издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Пять миллионов в перспективе

Ирбейский разрез… Это угледобывающее предприятие, образованное в начале 2000-го, в середине 2006 года перешло под юрисдикцию ОАО «Иркутскэнерго». О том, как проходило становление разреза, нам рассказал его бывший директор, а ныне заместитель главного инженера по капитальному строительству Валерий Павлович Мокров. Он родом из Кузбасса. Стаж работы в угольной промышленности – более сорока лет. Прошёл все ступени – от рабочего до руководителя предприятия.

– К 2000 году смонтировали первый экскаватор для производства вскрыши. Вскоре получили ещё два пятикубовых, запустили в работу, начали заниматься добычей. Постепенно «обрастали» всей нужной техникой. На станции Ирбейская организовали угольный склад. На погрузочном тупике заменили старый путь. Приобрели дом, переоборудовали его под общежитие. Работали вахтовым методом. Кадры – это была главная из проблем. Район сельский, и людей нужно было обучать работе на сложной технике – экскаваторах, БелАЗах, тяжёлых бульдозерах. Обучение организовали на базе местного сельскохозяйственного ПТУ. Специалистов приглашали со стороны. Делали ставки на молодых, выпускников профильных вузов. На сегодня все главные специалисты – это те, кто прошёл школу Берёзовского и Бородинского разрезов. Постепенно всё входило в своё русло. И первый вагон угля загрузили уже к концу 2000 года.

Топливный рубеж

На первых порах испытывали острый дефицит техники. Но… шаг за шагом наращивали мускулы, приобрели ещё два экскаватора по 2,5 куба, заменили ими погрузчики на угольном складе, и дело пошло веселее. Техника, правда, неновая, «в годах», но у нас теперь есть свои специалисты, которые поддерживают её в рабочем состоянии. Должен сказать, что объёмы добычи поначалу были малыми. Летом – до восьми тысяч тонн в месяц, зимой – до сорока. Потом начали подтягиваться к миллионному рубежу, но возможность одолеть его получили лишь тогда, когда влились в состав «Иркутскэнерго». Как говорится, дождались доброго ветра перемен.

Именно с этого времени я почувствовал «запах» дальнейшей нормальной работы. Как это важно, когда есть стабильный рынок сбыта. Сегодня эта энергетическая компания вкладывает солидные инвестиции в развитие Ирбейского разреза; три миллиона тонн угля в год – это ближайшая наша перспектива. В нынешнем же году перешли рубеж – выдали более полутора миллионов тонн. И если мы обновим свою технику, можем уже в ближайшее время записать в наше годовое задание два миллиона тонн топлива.

Потенциал не исчерпан

Убеждён, что потенциал, резервы нашего предприятия не исчерпаны. Построен новый железнодорожный тупик, на котором смонтированы весы для взвешивания вагонов. В результате расстояние от разреза до места погрузки угля в вагоны сокращено вдвое. А это значительное сокращение себестоимости перевозок. К новому тупику на станции Угольная-1 построили прямую автодорогу, разгрузив тем самым трассу общего пользования от потока наших угольных автопоездов.

Параллельно ведутся работы по расширению самой железнодорожной станции Ирбейская. Прежде всего, это приёмоотправочный путь длиною в один километр.

Чтобы увеличить производительность погрузки угля в вагоны, мы переводим из разреза и пятикубовый экскаватор. Это вдвое сокращает время погрузки вагонов. А в карьере его заменил смонтированный восьмикубовый.

Очень многое изменилось. В разрез пришли КамАЗы, БелАЗы, мощные японские бульдозеры. Профессии новые появились. Дежурный по переезду, например, дежурный по железнодорожной станции. Организовываем обучение в Абакане, в Красноярске. Растущие объёмы добычи угля на развивающемся разрезе диктуют свои условия…

Уголёк угольку рознь

Это – истина, о которой большинство из нас знает лишь понаслышке. Немногие из «непричастных» к работе с «чёрным золотом» держат в памяти такие понятия, как антрацит, каменный уголь, уголь бурый, не ведая, впрочем, чем отличается один его вид от другого. На Ирбейском разрезе, как и на Бородинском, добывается бурый уголь. И хотя оба разреза разделены между собой всего несколькими десятками километров, ирбейский уголь выгодно отличается от добываемого по соседству рядом характеристик. Как, впрочем, отличаются и сами условия добычи угля. Пополнить знания в этой области нам помогает Алексей Тимофеевич Папуля, заместитель главного инженера по охране труда и промышленной безопасности. Выпускник Томского политехнического института, он более пятнадцати лет работал на Семипалатинском ядерном полигоне, потом, до прихода на Ирбейский разрез, был заместителем генерального директора на разрезе Бородинском.

– Что касается залежей угля КАТЭКа в целом… Пласты очень удобно (для добычи) расположены по горизонту, в отличие от углей Кузбасса, где преимущественно крутопадающие пласты. Поэтому там такие глубокие карьеры. Вы видите, перед нами Латынцевское поле, которое содержит два основных угольных пласта. Выше – латынцевский пласт; его мощность порядка десяти метров, а ниже – пласт «Спутник», мощность которого равна пяти-шести метрам. Мы сегодня разрабатываем оба этих пласта. Над латынцевским проходит ещё один пласт, пока разрозненный. То есть идёт «пропластками», но в перспективе, в процессе разработки разреза, должен объединиться в один пласт – ирбейский. Мы его берём, но берём выборочно, где мощность пласта не менее полутора-двух метров. Если меньше, затраты будут непроизводительными.

О затратах в сравнении

На Бородинском разрезе коэффициент вскрыши значительно меньше, чем на Ирбейском. У нас он достаточно высок (доходит до цифры 2,8), а значит, и более затратен. Но преимущество в другом. Очень небольшой приток грунтовых вод. А значит, нет необходимости строить дренажные шахты (это очень затратные работы), как это делается на других разрезах, где уголь вообще обводнённый. Ту же воду, которая «проявляется» при разработке разреза, мы отводим дренажными канавами.

Теперь несколько слов о свойствах и качестве угля, который имеет особенность самовозгораться. По пожароопасности наш относится к четвёртой категории. Бородинский отнесён к пятой категории. Что это значит? Такой уголь (добытый на Бородинском разрезе) может загореться прямо «в борту», во время транспортировки или нахождения на складе. Поэтому бородинцы вынуждены содержать ещё и пожарные машины и пожарные поезда. Ирбейский уголь более стоек к воздушной среде, а значит, менее пожароопасен.

И второе: мы провели исследования золошлаковых отходов нашего Латынцевского месторождения и получили конкретное заключение: «Результаты экспериментальных методов исследования золошлаковых отходов, образованных от сжигания углей Латынцевского месторождения ООО «Ирбейский разрез», показали, что данные отходы относятся к 5 классу опасности для окружающей природной среды…

…По результатам биотестирования водной вытяжки золошлаковых отходов, образованных от сжигания углей Латынцевского месторождения, она не оказывает острого токсического воздействия на тест-объект».

То есть это самый низкий класс опасности. Что это значит для потребителя угля, который платит немалые деньги за размещение золы? Размер платежа зависит от категории золы, получаемой от сжигаемого топлива. Так вот, зола, полученная при сжигании ирбейского угля, наименее опасна для окружающей среды и людей, а значит, его потребитель несёт меньшие расходы. Дважды в год проводим анализ сточных дренажных вод, бывших у нас в обращении. Не было ни одного отрицательного заключения. То же можно сказать и о выбросе твёрдых веществ в атмосферу после сжигания нашего угля. Лабораторные исследования, которые проводились по этому направлению независимыми экспертами, подтвердили их лучшие характеристики.

В силу экономической целесообразности

Какова ближайшая задача, которая стоит сегодня перед коллективом вашего предприятия? Как вы видите её реализацию? С такими вопросами мы обратились к Олегу Анатольевичу Филимонову, главному инженеру Ирбейского разреза. Его ответ конкретен и лаконичен:

– Главная задача – увеличение мощности разреза. Два миллиона тонн угля на будущий год. Следующий шаг – три миллиона. И пять миллионов тонн на ближайшую перспективу. Решение этой задачи напрямую взаимо-связано с обновлением оборудования, с приобретением предприятием новой техники. Остановлюсь на конкретном примере. Сегодня мы вывозим породу на внешние отвалы БелАЗами, которые в смену совершают до пятидесяти рейсов. Довольно затратно, но… когда будет выработано достаточное пространство, можно будет работать не на внешние, а на внутренние отвалы. И тогда работу колонны большегрузных машин сможет заменить один шагающий экскаватор. И он скоро нам понадобится. Как для повышения производительности нашей работы, так и в силу экономической целесообразности.

А что касается пяти миллионов тонн угля в год, обязательно выйдем на этот рубеж… Только разведанных запасов на нашем разрезе хватит на десятки лет. А ведь это лишь малая часть того, что лежит у нас под ногами. И доразведка Латынцевского месторождения продолжается.

Фото Дмитрия ДМИТРИЕВА

Читайте также

Подпишитесь на свежие новости

Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Важное