издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Медовый запах над землей

Медовый
запах над землей

Геннадий ПРУЦКОВ
"Восточно-Сибирская правда"

— Приезжай.
Обязательно приезжай, —
настоятельно предлагал мне Хойлов
по телефону. — Хоть посмотришь, как
кормоубороный отряд работает. Где
еще механизированные отряды сенаж
заготавливают?

Что верно, то
верно. Лишь немногие хозяйства
сохранили прежнюю организацию
труда, придерживаются требуемой
технологии. А в ОАО "Шаратское"
Нукутского района, куда приглашал
меня его директор Ю.В.Хойлов, из
последних сил выбиваются, но все
лучшее от прежних времен сохранили.

И вот вместе
с Юрием Васильевичем объезжаем
поля. Они глаз радуют. Наконец-то,
как мы в детстве говорили, боженька
обратил внимание на эту нукутскую
сторону. Прошли дожди, и не
единожды. По крайней мере по той
зоне, где расположено данное
хозяйство. (Другим, говорят,
досталось намного меньше.)
Поднимаемся по крутому склону
массива Жербаковское. Донники в
пояс, густые. Медовый запах плывет
над землей. Жужжат пчелы.

— Свыше
полутора тысяч гектаров донника,
часть пойдет на семена, —
рассказывает по дороге Юрий
Васильевич. — Большая площадь? Ну
что вы. Раньше намного больше сеяли.
Пришлось потом уменьшать. Чем
убирать? Техники-то не хватает. А
так, почему бы не заниматься этой
культурой? Вот сейчас уберем, дадим
немного подрасти отаве и запашем.
Не надо и навоз вносить на
следующий год. Вы знаете, сколько
удобрений вносим? Мизер. Нынче их
хватило лишь на стартовую дозу под
посев зерновых.

На самом
верху массива нас ожидал
сюрприз.Стояла техника. Стояли
кормоуборочные комбайны.

— Машины
ждем, — кратко пояснил механизатор
Олег Невеселый.

— Вон он
какой нарос, — показал рукой на
склон, совершенно желтый от буйно
цветущего донника, водитель
другого комбайна Виталий Буржатов.
— Много ли времени надо, чтобы
грузовик заполнить?

— Вы лучше,
ребята, скажите, какой возраст у
вашей техники, — совершенно
миролюбиво обратился к ним
директор.

Ребята
сказали. Я с недоумением посмотрел
сначала на них, потом на их машины.
Никак не верилось, что одному
комбайну КСК-100 — 12 лет, другому — 15.
Обе машины должны быть давным-давно
списаны. Вторая уже третий
аммортизационный срок начинает
вырабатывать. Близка к этому и
первая. И лишь благодаря старанию
механизаторов, напряженной работе
инженерной службы да жесткому
директорскому спросу удалось
сохранить технику. Радоваться бы,
вот, мол, какие люди у нас на селе
трудятся. Да нет особых оснований
для того. "Шаратское" — одно из
лучших хозяйств района, округа и
области. Что же в других, рангом
пониже, можно увидеть?

Между тем в
этом хозяйстве пять вот таких
высокопроизводительных машин
используются на заготовке сенажа.
Есть и другая техника. Но успеет ли
предприятие вовремя убрать донник?
Ведь он весь в цвету.

— Успеем, —
лаконично бросает Хойлов. —
Конечно, возить за тринадцать
километров на фуражный двор — не
ближний свет. Куда проще было бы
вырыть на краю поля яму, и вали
сколько можешь. Тут бы все без
задержки шло. Но зима придет, морозы
ударят — сколько сил и средств
затратится на вывозку? А там сенаж
возле фермы лежит, причем в
облицованной траншее. Почему
машины со стороны не приглашаю? Да я
бы рад их пригласить, но скажите,
куда обращаться. Где эти прежние
автопредприятия? — снова
вспыхивает Хойлов.

Я не знаю,
сохранились ли крупные
автопредприятия и автоколонны,
способные оказать помощь селу в
горячую пору. Не бесплатно, конечно.
Но неужели и в этой сфере развал?
Или интересы возможных партнеров
так сильно расходятся и каждый из
них столь резко тянет одеяло на
себя, что оно уже трещит? Не знаю. В
соседнем районе мне пояснили, что
приглашать на помощь автомашины
карбюраторные — это, как говорится,
на свою шею, на погибель. Потому что
бензин вон какой дорогой. А
дизельных грузовиков не так уж и
много. Кстати, и раньше не всегда
гладко складывались отношения
между хлеборобами и
автомобилистами, но их
регулировало прежде всего
государство, оплачивая часть
расходов из своего кармана. Сегодня
государство и думать не смеет о
каком-либо вмешательстве.

И все-таки
недолгим был наш разговор на поле.
Через несколько минут появились
грузовики. Снова взревели комбайны,
и потекли потоки измельченной
массы в кузова. Исчезла тревога. При
виде того, как двужутся комбайны,
как растут горы зеленой массы в
кузовах, легко и радостно
становилось на душе. Селяне лучше
журналиста знают, что самое трудное
— начать кампанию, посевную или
уборочную. А потом уже все своим
ходом идет.

Объезжая
поля, Юрий Васильевич притормозил
возле одного из массивов.

— Знакома вам
эта культура?

На
значительной площади зеленело,
набирало силу просо. Несколько лет
назад семена его передал Николай
Прокопьевич Васильев, в прошлом так
много сделавший для разработки
зональной почвозащитной системы
земледелия в Нукутском районе.
Кто-то верил в новинку, кто-то с
опаской относился к ней. Но в этом
хозяйстве постарались соблюсти все
правила агротехники. И вот
результат. В прошлом году, несмотря
на жесточайшую засуху, предприятие
получило на круг 140 центнеров
зеленой массы. То, что выращивалось
на семена, вообще поразило. По 30
центнеров взяли с каждого гектара.

Позволю
небольшое отступление от основной
темы. Когда видишь такие
результаты, то невольно задаешься
одним вопросом, который, признаюсь,
давно меня мучает. Почему бы нашей
области не заняться выращиванием
крупяных культур на
продовольственные цели? Сто лет
назад в Балаганском уезде, на
территории которого и находится
нынешний Нукутский район,
возделывали озимую рожь и ярицу
(яровую рожь) — 61 процент всей
площади. Занимались овсами — почти
20 процентов в структуре посевов.
Начиналось тогда внедрение и
крупяных культур — гречихи (2,4
процента) и проса. Последнее
занимало всего 250 гектаров. Верно,
крохи. Но тогда и агрономов в
регионе было раз-два и обчелся. Если
точнее, то всего лишь один на всю
Иркутскую губернию. Сегодня они
есть в каждом хозяйстве. Есть
специальные управления сельского
хозяйства. Я уж не говорю про
институты, науку в целом. Впрочем, и
в более близком нам, 1940-м году просо
в Иркутской области занимало 5,5 тыс.
гектаров, а гречиха — 24,3 тыс.
гектаров. Уровень тогдашней
агрономической службы не чета
нынешней. Да и довоенный научный
потенциал Приангарья не сравнить с
современным. Так почему же сегодня
мы махнули рукой на производство
этих продуктов питания?

Но вернемся в
"Шаратское". Более чем на 270
гектарах возделывает оно просо. В
основном на кормовые цели. Сено из
него прекрасное, к тому же
отличается высоким содержанием
сахаров. Так что у хозяйства есть
возможность получить
сбалансированные корма. За все это
Хойлов страстно благодарит ученого
Васильева и обещает вернуть свой
долг, образовавшийся во время
приобретения семян. Но лично у меня
после знакомства с предприятием
попервости возникли некоторые
вопросы.

Когда-то
"Шаратское" имело огромное
количество овец. Где-то 23-25 тысяч
голов. Располагая меньшей посевной
площадью, оно худо-бедно, но
прокармливало их. Сегодня по холмам
и склонам уже не бродят отары. Всех
или почти всех перерезали. Реформы
экономики вынудили. Сократилось и
дойное стадо. Так зачем же столько
кормовых культур возделывать? Увы,
без донника да при острейшем
дефиците минеральных удобрений,
неподъемных ценах на горючее (что
не позволяет организовать вывозку
органики на поля) хорошего урожая
зерновых не получить. Нет уже денег
на покупку семян кукурузы, главного
поставщика сахаров для фермы, а без
них возможны ли высокие надои? И
потому, расставшись с королевой
полей, взялись тут за выращивание
проса.

Что же дала
вот такая кормовая стратегия
хозяйства? В прошлом году средний
надой по местной ферме составил 3570
килограммов. Теперь, в летнюю пору,
тут ежедневно получают от каждой из
200 коров по 12,5 килограмма молока.
Для области и округа результат
отменный. Но сами животноводы не
очень-то довольны им. В прошлом году
доили больше. Прежде всего
сказались дожди. Возможно, что в эти
дни планка продуктивности
поднимается. Ведь скот вышел на
пастбища упитанным, а впереди его
ожидают закрома, полные сена и
сенажа. Конечно, при таком
соотношении кормовых полей и
поголовья скота да при тех урожаях
возможны излишки. Но запас карман
не тянет. Он может стать
переходящим фондом, а в случае чего
его можно и продать. И решающую роль
в том сыграет отряд по заготовке
кормов, механизаторы которого с
таким напряжением трудятся в эти
дни.

Читайте также

Подпишитесь на свежие новости

Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер