издательская группа
Восточно-Сибирская правда

"В XXI век АО "Иркутскнефтепродукт" вступает энергично и твердо"

Юрий
Лебедянский, генеральный директор:

"В XXI
век АО "Иркутскнефтепродукт"
вступает энергично и твердо"

Дорогие друзья, дорогие
коллеги, иркутяне, жители Иркутской
области! Нашему предприятию
исполнилось 70 лет. В 1929 году в СССР
был создан "Союзнефтеторг",
положивший начало организации
системы снабжения нефтепродуктами.
Для нас этот юбилей — большой и
важный праздник, потому что только
в такие дни есть возможность
остановиться и взглянуть на
пройденный путь, оценить его,
проанализировать и принять ту
единственную стратегию
дальнейшего развития, которая
позволит достичь новых рубежей. Мы
не будем настаивать, что без нашей
деятельности рухнет мир и
остановится жизнь. Но мы точно и
ясно осознаем свое место в
экономической и социальной жизни
региона. И мы представляем, сколь
важна и почетна наша пусть
негромкая, но такая необходимая
работа. Открытое акционерное
общество
"Иркутскнефтепродукт" прошло
долгий и не всегда легкий путь в
своем развитии. Когда-то в арсенале
наших нефтебаз не было ничего,
кроме осиновой бочки да обычного
шланга. Сегодня это современное
производство, оснащенное всем
необходимым для выполнения нашей
основной деятельности. И по воде и
по суше мы отправляли
нефтепродукты в самые разные
уголки России, ближнего и дальнего
зарубежья, за границу. На базе
филиалов Иркутского
территориального управления в
разные периоды были созданы
Кемеровская, Красноярская,
Бурятская, Читинская, Тувинская,
Якутская нефтесбытовые сети.
Основной задачей общества, как и
раньше, является своевременное и
бесперебойное снабжение и
реализация нефтепродуктов в районе
своей деятельности. Общество
оказывает содействие и
благотворительную помощь детским
домам и интернатам, домам
престарелых, бюджетным
организациям, содержит на своем
балансе объекты соцкульбыта —
детские сады, оздоровительные
комплексы, базу отдыха. Мы были с
вами свидетелями и участниками
сложного процесса акционирования.
Время подтвердило, что избранный
нами путь является правильным. Мы
сумели сохранить коллектив, мы
сумели обеспечить развитие
производства, мы чувствуем, что
работали плодотворно и
целеустремленно. Я благодарю всех
за совместную деятельность, за
доверие, которое оказывали вы как
сотрудники и партнеры мне и команде
менеджеров. Накануне юбилея,
оценивая реальное состояние и
перспективы акционерного общества,
могу с уверенностью сказать: в ХХI
век мы вступаем энергично и твердо.

Что такое
акционерное общество
"Иркутскнефтепродукт", знают и
малые и взрослые. Это тепло в
квартирах и свет, это топливо для
автомобиля и электростанции, это
посевная и уборочная, это в
буквальном смысле жизнь для
Севера… Это нефть, это
нефтепродукты. Но за фасадом офиса
работают люди, такие же как мы с
вами. Просто у каждого своя работа.
Одни учат детей в школе, другие
мостят дороги, третьи шьют костюмы,
а работники и менеджеры
"Иркутскнефтепродукта"
обеспечивают нефтепродуктами
целую область и целый регион.

Так что же
сегодня представляет из себя
акционерное общество? На этот и
другие вопросы отвечает
генеральный директор общества Юрий
Лебедянский.

Ю.
Лебедянский:
В настоящее время
открытое акционерное общество
"Иркутскнефтепродукт"
представляет собой 14 нефтебаз,
более 100 автозаправочных станций,
более 20 нефтескладов. Все эти наши
подразделения — составные части
одного юридического лица — ОАО
"Иркутскнефтепродукт".

Они являются
операторами по сбыту
нефтепродуктов и оказанию услуг.
Все договоры по реализации
нефтепродуктов заключаются
головным подразделением —
"Иркутскнефтепродуктом". В
сегодняшних экономических и
политических условиях это
позволило централизовать
финансовые и товарные потоки,
следовательно, более экономно и
эффективно расходовать средства.

Мы не
случайно называемся системой:
географически, инженерно,
технологически
нефтепродуктообспечение —
своеобразная комплексная
структура, где все взаимосвязано
между собой, где все службы, образно
говоря, работают как часовой
механизм — шестеренки цепляются за
шестеренки, пружинки тянут стрелки
и т.д.

Мы довольно
консервативная система, поскольку
каждая операция отрабатывалась —
десятилетиями, а отдельные
процессы — веками. Напомню, что
первые склады нефтепродуктов
братьев Нобелей в Иркутске,Тулуне,
Черемхове, Култуке появились в
конце прошлого столетия…

Мы связаны со
всеми стихиями: с водой — наши
танкеры ходят по водным артериям
края; с сушей — наш емкостный парк —
серебристые цилиндры, словно
грибные семейки, вросли в землю; с
огнем — нефтеобеспечение — опасное
дело. Наши специальные пожарные
подразделения всегда начеку…

Корр.:
В системе вы работаете более 15 лет.
Вам есть с чем сравнивать. Сложнее
или легче стало работать сейчас?

Ю.
Лебедянский:
Работать стало
сложнее начиная с 1989 года. В это
время система переходила на
хозрасчет. Мы стали
самостоятельными. Кадровый
потенциал был настолько высок, что
мы безболезненно перешли на
самоокупаемость. Если раньше мы
выполняли функции операторов,
поскольку все приказы рождались в
центре, а мы их только исполняли, то
потом ситуация поменялась
кардинально. Хотя и работа
операторов в таких масштабах
требует огромных усилий, точности,
аккуратности. Но настоящие
сложности начались, когда
государственное предприятие стало
акционироваться.

Я очень рад,
что в свое время директора нефтебаз
поддержали меня как руководителя
общества в том, чтобы
акционироваться вместе. Другими
словами, помогли сохранить весь
потенциал, не растаскивая его по
углам.

Мы никого
силой не тянули в акционерное
общество. Накануне сказали
директорам нефтебаз: кто желает
свободы, самостоятельности, может
ставить вопрос в коллективе, и если
будет соответствующее решение —
вольному воля.

Но были и
веские доводы, что этот путь
тупиковый. Мы уже тогда
просчитывали экономическую
ситуацию и понимали: будут
снижаться обьемы производства —
следовательно, снизится
потребление нефтепродуктов. Рынки
сбыта будут сужаться, и отдельна
взятая база, даже благополучная,
прибыльная сегодня, может
оказаться на мели. Наши прогнозы
подтвердились полностью.

Сохранив
единую структуру и управление, нам
даже во времена "дикого
становления рынка" удавалось
оптимизировать деятельность.
Возьмите проблему кредитования. Вы
помните, в начале 90-х годов сколько
стоили деньги? Кредиты выдавались
под 170—213 % годовых. Кто мог
позволить себе получить средства
под такие проценты? Только крупная
компания. Только она могла
обеспечить соответствующий залог,
только она имела возможность
отдать заемные деньги и получать
новый кредит. В тех экономических
условиях отдельно взятая нефтебаза
неминуемо погибла бы. А с
акционерным обществом
"Иркутскнефтепродукт"
безусловно считались. И многие
подразделения были сохранены
именно благодаря созданию единого
общества
"Иркутскнефтепродукт",
которое, в свою очередь, стало
составной частью
Сибирско-Дальневосточной нефтяной
компании — "Сиданко".

Экономический
успех не всегда достигается в
сиюминутных ситуациях.
Устойчивость, ритмичность как раз
достигается при лавировании,
поиске наиболее рациональных
решений, балансе интересов всех
подразделений компании.

К примеру,
Жилкинская нефтебаза
сконцентрировала вокруг себя
большинство автозаправок. И,
естественно, реализация здесь
большая.

Зато
Усть-Кутская нефтебаза имеет
огромное значение при выполнении
планов так называемого северного
завоза. А Култукская нефтебаза еще
недавно была главной в снабжении
бамовских строек…

Единая
ценовая, сбытовая политика
позволяла акционерному обществу
выигрывать в целом.

Корр.:
Раньше вы были монополистами.
Теперь на местном и региональном
рынке появилось немало других
компаний.

Ю.
Лебедянский:
Мы сегодня
оцениваем свой сегмент рынка в 20-25 %.
Ряд крупных производств угольной
отрасли, энергетики, металлургии,
железнодорожники, агропром стали
самостоятельно решать вопросы с
нефтепродуктами.

Мы сумели
сохранить сеть АЗС. Существует
целый ряд услуг, которые, кроме нас,
никто предложить не может. И,
конечно, гибкая ценовая политика
позволяет нам даже в условиях
отказа от монополии быть основным
игроком на рынке нефтепродуктов
Восточной Сибири.

Корр.:
Во многих регионах России
разразился самый настоящий
топливный кризис. Отголоском его в
Иркутской области стало повышение
цен на нефтепродукты. Но отсутствия
или перебоев с основными
продуктами не было. Это итог работы
общества, или в преддверии 70-летия
"Иркутскнефтепродукта" вы
любыми силами старались не
испортить "праздничного
настроения"?

Ю.
Лебедянский:
Я все-таки думаю,
что это общий итог деятельности
системы. Кризисных факторов может
быть много. Но основным является
все-таки ценовая политика.
Нефтепродукт есть — денег нет. Мы же
формируем ценовую политику. Не
позволяем конкурентам, работающим
на общем с нами рынке, задирать
цены. Естественно, у коммерсанта,
который имеет одну-единственную
заправку, стоимость бензина может
быть ниже нашей. Он ведь не связан с
колоссальными затратами на
инфраструктуру.
"Иркутскнефтепродукт", в свою
очередь, является фактическим
ограничителем стихии рынка
нефтепродуктов. При всей нашей
огромной инфраструктуре,
обязанности платить за землю,
содержать подразделения пожарных,
наливной флот и т.п. система
довольствуется не сверхприбылью, а
разумным процентом рентабельности.
Поэтому и цена на продукт не пляшет,
а формируется с ориентацией на
потребительский рынок.

Безусловно,
чтобы не было кризиса, огромную
работу проделала областная
администрация, добывая для
переработки нефть.

И, конечно,
спасибо АНХК. Во многом благодаря
ее деятельности выработка
нефтепродуктов шла без срыва.

Кризис — это
отсутствие продукта и неподъемные
цены. Общими усилиями нам этого
удалось избежать.

Корр.:
В настоящее время акционерное
общество
"Иркутскнефтепродукт" входит
в "Сиданко". Об этой нефтяной
компании пишут много и
рассказывают разное. "Сиданко"
в кризисе. Как это влияет на
"Иркутскнефтепродукт"?

Ю.
Лебедянский:
Я очень сожалею,
что "Сиданко" отказалась от
управления АНХК. Между ними было
много сложностей, и мне трудно
судить, как чувствовала себя АНХК в
составе "Сиданко". Но как
генеральный директор
"Иркутскнефтепродукта" говорю
совершенно однозначно: после
отказа "Сиданко" от управления
АНХК мы сразу же стали испытывать
колоссальные трудности с
получением нефтепродуктов. Не
сложись такая ситуация, цены в
области на нефтепродукты так не
росли бы. Осуществляя внешнее
управление, "Сиданко" брала
обязательства поставлять нефть.
Что и делала. По договору
нефтепродукты продавались нам на 15
% ниже заводских цен. Следовательно,
и на рынок наша продукция поступала
дешевле.

Мы были не
ограничены в количестве
нефтепродуктов. Сколько нам надо,
столько и давали.

И, наконец,
получали отсрочку по оплате за
поставляемые нефтепродукты.
Сейчас, конечно, ничего этого нет.

Всем, кто в
отсутствие "Сиданко" пришел на
областной рынок, абсолютно
безразличен внутренний рынок.
"Сиданко", наоборот,
декларировала свою
заинтересованность именно во
внутреннем рынке. Поэтому мы и
получали продукт дешевле и с
рассрочкой.

Сегодня даже
при наличии предварительной оплаты
мы испытываем недостаток в
нефтепродуктах. И потому в
отдельных нефтепродуктах на АЗС
бывают перебои.

"Сиданко"
помогала оборотными средствами, и
уровень закупок был, естественно,
масштабнее.

Корр.:
Откуда вы получаете сегодня
нефтепродукты?

Ю.
Лебедянский:
Основная масса
продукции идет с АНХК, но мы
покупаем ее и в Ачинске, и во многих
других регионах, особенно когда
речь идет о маслах.

Корр.:
Время от времени возникают слухи,
что "Иркутскнефтепродукт"
хотят попросту перекупить у
"Сиданко".

Ю.
Лебедянский:
Удивляться тут
нечему. Наше акционерное общество —
лакомый кусочек для бизнеса. Это
ведь одно из самых крупных
предприятий нефтеобеспечения в
системе "Сиданко". Мы даем
примерно 25-30 процентов общей
реализации
Сибирско-Дальневосточной компании
на внутреннем рынке.

С ноября 1998
года "Сиданко" расторгла с
нами договор внешнего управления и
перестала обеспечивать нас
нефтепродуктами.

Мне известно,
что руководство "Сиданко" не
хочет расставаться с
"Иркутскнефтепродуктом", хотя
предложения есть, и очень выгодные.

Корр.:
Если однажды окажется, что
контрольный пакет
"Иркутскнефтепродукта" из
"Сиданко" перешел к новой
компании, мы будем сильно удивлены
ее именем?

Ю.
Лебедянский:
Купля-продажа
даже крупных компаний — вещь в
бизнесе нормальная. И особенно
удивляться самому процессу нечего.
Вот только следует при этом
учитывать детали. Так сказать,
тональность. Мы, несмотря на то, что
компания акционерная, все равно
работаем с учетом государственных
интересов. В трудный период мы
всегда помогали Иркутской области,
городу, даже когда нам это было
невыгодно с точки зрения бизнеса.
Мы с опережением платили налоги,
наполняя бюджет, который потом
рассчитывался с учителями,
медиками, пенсионерами. Мы всегда
помогали сельскому хозяйству,
фактически кредитуя его.

И после
нашего вхождения в "Сиданко"
мы здорово помогали агропрому.
Товарные кредиты составляли и 100, и
более миллионов рублей.

Сейчас это
делать стало значительно сложнее.

Корр.:
Какие взаимоотношения у
акционерного общества
"Иркутскнефтепродукт" с
"Сиданко"?

Ю.
Лебедянский:
Мы по-прежнему в
составе компании "Сиданко".
Внешнее управление с их стороны
отменено. Мы стали самостоятельнее
в своих производственных решениях.
И нас стали менее жестко
контролировать московские
менеджеры.

Нам еще
недавно доводили задания,
требовали больше реализации.
Сейчас этого нет и даже структура
реализации резко изменилась. Когда
вся промышленность области
работала, мы до 70 процентов
реализации вели через нефтебазы.
Сейчас практически вся реализация
идет через АЗС.

Корр.:
В новых условиях как строятся
отношения с АНХК?

Ю.
Лебедянский:
С АНХК мы никогда
не прерывали связей, и поэтому,
когда "Сиданко" отказалась от
поставки нефти
"Иркутскнефтепродукту", мы
заключили договор непосредственно
с АНХК и другими коммерческими
структурами. Они нам поставляют
продукции сколько могут,
естественно, на условиях
предоплаты. В трудную минуту они
нас выручали, и, я надеюсь, мы будем
совместно работать на благо
области. Мы, в свою очередь, тоже
помогаем администрации. Так, мы
фактически кредитуем
пассажирско-транспортные
предприятия Иркутска. Еще недавно
кредит составлял до 20 миллионов
рублей в месяц.

Корр.:
Сильно ли изменились
технологические процессы в области
нефтеснабжения?

Ю.
Лебедянский:
Мы отрасль
консервативная, лихих перемен не
любим. Сегодня внедряем
автоматическую систему учета и
контроля по отпуску нефтепродуктов
непосредственно на нефтебазах.
Компьютеры вытесняют ручной труд.
Клиенты обслуживаются быстро и
четко.

Стали
внедрять отпуск нефтепродуктов по
электронным картам на АЗС.

Корр.:
Юрий Иванович, скажите откровенно,
иркутянам надо запасаться
канистрами с бензином или все-таки
"Иркутскнефтепродукт" будет и
дальше контролировать ситуацию?

Ю.
Лебедянский:
Я думаю, не стоит.
Канистры все равно не спасут. А
технику безопасности нарушать
опасно. Обвала не будет. И потом не к
лицу области, имеющей такой мощный
нефтеперерабатывающий комплекс и
такую систему нефтеобеспечения,
остаться без топлива.

Я уверен,
сообща мы никаких кризисов не
допустим.

Корр.:
Цены на нефтепродукты растут. Это
выгодно компании?

Ю.
Лебедянский:
Мое отношение к
росту цен резко негативное. Мы
можем довести внутренние цены до
мирового уровня, но это безумие.
Ведь в мире и зарплата
соответствует цене топлива. А у нас
она как была на уровне 1 января 1998
года, так и осталась. За это время
нефтепродукты почти в два раза
подорожали.

Я могу судить
даже по оплате труда наших
работников. Мы ведь ее не повышали
достаточно долго.

Корр.:
Сколько человек работает в
управленческом аппарате?

Ю.
Лебедянский:
Вместе с
работниками складов,
представительств — порядка 100
человек.

Собственно
управляющий персонал — это 14
директоров нефтебаз, 1
представительство в Ангарске и
более 20 директоров нефтескладов.

Корр.:
Какова средняя заработная плата
работников акционерного общества?

Ю.
Лебедянский:
В пределах 4000
рублей. И это учитывая тот факт, что
большинство наших нефтебаз
находятся в северных районах, т.е. я
назвал цифру с учетом северного
коэффициента.

Корр.:
Сегодня практически все компании
свернули или сворачивают
социальные программы. Как обстоят
дела у вас?

Ю.
Лебедянский:
Решаем по мере
необходимости. Строим дома. Те
работники, которые хотели иметь
личное жилье, получали кредиты.
Конечно, еще не все проблемы
разрешены полностью. Сейчас мы
отказались строить жилье. Это
чрезвычайно дорого. Нам легче
принять решение об обеспечении
конкретного специалиста квартирой
путем ее покупки. У нас есть детские
садики, оздоровительные комплексы.

Корр.:
Нефтебазовое хозяйство очень
опасно в эксплуатации. Были ли за
последние годы в акционерном
обществе чрезвычайные
происшествия?

Ю.
Лебедянский:
Было два очень
серьезных пожара. Первый случился
на Жилкинской нефтебазе, когда под
сливом бензина одновременно
находилось 26 цистерн. И в это время
вспыхнул пожар. Горело сразу 26
цистерн. Горела земля. Горели
железнодорожные пути. Я впервые
увидел, как горит металл. Он
изгибался, как живой, поднимался
вверх на несколько метров. Мы
сумели быстро справиться со
стихией, и огонь не достиг
емкостного парка.

Мы через трое
суток закончили все
восстановительные работы и
принимали новые составы с
нефтепродуктами.

В Усть-Куте
был пожар в насосной.

Должен
сказать, что пожарной и
экологической безопасности мы
придаем колоссальное значение и не
жалеем средств на все меры
предосторожности.

Корр.:
10 сентября исполняется 70 лет
"Иркутскнефтепродукту".
Правда это или нет, что всех, кто
будет заправлять свои автомобили
на АЗС вашей компании, ждут
сюрпризы?

Ю.
Лебедянский (смеется):
Правда.
Какой — не скажу. Что же это за
сюрприз будет? Могу только твердо
пообещать, что в этот день никаких
неприятностей наших автолюбителей
не ждет.

Корр.:
Интересно, а анекдоты, связанные с
нефтью, есть или нет?

Ю.
Лебедянский (опять смеется):
С
нефтью не шутят.

Корр.:
Какие новые проекты разрабатывает
ваше общество? Может быть, у нас
появится заправка с магазинами и
кафетерием, мойкой, ремонтом…

Ю.
Лебедянский:
Есть идеи.
Учитывая, что роль АЗС возрастает,
мы, естественно, будем делать упор
на строительство новых, улучшенных
АЗС. В следующем году надеемся
ввести в строй 10 новых
автозаправочных станций.

За пределами
городов будем ставить АЗС
контейнерного типа. В городах
планируем вводить комплексы АЗС —
ремонтный блок — мойки. На трассах
хотели бы поставить несколько
мощных комплексов со всеми
автосервисными услугами. В
"Сиданко" мы уже обсуждали
такие варианты. Нынешнее
руководство компании дало согласие
на подобный эксперимент.
"Сиданко" примет участие и
окажет финансовую помощь в
строительстве таких комплексов в
Иркутской области.

Корр.:
Что бы вы пожелали всем работникам
акционерного общества накануне
юбилея?

Ю.
Лебедянский:
В системе нашей
работают самоотверженные и
отважные люди. Все эти годы работа
здесь была низкооплачиваемой.
Достаточно сказать, что начальник
управления имел оклад в 200 рублей.
Директор нефтебазы получал 150
рублей. Риск и опасность при этом
колоссальные. А люди работали на
износ. Я хотел бы назвать многих
руководителей, на которых держится
эта система и все успехи общества:
Бердутина Нина Андриановна,
директор Нижнеудинской нефтебазы;
Данилова Наталья Николаевна,
директор Вихоревской нефтебазы;
Ковыляева Валентина Николаевна,
начальник Ангарского
представительства; Кустова Любовь
Васильевна, начальник Заларинского
филиала; Шубина Валентина
Владимировна, диспетчер
Усть-Кутской нефтебазы; Пуляевский
Михаил Васильевич, заведующий
Жигаловским нефтескладом, и многие
другие. Низкий поклон им.

Всех
перечислить невозможно. У нас везде
замечательные люди работают. А
пожелать хочется всем выстоять,
сохранить мощь акционерного
общества. Ради себя, ради людей,
ради области. И, конечно, здоровья и
счастья… И зарплату без задержки.

Подготовил С.
ГОЛЬДФАРБ.

Читайте также

Подпишитесь на свежие новости

Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Важное
Adblock
detector