издательская группа
Восточно-Сибирская правда

В эпицентре внимания -- уголь

Сложная экономическая ситуация в угольной промышленности региона привела шахтеров к коллективному трудовому спору. На состоявшейся 3 октября конференции работников предприятий Иркутского филиала СУЭК "Байкал-Уголь" спор был оформлен юридически, а для его урегулирования избрана согласительная комиссия. Требования, выдвинутые работодателю, в основном касаются вопросов заработной платы и кадровых сокращений. Итоги конференции и обстановку на угольных предприятиях области комментирует управляющий Иркутским филиалом СУЭК "Байкал-Уголь" Виталий Несис.

— Администрация «Байкал-Угля» детально выслушала работников и изучила те
требования, которые были сформулированы сначала пленумом теркома
угольщиков, а затем утверждены на конференции трудового коллектива. Думаю, на
стадии работы согласительной комиссии мы сумеем все эти вопросы решить и
снять напряженность, которая в последнее время возникла в коллективе. Снять
таким образом, что и работники, и администрация останутся довольными. Уже
принято положительное решение по значительной части требований. Например,
объекты социальной сферы, в частности летние оздоровительные лагеря и базы
отдыха, будут не переданы в муниципальную собственность, как предполагалось
ранее, а подарены профсоюзу, администрация же будет оплачивать путевки.
Дополнительные выходные дни из-за сокращенной рабочей недели, введенной
вследствие невостребованности угля потребителями, будут оформлены как простой
по вине работодателя — в этом случае работники получат 2/3 среднего заработка.

— Работники выдвинули такие требования, которые любому работодателю не
понравятся: поднять зарплату, остановить сокращения…

— Практически все требования считаю здравыми и разумными. В некоторых моментах
они недостаточно конкретизированы, но в целом вопросы, поднятые на
конференции, отражают реально существующие проблемы. Во-первых, это
снижение уровня реальной заработной платы в первом полугодии в результате
падения объемов сбыта. Во-вторых, это массовые сокращения в Черемхове и
других регионах. В-третьих, это вопросы реструктуризации и выделения
вспомогательных и непрофильных предприятий.
Понятно, что работники желают получить от работодателя
дополнительные гарантии социальной защищенности, поскольку государство в
этом случае не полностью способно компенсировать тот удар, который наносит
сокращение объемов производства. Мы, может быть, не в той степени как всем
хотелось бы, но, по крайней мере, частично готовы взять на себя некоторые
функции государства и предоставить дополнительную социальную защиту,
дополнительно прокомпенсировать падение зарплаты, пойти навстречу в
отношении некоторых социальных объектов и вспомогательных предприятий.

— Конкретнее по зарплате: сколько получают простые рабочие, «белазисты» и
машинисты экскаваторов, когда поднимется оплата?

— Оплата труда зависит от сбыта — сколько угля отгрузим, столько и денег получим.
Например, по итогам третьего квартала среднемесячная зарплата рабочего
составила 4853 рубля, что на 15-20% выше, чем в первом и втором
кварталах. Это
связано с тем, что к концу лета объемы отгрузки топлива возросли. В четвертом
квартале зарплата еще поднимется, так как с наступлением холодов возрастет
отгрузка угля. При этом становится выгодной введенная в этом году система
премирования, в основе которой заложен этот показатель. Кстати, по итогам
прошлого года, благополучного для угольщиков, оплата труда рабочих составила
4230 рублей. То есть, несмотря на сегодняшние тяжелые экономические условия,
шахтеры получают деньги не только вовремя, но и в среднем больше, чем в
прошлом году (по итогам 8 месяцев 2002 года — 4528 рублей). Кроме того, уже
принято положительное решение по требованию профсоюза проиндексировать
зарплату — она будет пересчитана с повышением на 5% начиная с 1 октября.

— Вы говорите про тяжелые экономические условия. Каковы основные
показатели работы угледобывающих предприятий?

— В этом году, по многим причинам, энергетический уголь менее востребован
потребителями. Поэтому мы и добываем его гораздо меньше. Добыча в первом
квартале составила 4,3 млн. тонн — это менее 85% от объема соответствующего
периода прошлого года, отгрузка — 3,8 млн. тонн, то есть менее 80%. Во втором
квартале добыли и отгрузили порядка 3 млн. тонн, или 65% и 77% соответственно.
Весной приходилось даже приостанавливать работу на разрезах — они простаивали
по очереди по месяцу. А в третьем квартале уже наметился рост: добыли 3,7 млн.
тонн, это 79% от уровня прошлого года, почти столько же и отгрузили
потребителям. Прогноз погоды особой радости не вызывает: осень стоит теплая,
зима ожидается такая же. Ситуацию усугубляют неплатежи потребителей, только у
муниципалитетов Иркутской области долгов свыше 70 млн. рублей, и
рассчитываться они не торопятся. При этом мы платим не только зарплату, но и
налоги, погашаем долги по реструктуризации. Оборотных средств не хватает,
приходится брать кредиты.

— Проводимые сокращения на предприятиях связаны с экономическим
положением компании?

— На сегодняшний день эта мера — единственная возможность в условиях
общеотраслевого кризиса удержать на плаву угольные предприятия, так как при
этом существенно снижается себестоимость продукции, которая, соответственно,
становится более конкурентоспособной. Особенно это касается черемховского
куста: себестоимость рядового угля с этих месторождений при сложившихся
объемах производства составляет 250-300 рублей, к этому прибавляются НДС,
транспортные расходы и т.д. В Черемхове общее падение занятости с начала года
составило около тысячи человек. Из этой тысячи 35% были уволены по
сокращению штатов, а остальные вышли на пенсию, в том числе досрочно, были
переведены на другие предприятия, а также уволились по собственному желанию. В
основном потеряны рабочие места на разрезе «Черемховский», также это коснулось
вспомогательных предприятий — ремонтных заводов, автобазы, управления
рекультивации.

Кадровые сокращения проводятся в соответствии с требованиями Трудового
кодекса РФ. При этом мы готовы оказывать дополнительную помощь в отдельных
случаях, например, выплачивать повышенные компенсации, если сокращаемый
работник является единственным кормильцем в семье. Однако принципиальная
позиция — не оставлять лишних рабочих мест, так как лучше при этом будет
единицам, а всему коллективу — хуже. Цель — чтобы себестоимость продукции
оставалась в разумных пределах, а средняя заработная плата рабочих
увеличивалась.

— Сокращаются работники только в Черемхове?

— Сокращения есть и на разрезе «Тугнуйский» — самом благополучном в плане
добычи и отгрузки угля: объемы сохранились почти на уровне прошлого года. Они
вызваны тем, что ранее штат предприятия был увеличен, так как предполагалось,
что производство возрастет. Сегодня эти рабочие места оказались лишними. По
Тулуну сокращение не коснулось основного производства, мы сократили лишь
строителей. И цифры здесь не превышают 100 человек. Весь удар пришелся на
Черемхово.

— Самые большие падения объемов добычи тоже в Черемхове?

— Добыча угля упала в целом, по сравнению с прошлым годом за восемь месяцев на
24%, по Черемхову — 45%, по Тулунским предприятиям — около 20%, по
Тугнуйскому разрезу — 5%. Проблема сбыта угля остается достаточно
существенной. Тут целый комплекс проблем, которые наслаиваются одна на
другую. В начале года на первом плане — теплая погода. Пока осень достаточно
мягкая, и отопительный сезон начался на 2 недели позже. Как я уже говорил,
ситуация с муниципалитетами до сих пор не урегулирована, отгрузка ведется
только по отдельным направлениям. Проблемы есть и с другими традиционными
потребителями черемховского угля — Дальним Востоком. Там потребители тоже до
сих пор полностью с долгами не рассчитались.

— По мнению областной администрации, в частности председателя комитета по
ЖКХ Петра Воронина, тяжелая ситуация в регионе с обеспечением территорий
твердым топливом вызвана именно ценовой политикой СУЭК: цена
значительно возросла за последние два года, в итоге, иркутский уголь сейчас
примерно в два раза дороже красноярского…

— В обоих регионах угледобычей занимается один и тот же собственник — СУЭК, и
реализация идет через одну компанию — «Росуглесбыт». Расчетом цены
специалисты занимаются по общей схеме. Простое сравнение цен некорректно и
экономически бессмысленно, надо учитывать качество угля и горные условия.
Азейские угли (марки 3БР) — более калорийное и качественное энергетическое
топливо, нежели красноярские угли (марки 2БР). Существенно отличаются и
горные условия добычи в Красноярске и Иркутске. Так, например, коэффициент
вскрыши на Бородинском разрезе составляет менее 1 куб. м/тонна, а на Азейском
разрезе он равен 5 куб. м/тонна. Соответственно для добычи угля в Тулуне
необходимо вскрыть в 5 раз больше породы, чем в Красноярске, чтобы добыть
тонну угля. Отсюда повышенная себестоимость. Кроме того, в Красноярске уголь
отгружается через структуру администрации края оптом для муниципалитетов при
своевременной оплате, что значительно упрощает саму схему поставок. Эти
факторы не могут быть не учтены при формировании цены. Муниципалитеты
Иркутской области отличаются от своих соседей и в части финансовой
дисциплины. В конце концов, сравнивая цены углей, необходимо учитывать и
железнодорожные тарифы, которые для многих регионов Иркутской области
серьезно повлияют на стоимость угля и подравняют разницу цен между
Красноярском и Иркутском.

— После того, как вы описали ситуацию в угольной промышленности в нашей
области на сегодняшний день, напрашивается вопрос: какова же перспектива?

— Перспектива заключается в том, что наш уголь станет более конкурентоспособным
— сейчас мы прилагаем все усилия для снижения его себестоимости. При этом
выиграют как компания и ее работники, так и весь регион: объемы производства в
этом случае возрастут, а значит, увеличатся зарплата шахтеров и налоговые
отчисления в бюджет.

Читайте также

Подпишитесь на свежие новости

Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер