издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Постучите по дереву

В попытке снизить свои риски владельцы частных домов всё чаще обращаются к страховщикам

  • Автор: Лариса ШЕЛЕХОВА

Деревянное жильё – главная жертва огня. 81% пожаров в жилом секторе Иркутской области в 2011 году произошли в строениях этого типа. Материальный ущерб составил 135,39 млн. рублей. Опасаясь потерять деревянный дом или дачу, жители региона всё чаще страхуют свою недвижимость. Ежегодно рынок страхования имущества физических лиц вырастает примерно на 20%. «М2» решил выяснить, защитит ли эта мера собственников от риска остаться на улице при условии, что у них хватит терпения, сил и денег на весь страховой процесс.

Пожарная тревога 

В Приангарье за 2011 год произошло 3724 пожара, на которых погибли 264 человека и 238 получили травмы, сообщили «М2» в ГУ МЧС России по Иркутской области.  На жилой сектор пришёлся 71% всех пожаров, горели в основном дома и квартиры  (1190 пожаров). Огнём были уничтожены 323 строения и повреждены 1081 (сюда входят не только дома и квартиры, но и другие сооружения, к примеру, дачи, бани). Значительная часть (68%) горевших построек принадлежит частным собственникам, остальные (32%) – муниципалитетам. Пожары вообще сильнее ударили по частникам: они потеряли 310 строений, а муниципалитет – лишь 10. Львиная доля построек сгорела из-за неосторожного обращения с огнём (43,5%) и нарушения правил эксплуатации электрооборудования (32%). На нарушение правил устройства и эксплуатации печей  пришлось ещё 7%, на поджоги – 13%. 

Деревянное жильё – главная жертва огня. 81% пожаров в жилом секторе произошли в строениях этого типа. На деревянные жилые дома пришлось 865 пожаров (73%). Материальный ущерб от пожаров в жилых домах в 2011 году составил 135,39 млн. рублей. В МЧС указали, что «сбор данных об ущербе носит справочный характер», а это значит, что при рыночной оценке сгоревшего имущества сумма может существенно возрасти.  Сколько жилья было застраховано, в МЧС не уточняют: в карточках пожара (документе, который остаётся в управлении) эти данные просто не указываются. Можно только догадываться, сколько пострадавших в итоге смогли как-то компенсировать имущественный ущерб. 

Страховка для середнячков 

 В ГУ МЧС отмечают, что большинство людей, в пожаре потерявших жильё и другие постройки, не страховали свою недвижимость. В качестве самого яркого примера последнего времени приводят жителей Култука, где накануне Нового года сгорел деревянный многоквартирный дом. Жилья разом лишились 12 семей. В МЧС признают, что «необходимость ввести обязательное страхование жилья на законодательном уровне давно назрела». МЧС ещё несколько лет назад предложило проект федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности за причинение вреда в результате пожара», но его пока так и не приняли. «Для этого существует масса препятствий, в том числе российский менталитет, – считает заместитель начальника отдела государственного пожарного надзора УНД ГУ МЧС России по Иркутской области Александр Кузнецов. –  Захотят ли люди тратить деньги на это? Тем более что часто в деревянных домах, которые сгорают, живут неблагополучные семьи. Там риск пожара гораздо выше, но страховать жильё они не спешат. Да и страховщики вряд ли были бы рады таким объектам». 

Так что пока страхование жилья, в том числе деревянного, остаётся уделом лишь части собственников, которые покупают его в кредит либо строят на свои деньги,  уверена начальник отдела массовых видов страхования Иркутского филиала  компании «Росгосстрах» Надежда Иванова.  «Услуга пользуется спросом и у владельцев дачных домов среднего класса. Другие группы населения тоже страхуют свои дома, но на существенно меньшие суммы (ниже, чем стоимость дома)», – отметила Иванова.  Опасения собственников, по мнению Ивановой, вполне объяснимы, ведь около 85% всех страховых случаев по жилью – это пожары. Остальное приходится на стихийные бедствия, падение деревьев и другие происшествия. По данным ведущего специалиста сектора личного и имущественного страхования «ВостСибЖАСО» Марины Кузиной, деревянные дома составляют 15% от застрахованного жилья. Она подтвердила, что в основном люди боятся пожаров, особенно если объект куплен в ипотеку. Наибольшим спросом услуги страховщиков пользуются там, где существенную часть жилого фонда составляют «деревяшки» (в Вихоревке Братского района около 80% жилья приходится на деревянные дома).

В любом случае страхование жилья, в том числе деревянного, пока нельзя назвать массовым. «В отличие от автомобильного страхования, жилищное  является добровольным. А тут уже каждый делает свой выбор. Ещё далеко не все осознают ответственность за свою недвижимость», – сказали «М2» в «Ингосстрахе».  Единственный шанс компаний охватить все группы населения – дождаться введения обязательного страхования жилья, хотя бы на уровне региона. «Например, в   Москве страховые премии заложены в квартплату. Их собирают управляющие компании и ТСЖ, а затем перечисляют страховщикам. Конечно, расчёт идёт по усреднённым показателям, но в случае чего жильцы могут компенсировать хотя бы часть ущерба от пожара или потопа», – рассказала Кузина. 

Премии и выплаты 

Всего страхованием имущества физических лиц, в основном недвижимости, в Иркутской области, по данным Федеральной службы страхового надзора, занимаются более 40 компаний, но основная часть клиентов приходится на 10–15 компаний.  В их числе «Ингосстрах», «Росгосстрах», «Мегаполис», «Прогресс-гарант», «СОГАЗ», «Энергогарант», «Цюрих», «ВостСибЖАСО». Объём премий (то, что клиент платит компании) по этому виду страхования в 2011 году составил около 1 млрд. рублей, выплаты (то, что получает клиент при наступлении страхового случая) – не менее 160 млн. рублей.  

В «Росгосстрахе», занимающем пятую часть регионального рынка  имущественного страхования, «М2» сообщили, что ежегодно объём премий увеличивается приблизительно на 20%. В 2011 году РГС по страхованию строений и квартир в Иркутской области собрал порядка 85 млн. рублей  (причём лишь 15 млн. рублей из этой суммы приходится на квартиры, остальное – на частные дома). «Человек, проживающий в деревянном доме, более остро ощущает опасность», – полагает Надежда Иванова из РГС. Пропорционально премиям  возрастают и выплаты. Так, в 2011 году РГС выплатил клиентам около 20 млн. рублей против 12 млн. рублей в 2010-м. 

Плата за риск

Высокие риски потерять жильё означают для владельцев и высокие коэффициенты:  застраховать деревянный дом обойдётся в три-четыре раза дороже, чем квартиру, отметила Иванова. В среднем коэффициент РГС по страхованию дома начинается от 0,82% от страховой суммы. «Верхнего предела нет, он зависит от многого: постоянно ли там проживает собственник, есть ли печи, достроен ли объект, где он находится, что расположено рядом. Плюс  влияет набор услуг, срок страховки и состояние объекта», – добавила специалист. Суммы, на которые страхуют деревянные постройки в Иркутской области, по её словам, варьируются от 50 тыс. до 50 млн. рублей. «Нет пределов, мы оцениваем все объекты индивидуально. В среднем дачный домик страхуют на 300–800 тысяч рублей, коттедж – на 6-7 миллионов», – отметила Иванова. 

Ведущий специалист сектора личного и имущественного страхования «ВостСибЖАСО» Марина Кузина подтвердила, что страховка деревянного жилья – наиболее дорогая. За «полный пакет» собственники платят около 1,5% от стоимости жилья (компания самостоятельно оценивает жильё и устанавливает цену квадратного метра). Коэффициент при страховании только от пожара составляет 1% от стоимости жилья. Так, например, если дом  стоит от 1,3 млн. рублей (в отдалённых районах Иркутска) до 7 млн. (в центре),  его страхование потребует от 13 тыс. до 70 тыс. рублей в год (и от 19 до 105 тыс. рублей – за «полный пакет»).  Обычные квартиры в кирпичных, панельных или монолитных домах компания готова страховать по гораздо более низкой ставке – около 0,6%. Впрочем, двукратная разница нивелируется, поскольку квартиры зачастую стоят дороже «деревяшек». 

Хаус-контроль 

Стоимость – далеко не единственная проблема страховки деревянного жилья. Дом может попросту не подойти компании, если он находится в аварийном или ветхом состоянии. Страховщики категорически отказываются работать с таким объектом, поскольку вероятность, что он сгорит или обрушится, крайне высока. «Страховой случай должен быть случайным, а не гарантированным», – пояснила Кузина. В «чёрный список» построек входят и те, что находятся в зонах, подверженных регулярным затоплениям. 

Страховщики неохотно, но всё же берутся за жильё в многоквартирных домах. «Это изношенный фонд, построенный 50-60 лет назад. Зачастую там есть проблемы с проводкой, а в квартирах установлены газовые печи. Риски очень высокие. Многие компании такие квартиры не принимают вообще», – сказала Иванова, отметив, что РГС с подобными объектами работает, но только после экспертизы и под высокую ставку. Коэффициент для жилья в многоквартирном деревянном доме будет выше как минимум на 50% и то при условии хорошего состояния дома.

«Приписочка маленькими буквами»

Однако застраховать деревянное строение –  половина дела. При наступлении страхового случая собственнику ещё предстоит доказать своё право на выплату  и добиться перечисления денег. «М2» не пришлось долго искать человека, которому пришлось столкнуться с такими сложностями. «У меня за городом утеплённый дачный дом и баня. Когда я страховал их в иркутском представительстве крупной компании, мне пообещали оформить что-то вроде аналога автомобильного КАСКО, которое в любом случае покроет ущерб, – рассказал Леонид (собеседник попросил не называть его фамилию). – Но когда из-за ошибки строителей сгорел второй этаж бани, в договоре обнаружилась приписочка маленькими буквами, где подробно оговаривались условия получения  выплат.  К примеру, если объект повредил ураган, его должна была зафиксировать метеослужба». 

Осмотрев баню, страховщики заверили, что Леонид ничего не получит. Его обвинили в том, что он оставил включённым компьютер, который вообще-то был в нерабочем состоянии. За этим заключением последовали полгода разбирательств со страховой компанией. В итоге, правда, Леонид получил около 200 тыс. рублей на восстановление этажа и отстроился заново. Более того, он не стал менять компанию и продлил договор. Однако не уверен, что, случись снова пожар, ему возместят потери. «Сомневаюсь, что у меня хватит сил и терпения выбивать выплату с таким же упорством, как в прошлый раз, – говорит Леонид. – Ведь я этим вопросом занимался, как зарядкой по утрам. Если не «пободался» со страховщиками в течение дня, то уже чего-то не хватало».

Читайте также

Подпишитесь на свежие новости

Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер