издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Страсти вокруг бюджета

Страсти
вокруг бюджета

Анатолий КОЗЛОВ,
начальник главного финансового
управления области.

Как уже
сообщалось, законопроект о бюджете
области на 2001 год депутаты
Законодательного собрания
отклонили. Такое непростое
прохождение бюджета за последние
четыре года было только один раз, в
1998 году, когда новая администрация
впервые представляла его в ЗС, и
тогда депутаты "пробовали на
зуб" — чего-то стоит пришедшая
губернаторская команда? На этот
раз, воодушевленные одержанными
победами в длительной борьбе за
руководящие посты, депутаты из
числа "несогласных" были
настроены на очередной решительный
бой. За несколько дней до сессии в
некоторых изданиях были
опубликованы статьи, где прямо
говорилось, что депутаты бюджет не
примут. Конечно, это их право —
давать оценку проекту бюджета
области, но соблюдение
объективности при этом
обязательно.

Тем не менее,
какое-то обоснование для
отклонения бюджета было нужно. На
помощь пришли эксперты из
контрольно-счетной палаты со
своими заключениями, а именно:
разработчиками не представлены все
документы для обоснования
показателей областного бюджета
(что, кстати, позднее опроверг
председатель бюджетного комитета
Ю.И. Рожков); занижена доходная
часть на сумму недоимки; не
соблюдены принципы межбюджетных
отношений. Это прозвучало в
выступлении председателя КСП
Василия Митрофанова. Депутаты и все
присутствовавшие на сессии были
заворожены обилием пунктов, статей
законов, процентами, миллионами и
миллиардами рублей, которые
появлялись у Митрофанова, как
кролики из шляпы иллюзиониста.

Подогрело
атмосферу и выступление депутата
Госдумы Виталия Шубы, который
воодушевил коллег из ЗС рассказом о
том, как Госдума отклонила
представленный правительством
проект федерального бюджета и
добилась увеличения доходной
части, а также заявлением, что
Иркутская область теперь относится
к категории доноров и ей хватает
собственных ресурсов.

В такой
ситуации было уже не до письменных
аргументов обвиняемой стороны,
собственно разработчиков бюджета,
от них попросту отмахнулись. Я, как
начальник ГФУ, впервые не получил
слова для заключительного
выступления, а заместителя главы
администрации Сергея Брилку
голосованием лишили права
участвовать в прениях по бюджету.
Все это очень напоминало анекдот:
после вашего визита у нас пропали
серебряные ложки, мы их, правда,
нашли, но ощущения-то остались!

Напомню
основные цифры проекта: доходная
часть — 6 млрд. 838 млн. 714 тыс. рублей,
расходная часть — 7 млрд. 487 млн. 445
тыс. рублей, дефицит 648 млн. 731 тыс.
рублей, или 12,3% (без учета
финансовой помощи из центра). Итак,
по главному обвинению —
сознательному занижению доходной
части бюджета — встал вопрос,
насколько это серьезно. Ведь для
такого утверждения нужны не эмоции,
а квалифицированные
доказательства в виде расчетов.
Данные бюджета базируются на
макроэкономических показателях. Но
никто эти показатели под сомнения
не ставил. Это реальный валовой
региональный продукт 102% к уровню 2000
года, физический объем
промышленного производства 106%,
экспортная выручка 100%, индекс
потребительских цен 111%, индекс цен
производителей 116% и фонд оплаты 119%.
Вот из этих индексов и
закладывалась доходная база, а
исходя из нее, рассчитывался каждый
налог.

Каждый вид
налога имеет свою систему
исчисления. Берутся поступления
налога базового периода 2000 года,
прогноз по ним до конца года, объем
недоимки, ставки налогов, сроки
уплаты — все это анализируется,
рассчитывается квалифицированными
людьми. А когда депутаты не в
состоянии внимательно изучить эти
расчеты, получается конфуз.
Например, когда КСП называет
недоимку под 3 млрд. рублей и
считает, что ее надо внести в
доходную часть — это, по меньшей
мере, несерьезно. Ведь эта часть
недоимки квалифицируется как
безнадежная ко взысканию, речь идет
о предприятиях, практически не
существующих, обанкротившихся и
так далее. А та недоимка, которая в
2000 году взыскивалась, находится в
базе каждого налога — и налога на
добавленную стоимость, и налога на
имущество, и налога на прибыль, то
есть она учитывается при расчетах.

Что же
касается доходов предприятий,
якобы заниженных, то они прошли
согласование дважды, в том числе у
всех глав муниципальных
образований, а пассаж о занижении
доходов территориального
дорожного фонда почти в 600 млн.
рублей требует внимания еще и
потому, что здесь допущена
грубейшая ошибка: нам предложено
включить в доходы разницу между
кредиторской и дебиторской
задолженностью. Такого вида
налоговых доходов, как эта
злополучная разница, в налоговом и
бюджетном кодексах не существует.

Рассмотрение
расходной части бюджета — дело
второго чтения, но тем не менее
многие депутаты высказали
недовольство предполагаемой
величиной финансирования
территорий… И мой ответ, что две
трети доходов областного бюджета
через расходные статьи вернутся
обратно в муниципальные бюджеты,
остался незамеченным.

В любой семье
расходы планируют, исходя из своего
кошелька. Согласовывая бюджеты
территорий, мы прежде всего брали
защищенные статьи — заработная
плата, начисление на заработную
плату, питание в детских
учреждениях и больницах,
медикаменты, также расходы на
государственные органы управления,
на коммунальное хозяйство с учетом
доходов, которые должны поступать
от квартплаты от населения,
расходы, которые осуществляются за
счет субвенций на законы о
ветеранах, инвалидах, детские
пособия. При этом определяли, что
финансируется за счет собственных
доходов, а что покрывается за счет
субвенций и дотаций из областного
бюджета, то есть недостающая часть.
Но эта недостающая часть
покрывается в объеме имеющихся
ресурсов. В случае дополнительных
доходов территориям будут
перечислены эти дополнительные
средства, что закреплено
протоколами, подписанными
губернатором и мэрами территорий.

Нам надо
порядка 700 млн. рублей на все
согласованные с губернатором
протоколы, не считая дефицита
бюджета. Какие-то изменения могут
быть в связи с введением новых
тарифов на электро- и тепловую
энергию — при подготовке бюджета мы
эти расчеты не могли сделать, так
как эти тарифы установлены только с
нового года. Может, где-то за счет
повышения тарифов какие-то
дополнительные рубли можно
получить. Но это, повторяю, не будет
принципиальным повышением, потому
что будут соответственно повышены
и расходы.

Совершенно
неожиданным выглядит заключение
КСП о том, что бюджет не
ориентирован на социальную
политику. Это как раз тот случай,
когда люди видят то, что хотят
видеть. На 2001 год у нас заложены
четко в самом проекте прежде всего
социальные вопросы, они расписаны
как приоритетные. В 14 статье и
компьютеризация классов в сельских
школах, и питание школьников из
необеспеченных семей, выполнение
программ по борьбе с наркоманией,
СПИДом, реформирование ЖКХ,
реализация программы инвестиций за
счет ОДО, которую сейчас невозможно
реализовывать из-за того, что
бюджет не принят. Те же
дополнительные доходы, если они
будут, уже расписаны на социальную
сферу. В статье 30 записали
погашение кредиторки по детским
пособиям, увеличение
дополнительных средств на
здравоохранение, на образование, на
культуру. Законодательное собрание
предложило работать через
согласительную комиссию. Но для
этого, кроме эмоций, нужны факты. Да,
в проекте есть цифры, требующие
серьезных уточнений. Из-за
повышения тарифов на
электроэнергию и тепло уже сегодня
можно предсказать снижение прибыли
многих предприятий, в связи с чем
они требуют уменьшить налог на
прибыль, а также рост расходов
бюджетной сферы. Но расчет этих
изменений не дело двух недель, а как
минимум двух месяцев усидчивой
работы специалистов на
пересогласование. А поезд уже
пошел, старые регулировки
временного управления бюджета
многим муниципальным образованиям
нанесут непоправимый ущерб в
доходной части. И мэры многих
территорий, видимо, будут
обращаться в Законодательное
собрание за деньгами.

Читайте также

Подпишитесь на свежие новости

Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Важное