши планы непонятны и
часто вообще неизвестны населению
той территории, которой этот план
касается. Что они часто не
учитывают интересы местных
жителей, а иногда и противоречат им.

Руководитель
проекта Tacis не говорил почти ничего
принципиально нового, о чем бы наши
лесоводы совершенно не знали.
Некоторые его выводы и замечания
казались даже банальными. Любой
лесник и уж тем более лесовод с
высшим образованием может, к
примеру, также бесконечно долго
перечислять всевозможные виды
эксплуатации лесных ресурсов.

Но вот когда
дело доходит до реальной
эксплуатации, все замыкается на
одном единственном виде — вырубке
этого леса. Если к доброму
сосновому или лиственничному
лесному массиву проложить дорогу,
по которой способен проехать
лесовоз, можно не сомневаться:
никакие брусничники, родники и
пейзажи этот лес уже не спасут. В
наших планах и тем более в практике
только этот вид лесопользования —
сплошная рубка — и признается
серьезным. Отношение к остальному —
как к чему-то дополнительному,
возможному или желательному, но не
обязательному. В последние годы,
правда, привычку махать топором
налево и направо без разбора сильно
ограничивает пакет
природоохранного
законодательства. И слава богу.

Для меня
большим откровением оказались
слова финского специалиста о том,
что именно российская
лесоводческая наука заложила,
причем давно, основы столь модного
сегодня на Западе
ландшафтно-экологического
планирования. Да, да. Того самого,
которое теперь пытаются внедрить у
нас в районе Большого Голоустного
немцы и еще кто-то по программе
Евросоюза. Основы заложили мы, а
развили и используют ландшафтное
планирование на практике
европейские страны. Россия же ходит
в не слишком прилежных учениках.

П. Вейола в
своем докладе особо подчеркивал,
что планирование само по себе не
может принести пользы. Пользу
приносит правильно спланированное
и исполненное дело. Планирование —
не цель, а средство для достижения
цели самым коротким и рациональным
путем. На поверхностный взгляд это
может быть воспринято как
словесная эквилибристика и
банальность. Но умный человек,
думаю, найдет в этих аксиомах повод
для глубоких размышлений.

Мысли,
высказанные Пертти Вейолой,
логично дополнял и развивал доклад
голландца Альберта Ван Дика. Он
специалист компьютерных
технологий, и темой его выступления
было использование
геоинформационных систем (ГИС) в
управлении лесным хозяйством.

Попробуйте
представить себя лесоводом, а лучше
— хозяином леса, которым вам и детям
вашим предстоит пользоваться для
личной пользы и личного
благополучия, в том числе
материального. Приехали вы на место
и видите прекрасный сосновый бор,
изумительные пейзажи. Под ногами —
богатейшие брусничники. Соболи и
белки по деревьям прыгают. Из-за
поваленной лесины рога дремлющего
лося торчат. Под горкой — родники
чистоты удивительной, среди
которых и лечебно-целебные
встречаются.

При такой
фантастической картине невольно
задумаешься, как бы поэффективнее
лесное богатство в личный капитал
превратить. Можно, конечно,
вырубить все подчистую и враз
миллионером стать. Потом на этом
месте новый бор посадить, чтобы
через сто лет его праправнуки могли
вырубить и тоже обогатиться. А
может, надежнее здесь промышленный
сбор брусники организовать и за его
счет всем последующим поколениям
жить стабильно и безбедно? Или
охота на соболей выгоднее? А если
курорт построить при таких-то
пейзажах да родниках целебных? А
возможно ли совместить охоту,
бруснику да еще небольшой курорт в
придачу?..

Перед вами
сотни вариантов лесопользования.
Сумеете ли вы с калькулятором и
шариковой ручкой просчитать их лет
на сто вперед, чтобы самый
оптимальный вариант выбрать?

Вот тут-то и
приходят на помощь компьютерные
информационные технологии, о
которых Альберт Ван Дик нашим
лесоводам рассказывал. Компьютер в
сочетании с умными мозгами живого
специалиста с такой задачей
справится. И много-много времени
умному инженеру леса сэкономит.

Авторы
лесобайкальского проекта Tacis верно
рассудили, что хороших мозгов в
Сибири хватает, а вот компьютеров и
денег на их приобретение — совсем
наоборот. Потому и выделили за счет
Евросоюза каждому пилотному
лесхозу по два комплекта
компьютерной техники вместе со
специальным программным
обеспечением. И все это для того,
чтобы особыми байкальскими лесами
по особо просчитанным планам с
особой эффективностью управлять
можно было. Чтобы ошибок было мало,
а пользы для Байкала и местного
населения — много. Это и есть цель
проекта, удивительно точно
совпадающая с главнейшей целью
прибайкальских лесоводов — так
вести лесное хозяйство, чтобы и
людям, и природе жилось радостно и
приятно.

И поскольку
проект завершается к завершению,
стали на том семинаре
представителей пилотных лесхозов
спрашивать, как дело продвигается.
Как ГИС-технологии лесом управлять
помогают? Не возникло ли проблем
каких неожиданных, проектом не
предусмотренных?

Первый,
второй,.. пятый к трибуне выходит,
все, хоть и разными словами, но одну
оценку дают — хорошо и полезно! И
первый, и второй,.. и пятый
благодарят Евросоюз и программу Tacis
за бесплатные компьютеры. А насчет
проблемок — с нюансами некоторыми,
но в принципе, она тоже одна у всех
возникла: дело в том, что нашим
инженерам леса некогда за
компьютерами сидеть. Времени на это
у них не хватает, потому что им
работать надо, свои прямые
обязанности исполнять, которых
очень много. Например, планы
разрабатывать, самые эффективные
виды лесопользования определять,
деляны, где лес рубить можно,
отыскивать. И говорили выступающие,
что хорошо бы, мол, для решения этой
маленькой проблемки в лесхозах
специальную штатную единицу
ввести, чтобы она за компьютерами
сидела, пока инженеры леса и
руководители лесхозов своей
работой занимаются.

Леонид
Николаевич Ващук, главный лесничий
Иркутского управления лесами,
самым "непонятливым
семинаристом" оказался. Стал он
представителям пилотных лесхозов
всякие уточняющие вопросы
задавать. В том числе, в отличие от
деликатных иностранцев, и ехидные.
А потом предложил простой и дешевый
путь решения этой неожиданной
проблемы. Поскольку денег на
зарплату "дополнительной
единице" все равно нет, посадить
за компьютеры по совместительству
лесхозовских уборщиц. Прямых
обязанностей у них гораздо меньше,
вот и пусть, мол, они ГИС-технологии
осваивают, планы рационального
управления лесным хозяйством на
берегах Байкала разрабатывают и в
качестве директив вручают их
лесным инженерам и директорам
лесхозов.

Тут я слегка
утрирую, конечно. Но, хочется
верить, не слишком обидно для
специалистов пилотных лесхозов.
Истинная проблема, на мой взгляд,
заключается в том, что при прошлой
директивной системе управления
(слегка замаскированной под
плановую) серьезные люди очень
несерьезно относились к
составлению планов. Их большей
частью даже не составляли и тем
более не разрабатывали, а просто
писали. И не для "улучшения
действия", а для того, чтобы
скорее отвязаться от
начальствующих демагогов и
заняться реальным делом.

Похоже, что
такое отношение к планам у многих
деловых людей сохранилось до сих
пор. Подчеркну — у деловых людей. В
теоретических рассуждениях о
перспективах все согласно кивают
головами, все понимают, что хороший
план — это хорошая помощь в
реальном деле и что без доброго
плана много недоброго для будущих
поколений наворотить можно. Но для
того чтобы хоть какая-то
перспектива была возможна в
принципе, чтобы появились будущие
поколения, сегодняшнему поколению
нужно как минимум выжить. У лесных
инженеров нет времени сесть за
компьютер и заняться его освоением,
созданием баз данных,
перспективным планированием,
потому что они заняты сиюминутной
проблемой выживания. Ващук знает
это лучше многих. Но Леонид
Николаевич — человек
основательный. Временных решений
старается не принимать. Он видит,
понимает, что компьютеры отнимают у
инженеров леса много времени лишь
потому, что сегодня они, отсиживая
по нескольку часов в день перед
дисплеем, еще не работают, а лишь
учатся работать с этой прекрасной,
умной техникой. Не пользуются
базами данных, а создают, формируют
их. "Тяжело в ученье, легко в
бою" — это мудрые слова. Это
истина.

В семинаре,
напомню, участвовали еще и
представители госкомитета по
охране окружающей среды,
аэрогеодезического и
Прибайкальского
лесоустроительного предприятий,
областной администрации. По
формальным признакам они как будто
бы не являются прямыми участниками
этого проекта Tacis, но создание
полноценных компьютерных баз
данных и полноценное использование
современных ГИС-технологий без их
активного участия, пожалуй,
невозможны. А участие в период
становления нового дела требует
вложения средств, которых, как
показали выступления, в
достаточном количестве нет ни у
кого. И, тем не менее, специалисты
разных ведомств с готовностью шли
на многочисленные взаимные уступки
и компромиссы, вплоть до
бесплатного исполнения некоторых
работ. Совместными усилиями
умудрялись находить выход из почти
безвыходных ситуаций. И мне со
стороны было хорошо видно, что этих
очень разных людей, разных
специалистов объединяет общее
стремление… нет, не к возможной
прибыли в будущем, а к сохранению
прибайкальских лесов. Особых лесов,
сохраняющих живым наш Байкал.

Читайте также

Подпишитесь на свежие новости

Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер