издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Школа Леонида Выговского

Леонид Выговский сравнивает свою жизнь с полотном пилы. В том смысле, что его жизненная линия не шла по нарастающей и не закручивалась спиралью, а была скорее похожа на линию из зубцов: один повыше, другой пониже. И высота зубцов измерялась не столько солидностью должности, сколько сложностью задачи. «Сначала карабкаешься вверх, доводишь своё дело до вершины. В какой-то момент понимаешь, что здесь работа завершена и нужно снова искать что-то своё», – объясняет Леонид Аполлонович.

Леонид родился в учительской семье – родители были сельскими учителями. Отец Аполлон Донатович работал заведующим Константиновской начальной школы Жигаловского района. В начале войны он ушёл на фронт, погиб под Кёнигсбергом при освобождении Прибалтики, не дожив до победы меньше трёх месяцев. После войны мама Варвара Васильевна вторично вышла замуж, также за учителя. В 1946 году отчим Иван Алексеевич, который находился военной службе, получил назначение в Германию, с ним отправились жена и маленький Лёня. В Германии трёхлетний мальчик запомнил шикарную квартиру со множеством комнат, обставленных красивой мебелью. Но самые яркие воспоминания до сих пор отзываются болью. Однажды Лёня вместе с Иваном Алексеевичем попал под обстрел фашистов, уцелевших после войны. Отчим полз и отстреливался от врагов из пистолета. Своим телом он накрывал мальчика. Ужас и жжение в расцарапанных коленях Лёня запомнил надолго. 

В 1947 году семья вернулась в Жигалово. Через три года Леонид пошёл в первый класс. После войны костяк школы составляли фронтовики. «Образование они имели не великое: кто-то окончил педучилище, кто-то – ускоренные курсы. Свои университеты эти люди прошли на войне, – рассказывает Леонид Аполлонович. – Учителя-фронтовики по-своему понимали задачи, которые должна решать школа. Знания давали прочные, ориентированные на практическое применение. Требовали от учеников любое дело доводить до конца. Было так: если тебе дали задание, надо его выполнять. Это касалось всей школьной жизни, начиная с учёбы и заканчивая трудом на школьном огороде и в саду. Фронтовики привили нам уважение к земле, к растениям. В школе мы узнавали, как правильно посадить яблоню, о том, что есть, оказывается, кроме огурцов, которые мы видели дома, кабачки и патиссоны».

Учился Леонид с охотой, особенно мальчику нравились точные науки: математика и физика. «Учитель математики Иннокентий Иванович Рудых ставил хорошую оценку, если ты задачу решил каким-то нестандартным способом, не таким, какой уже знаешь», – вспоминает благодарный ученик. Видимо, с тех пор он приобрёл привычку не только в математике, но и в житейских делах не идти по проторенной дорожке, а искать собственный путь, своё решение. 

Кумиром мальчишек в школе был учитель физики Григорий Тимофеевич Сазонов. К счастью, он до сих пор жив, сейчас ему далеко за 80. «Молодой, с прекрасной фигурой, спортсмен, – отзывается об учителе сегодня уже немолодой ученик. – Он прекрасно знал физику, радиотехнику. Глядя на учителя, мы, мальчишки, тоже увлеклись этими предметами. Стремились во всём подражать Григорию Тимофеевичу, хотели быть похожими на него, копировали поведение и манеры». Очевидно, что проблема выбора профессии перед Леонидом не стояла. 

В 1960 году он стал студентом физико-математического факультета Иркутского пединститута. Институтская жизнь захватила парня с головой. После учёбы успевал и спортом заниматься, и в работе театрального кружка участвовать, и общественную нагрузку члена институтского комитета комсомола нести. Первую серьёзную задачку жизнь подкинула Леониду после первого курса института. Умерла мама, на руках у студента остались трое школьников – две сестры и брат. Выбор был незавидный: бросать учёбу и идти работать либо, невзирая на трудности семьи, продолжить учёбу. Леонид решил по-своему. Он пошёл работать, но при этом продолжил учиться. Чтобы обеспечить себя и брата с сёстрами, брался за любое дело – убирал территорию, разгружал вагоны, сортировал овощи и фрукты на плодоовощной базе, подрабатывал лаборантом в институте. 

Первое учительское боевое крещение Леонид принял на третьем курсе. Как и сейчас, полвека назад педагогов на селе не хватало. Поэтому среди успевающих студентов набирали «добровольцев», кто во время учёбы согласился бы одну четверть поработать в сельской школе. Среди желающих попробовать свои силы оказался и Выговский. Из множества школ он выбрал Завальскую восьмилетку. Морозным февральским днём в открытом кузове почтовой машины добирался юноша до места назначения. На ногах – туфли, поверх них надеты суконные боты, в народе прозванные «прощай, молодость». Чтобы молодой учитель не околел по дороге, водитель уступил ему тулуп. 

«Мне пришлось вести всю математику и физику в школе, нагрузка – более 40 часов в неделю. К тому же вместо одной четверти я отработал полгода. После такой закалки не страшно подходить к учительскому столу, – говорит Леонид Аполлонович. – Плюс к этому умудрялся ещё вести кружок фотодела и заниматься в драматическом кружке».  

В нынешнем апреле семья Выговских отмечает двойной юбилей: 70-летие Леонида Аполлоновича и 50-летие семейной жизни с Верой Фёдоровной. В Завали молодой учитель встретил ту единственную, вместе с которой уже полвека шагает «по зубцам жизни».   

С четвёртого курса студент имел две постоянные работы – лаборанта в институте и учителя в вечерней школе. Школа располагалась в помещении чаеразвесочной фабрики. 20-летний парень обучал взрослых людей, которые, отработав смену, садились за парты. «Это была хорошая практика. Здесь я учился общаться с аудиторией, держать учительскую марку. Волнение, конечно, было, – признаёт педагог. – Были и сложные моменты. До сих пор помню случай, как на одном из занятий я запорол решение задачи, только к концу смог «вырулить». На втором занятии пришлось снова возвращаться к этому заданию. Больше таких ситуаций в работе не допукал. Взял себе за правило: прежде чем дать ребятам, на 3-4 раза в разных вариациях вычисляю ответ». 

Эти уроки и стали этапами восхождения на первую жизненную вершину. В 22 года Леонида Аполлоновича попросили стать директором новой вихоревской школы №2. Оценив возможности, молодой специалист согласился пойти в заместители. С увлечением он взялся за работу. Кроме учебной нагрузки, занимался организацией производственной практики. Она была обязательна для старшеклассников. Когда дело с практикой было налажено, Леонида Аполлоновича перевели в заместители директора по учебно-воспитательной работе. Успехи начинающего руководителя заметили районные власти, ему предложили стать секретарём комитета комсомола по идеологии. Через пару лет последовало приглашение в областной комитет комсомола на должность заведующего отделом учащейся молодёжи и пионеров. Отдел занимался организацией пионерского движения, координировал деятельность вожатых, работал с ученическими производственными бригадами, школьными лесничествами, проводил областные туристические слёты, игры «Зарница» и «Орлёнок», спортивные соревнования и конкурсы профессионального мастерства. В общем, хлопот хватало. 

Время шло, подходил момент для разрешения новой задачи. Логично было бы предположить, что, повзрослев, комсомольский вожак станет партийным начальником. Но, как уже догадались читатели, очевидные решения не для Леонида Выговского. Достигнув верха жизненного «зубца», кривая устремилась вниз. Леонид Аполлонович предложил себя на должность директора школы, которая к тому времени ещё не была построена. А благоустроенную квартиру в областном центре поменял на палатку в чистом поле. Семья отправилась на строительство первой школы на Байкало-Амурской магистрали, в посёлок Звёздный. «Школа не отпускала, звала, тянула. Да и возраст поджимал. Пора было браться за своё основное дело», – объяснил неожиданный поворот Леонид Аполлонович. 

Супруга юбиляра Вера Фёдоровна так описала новые условия жизни: «Сначала поселились в палатке, затем во вновь выстроенной холодной пекарне. Бельё полоскали в проруби реки Нии. Всё пережили». Отметим, что вместе с родителями на север приехали двое детей – десятилетняя Елена и шестилетний Евгений.

Школу в Звёздном директор принял практически с фундамента. Пришлось поработать и строителем, и прорабом. Этот «зубец» в своей биографии Леонид Выговский считает самым значительным, самым важным. Именно в Звёздном он состоялся как учитель, здесь смог создать такую школу, которая прославилась на всю страну. В первый бамовский посёлок постоянно приезжали гости – из Центрального Комитета партии, Верховного Совета, Министерства образования. Ехали корреспонденты, писатели, артисты, космонавты. Побывав на стройке, гости направлялись в школу. А там было на что посмотреть. Тогда ещё не существовало термина «образовательные технологии», но в школе вовсю обкатывали и внедряли новации: элементы системы Шаталова, коммунарскую методику Иванова, школьное самоуправление. Учителя применяли новейшие по тому времени технические средства обучения, использовали такие формы, как подача материала крупными блоками, погружение в предмет. 

«Мы решили: воспитывать одним учителям бесполезно, надо работать вместе со строителями. В Звёздный приехали молодые участники 17-го съезда комсомола: лучшие бригадиры, Герои Соцтруда. Мы организовали шефство бригад, за каждым классом закрепили бригаду. Строители много времени проводили в школе, возились с ребятишками, вели кружки, устраивали соревнования, просто общались. Шефы брали четвёртые классы и сопровождали до выпускного. Бригадир, который довёл детей до выпуска, в торжественной обстановке получал аттестат зрелости», – с удовольствием вспоминает Леонид Аполлонович.

В школе была своя награда – «Почётный корчагинец». Каждый год этого звания удостаивались три человека – строитель, учитель и ученик. Награждённые получали значки и удостоверения. Кому присвоить почётное звание, определяли сами ребята. Была целая церемония: члены школьного комитета комсомола и старосты классов запирались в комнате и не выходили, пока не выберут три кандидатуры. Удостоверения также подписывали сами ребята. Леонид Аполлонович рассказал, что награду получил лишь на шестой год её существования. «Привлечение бригад и само-

управление творили чудеса. Учителям неудобно было работать плохо, – говорит директор легендарной школы. – Мы добились того, чтобы на территории школы ребята не курили. Не скажу, что все были паиньки, дети к нам приезжали, как говорится, будь здоров. Но запрет курить во дворе соблюдали беспрекословно».

Сейчас школа в посёлке Звёздный существует лишь в памяти людей, которые учились, работали либо бывали в ней. Само здание давно уже разобрали, ведь посёлок был временным, строители магистрали построили первый участок и вместе с детьми отправились дальше. Но всё же, глядя на своё детище из сегодняшнего дня, Леонид Аполлонович понимает, что трудился не зря. «Встречаю своих учеников, с такой теплотой они вспоминают школу! Говорят: «Тогда-то было интереснее, чем то, что сейчас есть у наших детей. Мы могли с 8 утра и до 10-11 вечера пропадать в школе, и с нами вместе были педагоги». Как-то мы подсчитали, что 26 учителей нашей школы позже стали директорами школ. А наши ученики, которые вместе с родителями переезжали во время учёбы в другие местности, не получили ни одной рекламации. Нужно сказать, за нами очень ревниво наблюдали руководители других бамовских школ. Наша-то школа всегда была впереди», – рассказывает Леонид Аполлонович.  

Неудивительно, что талантливого руководителя вновь заметили и пригласили на должность заместителя заведующего областным отделом народного образования. Если по-современному, заместителя министра образования. Чтобы вникнуть в дела, первые три года работы новоявленный чиновник проводил в командировках от 120 до 180 дней в году. В 1980-е было организовано обучение детей с шести лет, улучшено обеспечение детских домов, школ-интернатов и вспомогательных школ. Ежегодно хозяйственным способом в области строилось больше 100 квартир для учителей. Контроль за ходом возведения объектов полностью возлагался на облоно.

Работа спорилась, но душа требовала более сложных задач. Клубком неразрешённых проблем в те годы был институт усовершенствования учителей, нынешний институт повышения квалификации работников образования. Учреждение переживало кадровый голод, научная работа практически не велась, нужна была прикладная методическая работа. В общем, именно то, что требовалось для нашего героя. Не оставляя работы в областном отделе образования, Леонид Аполлонович возглавил институт. Он сформировал коллектив, пригласил на работу учёных, организовал первые кафедры. Полностью были переработаны учебные планы и программы повышения квалификации учителей. Авторитет института настолько вырос, что его руководителя пригласили в совет директоров институтов России.    

Заканчивались 1990-е годы. Леонида Выговского поджидало, пожалуй, одно из самых серьёзных испытаний. Тогдашний губернатор Борис Говорин предложить возглавить областное образовательное ведомство. К этому времени оно называлось главным управлением образования. Задачка не из лёгких. В конце 1998 года более половины учительских коллективов бастовали. Педагоги объявляли голодовки, отказывались работать. Зарплату учителя не получали по полгода и дольше. «Губернатор с финансовым отделом решали проблему на своём уровне, а нам, работникам управления, приходилось в это время в школах разговаривать  – глаза в глаза  – с людьми. Ну что можно сказать голодной учительнице? У неё своя правда, свои житейские обязанности. А тут ни одеться, ни покушать, ни семью накормить. Это дело мы быстро поправили, к 2001 году перебоев с зарплатой не стало». Кривая опять устремилась вверх. В начале 2000-х в области были реализованы значимые проекты: создан и оборудован интернет-центр образования, налажено централизованное обеспечение школ учебниками, началась массовая компьютеризация. Впервые за многие годы в учебные заведения стали приходить автобусы для подвоза учеников, а сельские школы получили трактора для производственного обучения.     

С выходом на пенсию карьера государственного служащего закончилась. Путь к новым вершинам Леонид Аполлонович начал с рядового преподавателя Иркутского лингвистического университета. Но такова уж натура этого человека, что не может он «жить по прямой». Вот и организовал подготовку руководителей образовательных учреждений по современным требованиям менеджмента. Более 300 специалистов уже получили дипломы о высшем управленческом образовании. Ещё 300 человек проходят обучение. Леонид Выговский возглавляет институт образовательных технологий лингвистического университета. 

С 2002 года он работает в системе высшего образования. Но при этом не перестаёт трудиться для своей любимой школы. И с готовностью бросается защищать её от любой несправедливости. «Как вы относитесь к тому, что сейчас школа фактически ушла от воспитания и трудового обучения?» – неосторожно задала я вопрос. «Это не школа ушла, это государство забрало функции, не передав никому. Не школа виновата, – поправляет меня Леонид Аполлонович. – Сначала у учителя забрали деньги за воспитательную работу. Сейчас на обучение деньги выделяются, а о воспитании и речи нет. Отпустив воспитание и трудовое обучение, мы пожинаем те негативные процессы, которые происходят в обществе. И дна мы ещё не достигли, я душой это, сердцем чувствую».

Профессиональная жизнь Леонида Аполлоновича была связана преимущественно с интеллектуальным трудом. Но и труд физический он считает необходимым для любого человека. Наш герой многое может сделать своими руками: и сантехнику починить, и электрику, и из дерева что-то смастерить. В последние 10 лет увлёкся пчеловодством. «Медок-то у меня свой. Для семьи я держу десяток семей пчёл. Ульи для них строю сам. Конечно, я мог бы их купить, но мне интересно сделать самому, чтобы точно всё подошло, было подогнано, чтобы пчёлка себя в домике уютно чувствовала» – как и прежде, простых решений Леонид Выговский не ищет.

Читайте также

Подпишитесь на свежие новости

Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Важное
Adblock
detector