издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Тайшетская аномалия

  • Автор: Беседу вел Алексей АПРЕЛКОВ

Райцентр в сердца Транссиба — Тайшет стал в последнее время объектом
пристального внимания СМИ. Своей популярностью город обязан частной
компании «Алюком-Тайшет», развернувшей там строительство
алюминиевого завода.

Одним из серьезных камней преткновения в деле запуска производства
стала экология. С точки зрения специалистов, опытно-экспериментальный
участок «Алюком-Тайшет», расположенный в 300 метрах от жилья, в
существующем на сегодня виде серьезно угрожает здоровью и жизни
жителей города. Сейчас на опытно-экспериментальном участке работает
общественная экологическая экспертиза, в составе которой как
авторитетные экологи из Иркутска, так и приглашенные эксперты из
Новосибирска, Томска, Красноярска и Москвы.

Наши собеседники: Максим Шингаркин, лидер «Экологического союза
Сибири», являющегося региональным отделение «Гринпис», Алексей
Торопов, активист «Международного Социально-экологического союза»,
ответственный секретарь общественной экологической экспертизы
опытно-экспериментального участка «Алюком-Тайшет», и Михаил
Юрьевич Комлев, научный сотрудник «Иргиредмета», специалист в области
промышленной экологии.

Пример для подражания

— Общественная экспертиза опытного участка «Алюком-Тайшет», о
необходимости которой было так много сказано, наконец приступила к
работе. И сразу же сообщила общественности о первых результатах
проверки. Вы считаете информирование общественности делом
первостепенной важности?

— Думается, общественность всегда должна быть в курсе дела, затрагивающего ее
интересы, — рассуждает Максим Шингаркин. — В данном случае речь идет о
защите жизней и здоровья жителей Тайшета. Согласитесь, это достаточно
весомый повод. Люди имеют право знать, каково реальное состояние дел,
имеют право требовать отчета о том, насколько учитываются их требования.

Но есть и другая причина, почему на экспертизу собрались экологи со всей
страны: речь идет о прецеденте федерального значения. Алюминиевое
производство в Тайшете — это первая частная стройка такого масштаба. Если
руководителям «Алюкома» удастся запустить это производство в
существующем виде, с вопиющими нарушениями экологического
законодательства, то это значит: каждый частный предприниматель может
ввозить глинозем и варить алюминий у себя в ванне кустарным способом,
заботясь лишь о получении прибыли и нисколько не думая о том, что травит
себя и соседей.

— Мне кажется сейчас очень важным показать, что никакое производство не
может быть введено в эксплуатацию до тех пор, пока не будет соблюден закон, —
поддерживает его Алексей Торопов. — Существует природоохранное
законодательство, и оно обязательно для всех. Недопустимо, чтобы жизни и
здоровье людей были принесены в жертву чьим бы то ни было «экономическим
интересам». Именно поэтому мы считаем обязательным информировать самую
широкую общественность о результатах нашей работы.

Бумажная война

— И каковы они — результаты вашей работы?

А. Торопов: Не могу назвать их неожиданными. Как и предполагалось, на
опытном участке «Алюкома» допущены серьезные нарушения
природоохранного законодательства. Мы сейчас в основном заняты бумажной
работой — пытаемся заполучить необходимую техническую документацию.

— Проблемы возникают даже с этим?

— Существует проект опытно-экспериментального участка «Алюком-Тайшет»,
прошедший государственную экологическую экспертизу в 2001 и получивший
положительное заключение. Эти документы нам предоставили. Но это далеко
не все, что требуется. Проект, который рассматривался в 2001 году, — это одно,
а то, что «Алюком» построил в Тайшете, — совсем другое. Отступления,
зафиксированные в ходе проверок, занимают несколько страниц! А
законодательство требует, чтобы построенный участок соответствовал
одобренному экологами документу.

У «Алюкома» было два пути: либо привести стройку в точное соответствие с
проектом, либо представить измененный проект для прохождения
экологической экспертизы.

Однако на «Алюкоме» посчитали, что новая экологическая экспертиза — процесс
длительный, а приведение стройки в соответствие с проектом — и подавно. И
представили контролирующим органам на рассмотрение дополнения и
изменения к проекту 2001 года.

— Этого недостаточно?

М.Ю. Комлев: Совершенно недостаточно. Принимая во внимание количество и
качество изменений, вносимых «Алюкомом» в проект, главное управление
природных ресурсов по Иркутской области отозвало положительное решение
государственной экологической экспертизы от 2001 года и потребовало
представить на рассмотрение откорректированный проект для прохождения
новой экологической экспертизы. И вот этих-то документов у нас нет. Вместо
комплекта откорректированной документации мы имеем отдельные бумажки.

Вообще, создается впечатление, что «Алюком» занимается подлогами и
подтасовками. Мы подняли все имевшиеся документы и обнаружили
существенные несовпадения: в одних документах речь идет о системе
газоочистки, разработанной НИИ «Ниогаз» (Санкт-Петербург),
предусматривающей 6 модулей, а в других — о системе, разработанной в
«СибВАМИ», состоящей из 2 модулей. Разумеется, каждое из предложенных
решений имеет свои достоинства, но речь не об этом! Зачем нужны такие
изменения в проекте? Для чего были предприняты попытки убедить
специалистов ГУПР и ЦГСЭН в том, что «так и было»? Ответ на эти вопросы
напрашивается сам собой: «Алюком» пытается ввести контролирующие органы
в заблуждение.

На бумаге и в реальности

… Специалисты обнаружили все те отступления от рабочего проекта, которые
перечислены в акте плановой проверки, составленном представителями
контролирующих структур. Действительно, из 6 предусмотренных проектом
модулей смонтирован только один, действительно, построен обводной
газоход…

— Но ведь «Алюком» его показательно демонтировал?..

… Восстановить эту конструкцию — дело двух часов. Об этом вслух не
говорится, но реально — именно так.

М. Шингаркин: Посмотрите, что получается: в полной мере реализовав
проектные решения в области технологии производства, «Алюком» пренебрег
экологической безопасностью опытного участка. Совершенно ясно, что
руководители частной стройки пытаются сэкономить на газоочистном
оборудовании.

— И много они сэкономят таким образом?

М.Ю. Комлев: На защиту окружающей среды и населения в смете подобного
производства отводится обычно около 20%. Вот и считайте: не вложив в
производство этих средств, «Алюком» снижает таким образом себестоимость
алюминия, делая его конкурентоспособным на рынке. Получается, что здоровье
и жизни тайшетцев могут быть переплавлены в металлические чушки, которые
будут проданы за рубеж…

Логика руководителей «Алюкома» потрясает: надо сперва запустить
производство, получить прибыль, а уж потом думать об экологии. Похоже,
участок не случайно назван опытно-экспериментальным — но над кем будут
проводиться опыты и эксперименты?

— А как же общественные слушания, которые проходили в Тайшете 5 сентября?
Ведь, по заявлению пресс-службы «Алюкома», горожане не имеют претензий к
строителям…

М. Шингаркин: Я был в Тайшете 5 сентября, я очень хотел попасть на эти
самые общественные слушания — но не смог. Это было собрание
заинтересованных людей, посторонних туда не пускали. Не
случайно после
этого в газеты и органы госконтроля пришло открытое письмо врачей Тайшета,
которые требовали проведения честной и объективной общественной
экологической экспертизы.

Вопросы технологии

— Вы говорите о «количестве и качестве» изменений, внесенных в проектную
документацию. Эти изменения принципиальны?

М.Ю. Комлев: Не только специалист, но и любой здравомыслящий человек
понимает, что с единственным модулем газоочистки опасность вредных
выбросов резко возрастает. Модуль может выйти из строя, и что тогда? Тогда
все вредные соединения, образующиеся при производстве алюминия, будут
беспрепятственно выброшены прямо в атмосферу. Это скажется на
окружающей среде, которая и без того неблагополучна, на здоровье людей,
которые живут совсем рядом, в трехстах метрах от опытно-экспериментального
участка.

Все это усугубляется непрерывностью алюминиевого производства.
Электролизеры невозможно остановить — они при этом застывают и выходят из
строя. Пойдет ли «Алюком» на остановку производства? Едва ли. Ведь все эти
попытки в обход закона запустить производство связаны со стремлением как
можно скорее получить прибыль. Любой ценой, в том числе — ценой
здоровья жителей Тайшета. И этого допустить ни в коем случае нельзя.

Народ и ГУПР едины!

— Кстати, как вы оцениваете деятельность органов госконтроля?

М. Шингаркин: С глубочайшим удовлетворением констатируем, что
представители Государственного управления природных ресурсов и Центра
государственного санитарно-эпидемиологического надзора действовали
исключительно в рамках существующего законодательства. Не везде в России
органы госконтроля занимают столь принципиальные позиции. Именно
благодаря действиям ГУПР и ЦГСЭН опытно-экспериментальный участок
«Алюкома» не запущен, несмотря на многочисленные попытки обойти закон.

Эксперты истинные и ложные

— Выходит, органы госконтроля не только не чинят работе общественной
экологической экспертизы никаких препятствий, но и оказывают определенное
содействие. Когда же вы вынесете свой вердикт?

А. Торопов: К сожалению, не все так гладко. Во-первых, у нас до сих пор нет
всей необходимой документации. Во-вторых, на членов экспертной комиссии в
настоящий момент оказывается определенное давление.

— С чьей стороны?

— Дело в том, что на опытно-экспериментальном участке «Алюкома-Тайшет»
выразила желание работать еще одна общественная комиссия — от Иркутского
регионального отделения общероссийской организации «Российский
экологический союз». В этом нет ничего необычного: закон разрешает
проводить экологическую экспертизу одновременно нескольким комиссиям.
Мы обратились к г-ну Удодову, возглавлявшему эту общественную комиссию, с
предложением объединить усилия и работать на опытном участке «Алюкома»
вместе.

Однако вскоре начались телефонные звонки членам экспертной
комиссии: г-н Удодов настойчиво рекомендовал «не ввязываться в это дело»,
«не обострять ситуацию» тем, кто придерживался противоположной точки
зрения. При этом г-н Удодов не скрывал своих симпатий к «Алюкому».

Закон четко говорит, что проводить общественную экологическую экспертизу
должны лица нейтральные, далекие от интересов сторон. О какой же
объективности может идти речь при таком составе «экспертной комиссии»?
Поэтому мы отозвали свое предложение о сотрудничестве и решили работать
самостоятельно.

М. Шингаркин: О результатах общественной экологической экспертизы
опытного участка «Алюком-Тайшет» мы будем в обязательном порядке
информировать общественность. Искренне благодарим все СМИ,
предоставляющие газетные площади и эфир для освещения нашей работы.

Читайте также

Подпишитесь на свежие новости

Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Важное