издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Поверх границ

Природа вновь не даёт уровню Байкала уложиться в официальные рамки

Вода неудержима: если в 2014–2017 годах уровень Байкала не удавалось удержать на отметке НПУ 457,0 м (ТО), то в 2020-м он превысил официально установленный максимум для условий средней водности. Те же риски возникают в 2021 году. Некоторые представители Бурятского научного центра СО РАН уже успели назвать гидрологическую обстановку на Байкале «катастрофической» и заявить об угрозе для восточного берега. Другие учёные их тезисы опровергают, указывая на цикличность водности и противоестественность метрового диапазона регулирования уровня озера.

Сбросные расходы Иркутского гидроузла со 2 июля увеличили до 2800 кубометров в секунду, с 7 июля их повысили ещё на 100 кубометров в секунду. Такое решение приняло Енисейское бассейновое водное управление Федерального агентства водных ресурсов. Основанием для него стал высокий приток в Байкал и Братское водохранилище. Как сообщает Главное управление МЧС России по Иркутской области, специалисты ведомства предложили увеличивать расходы станции поэтапно, чтобы можно было оценить возможные последствия. Риск затоплений, как показала осень 2020 года, высок для островов, расположенных в границах Иркутска и ниже по течению Ангары. В том числе для Бабра, на котором находится форелевое хозяйство. В зоне возможного подтопления также пониженные участки местности в шести садоводствах – «Елизовском», «Озёрном», «Прибрежном», «Прибрежном-2», «Ангаре-3» и «Нептуне».

Дожди с восточного берега

Енисейское БВУ исходит из официального прогноза Росгидромета, по которому полезный приток в Байкал в июле может составить 4700–5700 кубометров в секунду. То есть 100–120% от нормы. Приток был значительным и в предыдущие месяцы. В мае, когда началось наполнение Байкала, в озеро в среднем поступало 3190 кубометров в секунду. При этом практически весь месяц – за исключением четырёх дней – приток держался на уровне 3500 «кубов» ежесекундно. Причину повышенного притока можно найти в ежемесячных обзорах погодно-климатических особенностей на Северном полушарии Земли, которые публикует Гидрометцентр России. В отдельных районах Республики Бурятия и Забайкальского края, на которые приходится значительная часть водосборного бассейна Байкала, в мае выпало от двух с половиной до трёх месячных норм осадков. Похожая ситуация наблюдалась и на юге Восточной Сибири.

Расходы Иркутской ГЭС в течение месяца варьировались в соответствии с притоком. Енисейское БВУ, которое устанавливает режим работы гидроэлектростанций на Ангаре и Енисее, сначала постепенно снизило их до 1700 кубометров в секунду, затем к 12 мая увеличило до 2500 «кубов» ежесекундно, а к 27 мая «прикрыло» до 2200 кубометров в секунду. Перед ведомством, как это происходит каждый год, стояла непростая задача со множеством неизвестных: с одной стороны – обеспечить плавное наполнение Байкала, с другой – оставить в озере достаточную свободную ёмкость, чтобы осенью его уровень не превысил отметку 457,0 м в Тихоокеанской системе высот, которая соответствует отметке нормального подпорного уровня Иркутской ГЭС и была установлена правительством России в качестве максимально допустимой. Минимум, к слову, составлял 456,0 м ТО. Соответствующее постановление федеральное правительство приняло в 2001 году.

Байкал однако отказывается укладываться в официально заданные в 2001 году рамки. В связи с тем, что затяжное маловодье на Байкале, начавшееся ещё в конце девяностых, в 2014–2017 годах стало экстремальным, метровый диапазон регулирования уровня озера временно расширили. Такое происходило уже трижды. Очередное постановление правительства об этом, принятое в апреле, действует до конца 2021 года. «Для озера характерен затяжной маловодный период, который сменяется резким подъёмом уровня воды, – отмечает научный сотрудник Института водных проблем РАН Виталий Чуканов. – Пример – 1932 год, когда случилось катастрофическое наводнение. Есть некая цикличность. Другой момент – какова периодичность этого цикла. Кто-то привязывает её к солнечной активности и говорит, что цикл составляет 10-11 лет. Мы проводили соответствующие исследования и пришли к выводу, что это не так: речь о десятках лет». Тренд на затяжное маловодье сменился в 2018 году. Осенью 2020-го уровень воды в Байкале превысил отметку 457,0 м ТО, такой риск велик и сейчас. Во всяком случае, июнь 2021 года оказался не менее богатым на осадки, чем май. По данным Бурятского центра по гидрометеорологии и мониторингу окружающей среды, к 3 июля уровень воды в Селенге, которая даёт около половины притока в Байкал, в районе Улан-Удэ достиг 168 см – плюс 18 см за сутки. В Новоселенгинске вода вышла на пойму слоем 26 см. Из берегов вышел и Баргузин – вторая по объёму стока река, впадающая в Байкал.

В июне, кстати, приток тоже был высоким – более 4300 кубометров в секунду при норме около 4000 «кубов». Как следствие, к концу месяца уровень Байкала достиг 456,58 м ТО. И продолжил расти. По информации Бурятского ЦГМС, 4 июля он поднялся до 456,68 м ТО и пока стабилизировался. До максимальной отметки остаётся 32 см. То есть около 10,2 кубокилометра воды. При том, что июль уже обещает быть многоводным, а значительная часть притока в Байкал обычно приходится на август-сентябрь.

Выше верхнего

За отметку 457,0 м ТО вода в озере уже выходила осенью прошлого года. Если точнее, 30 сентября 2020-го она достигла 457,12 м ТО и продержалась на этой отметке три дня. Научный руководитель Байкальского института природопользования СО РАН Арнольд Тулохонов с коллегами, в свою очередь, прошлой осенью подготовил открытое письмо по уровенному режиму Байкала. В нём академик, по большому счёту, повторил тезис, не раз звучавший с бурятской стороны: то, как распоряжаются гидроресурсами, негативно сказывается на экосистеме озера. Гидрологическую обстановку, сложившуюся на Байкале осенью 2020 года, Тулохонов и другие представители Бурятского научного центра СО РАН назвали катастрофической, спрогнозировали разрушение береговых линий на восточном побережье озера и заявили о реальной угрозе разрушения автомобильных дорог в районе Усть-Баргузина и участка Транссибирской железнодорожной магистрали от Мысовой до Байкальска. На заседании Научного совета Сибирского отделения Российской академии наук по проблемам Байкала, которое состоялось 16 октября 2020 года, они в подтверждение своих слов продемонстрировали кадры из Иркутска, а также космические снимки и фотографии, сделанные в конце сентября 2020 года и свидетельствующие о затоплении части дельты Селенги, некоторых островов Ярки, Чивыркуйского перешейка, побережья заливов Провал и Черкалов Сор, а также о подмыве насыпи автотрассы Улан-Удэ – Баргузин.

В связи с этим учёные из Бурятии предложили провести оценку эколого-экономических последствий действующего высокого уровенного режима Байкала, сравнив его с паводками 1971–1973 и 1997-1998 годов (последние две даты указаны в открытом письме, однако, по всей видимости, речь идёт о 1994-1995 годах. – Авт.). Заодно, по их мнению, необходимо оценить и предшествовавшее ему маловодье. В открытом письме прозвучали и уже знакомые тезисы: решение научных и хозяйственных проблем за счёт энергетической ренты и сохранение метровой призмы регулирования уровня озера.

На том же октябрьском заседании директор Иркутского филиала СО РАН Игорь Бычков, директор Лимнологического института СО РАН Андрей Федотов и заведующий лабораторией гидроэнергетических и водохозяйственных систем Института систем энергетики имени Л.А. Мелентьева СО РАН Вячеслав Никитин привели факты, доказывающие необоснованность прогнозов бурятских учёных о разрушении береговой линии из-за высокого уровня Байкала. Опровергли они и ряд других утверждений. «Мне кажется, что два-три или даже десять сантиметров превышения [регламентированного уровня воды] ни к каким катастрофическим затоплениям привести не могут», – отчасти поддерживает коллег научный сотрудник Института водных проблем РАН.

Обстоятельства места

Справедливость его слов подтверждает и серия экспедиционных выездов специалистов на территорию юго-восточного побережья Байкала, включая Кабанский заказник и Забайкальский национальный парк, предпринятых в начале лета 2021 года. Например, 15 июня, когда уровень воды в Байкале составлял 456,40 м ТО, значительная часть косы Бабья Карга, которая отделяет дельту Селенги от озера, была затоплена. Местные жители замечают, что во время половодья и паводков здесь частично затапливаются и луга, которые используются в качестве пастбищ. Такие периодические затопления и осушения лугов делают их почву более плодородной. Берег Черкалова Сора – пологий. Учитывая рельеф, даже незначительные колебания уровня Байкала приводят к тому, что урез воды значительно смещается по горизонтали – это обстоятельство и позволило сделать пугающие фотографии прошлой осенью. Однако нужно отметить, что дома и частные земельные участки находятся на высоком берегу, отделённом от ложа Байкала обрывом, местами довольно высоким. Поэтому здесь затопление домам и владениям местных жителей не угрожает. Схожая картина – на берегу залива Провал, который образовался в результате мощнейшего Цаганского землетрясения 1862 года.

Площадка монумента «Ворота Баргузинской долины», которую использовали для иллюстрации размыва автомобильной дороги от Улан-Удэ до Усть-Баргузина, укреплена габионами. При уровне Байкала 456,42 м ТО, как это было 17 июня, урез воды находится достаточно далеко от монумента и его укрепления. Участки слева и справа от полосы габионов, которыми укреплена площадка, подмывает вследствие естественной переработки берегов под воздействием волн и ветрового нагона. Тем же можно объяснить обрушение откоса автотрассы. Сверху по склону над участком обрушения обнаружено явное русло селя или оползня, который также мог послужить причиной обвала откоса дороги. Кемпинг и дорога на Чивыркуйском перешейке, которую бурятские учёные показывали затопленной, находятся за достаточно высокой бровкой берега. При уровне Байкала 456,41 м ТО, который был 16 июня, последняя находилась примерно в 3 м над поверхностью воды. То есть при отметке около 457 м ТО дорогу и кемпинги могло затопить только вследствие заплеска волн во время сильного шторма.

Дать пространство для манёвра

При этом 2020 год не был экстремально многоводным. В среднем обеспеченность притока в Байкал составила 25% – иными словами, такое может наблюдаться раз в четыре года. Федеральная служба государственной статистики, к примеру, трактует повышенную водность как водность обеспеченностью в 25% и ниже, а пониженную – 75% и выше. Но по методике, которой руководствуются Министерство природных ресурсов и экологии РФ и входящие в его состав Росводресурсы, нормальным считается диапазон от 10% до 90% обеспеченности. Как бы то ни было, в обеих системах координат можно считать, что водность 2020 года была средней. И даже в таких условиях не удалось уложиться в метровый диапазон. К слову, в первоначальной редакции постановления, принятого в 2001 году, метровый диапазон регулирования уровня Байкала должен был действовать в условиях нормальной водности. В случае экстремального маловодья минимальная отметка могла быть понижена до 455,54 м ТО, а при экстремальных паводках допускалось бы повышение до 457,85 м ТО. Такие цифры были прописаны ещё в техническом проекте Иркутской ГЭС, по которому её строили в пятидесятых годах прошлого века. Эти же показатели были прописаны во временных постановлениях, действовавших в 2015–2020 годах. Основой для такого решения были данные, полученные по итогам специальной научно-исследовательской работы, которая была проведена в 2015 году по заказу Росводресурсов. Расширенный диапазон действует и в настоящее время.

«Научно-исследовательская работа, которую проводил Институт водных проблем, и не только она, показала, что в рамках одного метра невозможно удержаться физически, – подчёркивает Чуканов. – К тому же метровый диапазон – он противоестественный: подгоняя Байкал под эти ограничения, мы уходим от природного гидрологического режима. В природе амплитуда колебаний уровня намного больше. И в том числе это разнообразие гидрологических режимов сформировало уникальную экосистему Байкала». Согласно официальным докладам о состоянии озера и мерах по его охране, в 1900–1958 годах, то есть до строительства Иркутской ГЭС, внутригодовая амплитуда колебаний уровня воды в Байкале составляла в среднем 85 см. Однако в 1932 году она была 1,52 м. «Разбег» между минимальным и максимальным уровнями, зафиксированными в естественных условиях, и вовсе достигает 2 м. С вводом Иркутской ГЭС появилась возможность контролировать эти колебания, защищая Иркутск и лежащие ниже населённые пункты от экстремальных паводков, и использовать энергию воды на благо развития региона.

Учитывая опыт последних лет, когда на смену экстремальному маловодью приходит «большая вода», Научный совет СО РАН по проблемам Байкала ещё в октябре предложил провести комплексные исследования для определения обоснованного допустимого диапазона регулирования уровня озера. К ним решено привлечь специалистов из Иркутской области и Республики Бурятия. Результаты работы, в свою очередь, планируют обсудить со всеми заинтересованными федеральными и региональными ведомствами, а также общественными организациями.

Действующая система регулирования уровня Байкала, построенная на долгосрочном прогнозе Росгидромета и действующих Правилах регулирования уровенного режима, нуждается в переменах, которые, в свою очередь, должны быть основаны на научном подходе. Заведующий лабораторией гидроэнергетических и водохозяйственных систем Института систем энергетики имени Л.А. Мелентьева СО РАН Вячеслав Никитин считает, что система должна быть адаптивной. «Есть такое понятие – ведение режима в соответствии со складывающимися гидрологическими условиями, – объясняет он. – При искусственном регулировании у вас есть периоды наполнения и «сработки» водохранилища. Вы наполняете его, исходя из Правил использования водных ресурсов и диспетчерского графика, который прописан проектировщиками. При ведении режима в соответствии со складывающимися условиями есть «вилка» притока: если тот оказывается меньше – вы снижаете сбросные расходы, если больше – увеличиваете». Научный сотрудник Института водных проблем РАН считает, что необходимы новые Правила использования водных ресурсов Байкала и Иркутского водохранилища. «Проблема в том, что сейчас правила есть формально, но они не отвечают современным требованиям водопользователей, – резюмирует он. – Однако был разработан проект новых правил, который составлен так, чтобы управлять режимом Иркутской ГЭС независимо от прогноза. Всё просто: если прогноз достоверен – работаем по нему, если нет – прописан механизм, как действовать в таких случаях. Но должны быть правила, а также необходим диспетчерский график. Последний можно составить так, чтобы он приближал режим использования гидроресурсов Байкала к естественному».

Научные исследования будут продолжаться порядка трёх лет, но природа не станет дожидаться их результатов. Поэтому принятие взвешенных решений об оперативном управлении сложнейшей природно-антропогенной системой «Байкал – Иркутская ГЭС – Ангара» с учётом множества факторов и с опорой на уже имеющиеся научные разработки поможет достойно пройти испытания, заготовленные для нас природой.

 

Читайте также

Подпишитесь на свежие новости

Мнение
Проекты и партнеры