издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Достоевский, играющий в куклы

Театр «Аистёнок» поставил спектакль по «Дядюшкиному сну»

Если заглянуть в оконце старинного фотоаппарата в фойе театра, то увидишь человека, сидящего маленьким за столом в своей комнатке. Это Достоевский. Это совсем крохотная фигурка, но со знакомыми чертами. Странно ощущать, что и вот так можно говорить о классике – языком кукол. Но оказывается, что этот язык более яркий и неожиданный, чем уже приевшиеся фразы: «Двухсотлетний юбилей…», «Русский классик…», «Великое наследие…». Комнатку Достоевского в модели фотоаппарата собрали художники иркутского театра «Аистёнок» Ольга Дорохина и Светлана Шергина, воссоздав обстановку по материалам музеев-квартир Достоевского в Санкт-Петербурге и Старой Руссе. Это маленький подарок Фёдору Михайловичу. Главное, конечно, ждёт зрителя на сцене. «Аистёнку» в условиях пандемийной неразберихи удалось создать очень необычный спектакль по «Дядюшкиному сну» Достоевского.

А ведь Достоевский – хулиган

Спектакль «Дядюшкин сон» открывал творческие встречи «Достоевский. Театр. 21 век», которые проходили в Иркутске с 1 по 5 декабря и были посвящены 200-летию со дня рождения Фёдора Михайловича Достоевского. «Мне кажется, очень важно, что Достоевского помнят. И радостно, что иркутская афиша наполнилась спектаклями по произведениям Фёдора Михайловича, – сказал директор театра «Аистёнок» Андрей Стрельцов. – Его не зря называют очень объёмным писателем, мыслителем и даже пророком. Если мы вспомним страшные события, которые происходили в Октябрьскую революцию, всё это описал Фёдор Михайлович. Как мне кажется, Достоевский всё-таки очень любил человека, пытался понять, в чём смысл человеческой жизни, и пришёл к мысли, что цель жизни – безграничное служение всем людям, миру. Отложив своё «я» в сторону. Мне кажется, и через 200, и через 300 лет мы будем гордиться, что произведения Достоевского – часть общечеловеческой культуры».

«Дядюшкин сон» был поставлен специально к юбилейной дате, ставил его режиссёр из Беларуси Игорь Казаков, художник-постановщик – Ольга Дворовая. Премьера состоялась 7 сентября, 11 ноября спектакль был показан вновь к юбилею писателя, сейчас его увидели участники творческих встреч. 3 декабря актёры, занятые в спектакле, иркутские литературоведы, журналисты, простые зрители собрались, чтобы обсудить постановку. «Нам очень важен диалог между театром и зрителем, потому мы решили устроить эту встречу в театральной гостиной», – сказал Андрей Стрельцов.

– Я не очень умею оценивать спектакли с точки зрения рецензента, критика, – сказала доктор филологических наук, много лет занимающаяся творчеством Достоевского, Ольга Юрьева. – Если говорить о Достоевском, то он настолько велик, огромен и глубок, что интерпретаций его творчества может быть очень много. Скажу честно – я довольно редко смотрю спектакли по литературным произведениям. Мы, люди старой школы, так уже укоренились в литературе, что я просто боюсь, у меня начинаются приступы аллергии на то, что я смотрю. Так вот, с «Дядюшкиным сном» «Аистёнка» этого не случилось. Я специально перечитала «Дядюшкин сон» – не для того, чтобы сверить с тем, что видишь, а чтобы освежить в памяти и знать, о чём говоришь. Когда я смотрела спектакль, я слышала Достоевского, его реплики, его текст, видела его характеры. Есть произведения, которые не поддаются традиционным театральным формам. Например, трудно поставить «Мастера и Маргариту» Булгакова без применения каких-то спецэффектов… А Достоевский назвал свой метод «фантастическим реализмом», «реализмом в высшем смысле». И поэтому, мне кажется, он поддаётся театральным методам. «Дядюшкин сон» – это очень глубокий текст. Но он написан и с долей юмора, в нём очень много смешных моментов. Удивительно, как создателям спектакля удалось найти формы для «Дядюшкиного сна». Я, как зритель, хочу поблагодарить актёров. Это не кукольный театр, это полноценный драматический театр. Артисты обладают абсолютно полноценным актёрским мастерством. И работают с большой самоотдачей.

Ольга Юрьева призналась – сначала её насторожили кукольные физиономии, однако потом внутренне она приняла это решение художника-постановщика. «Это бурлеск, гротеск – всё это Достоевский, – сказала она. – В очередной раз я убедилась в том, как современен Достоевский. И в спектакле есть совершенно оригинальная находка – статуарность куклы Зинаиды. Она – статуя. Зло всегда играть легко, оно яркое, острое. А вот как сыграть добро – это большой вопрос. По-моему, решение образа Зинаиды было очень удачным. Мне очень понравился момент, когда актёры как бы отделялись от кукол и играли. И тут актёры были как куклы или куклы как актёры? Я не поняла, но это было единое целое настолько, что это было великолепно». Ольга Юрьева сказала, что в иные моменты боялась за актёров: настолько их захлёстывала волна эмоций, что казалось – они сейчас упадут в обморок рядом со своей куклой.

По мнению Ольги Юрьевой, в спектакле очень хорошо удалось показать размышления писателя о природе деспотизма, эта тема продолжается и в «Селе Степанчикове и его обитателях». Деспот, обладающий безраздельной властью, заигрывается, думает, что его поступки не видят, не замечают. А люди всё видят и ждут, когда он собственными руками себя переиграет и свалится со своей вершины. По мнению филолога, это очень хорошо видно в «Дядюшкином сне». Ольга Юрьева заметила, что в спектакле, в отличие от произведения Достоевского, финал очень светлый. Однако именно такой финал оправдан логикой всего спектакля. «Артистам и режиссёру именно в этом спектакле – в такой выбранной форме – очень сложно было бы показать трагическую развязку», – считает она. Как сделать естественный, не ходульный переход от кукол, буффонады к развязке в виде трагедии? Это невозможно. По мнению филолога, спектакль очень органично выдержал свою линию, замечательно показал комедийный талант Достоевского, хотя мы привыкли считать его мрачным трагиком. «А ведь он и весёлым бывает, и вообще хулиган», – сказала Ольга Юрьева.

«Я смотрю на куклу. Это сплетница. И что играть?»

«Я поймала себя на мысли, что для меня это не финал, когда герои уходят. Для меня это не завершение истории, – сказала психолог Маргарита Ушакова. – Это какая-то пауза для того, чтобы продолжить. И эта история с куклами даёт гораздо больше возможностей, чтобы понять Достоевского. Кукла это позволяет. Например, если мы видим образ Зинаиды, то для меня важно, кто стоит за ней. Это была для меня лично история про внешнее и внутреннее». По мнению Маргариты Ушаковой, потенциал театральной куклы огромен. Наблюдая за куклой-персонажем, мы можем отстраниться, посмотреть на то, что у нас болит, со стороны и даже посмеяться, а не «разбиться об эту правду». Кукла позволяет взглянуть на наши тяжёлые страдания через призму сатиры, юмора, отстраниться. «Мы можем посмотреть на это и сделать мир немного более справедливым, менее больным и более светлым», – считает психолог.

– Театральная кукла – это прежде всего кукла-образ, так нас учили, – сказал актёр Роман Бучек, игравший Павла Мозглякова. – Человек может то, чего не может кукла. У каждого человека своё внутреннее состояние. Я сегодня могу надеть чистые джинсы, завтра – грязные. А в куклу заложена художником одна маска-образ, и ты, как актёр, в ней видишь характер, который должен быть читаемым. Идёт погружение в образ, это сложная работа, которую просто так не сделаешь. Ты становишься с куклой единым целым.

– Тут интересно вживление в образ, – добавляет актриса Диана Денисенко (в спектакле – Софья Фарпухина). – Я смотрю на куклу – это сплетница, алкоголичка. Два слова. И что играть? А как же вот это всё – расписать роль? Какая была у неё предыстория, прежде чем я вышла сюда, на сцену? А ничего не произошло, сплетню она принесла, и всё. Поэтому ритм другой, поэтому произношение совсем другое. И вот после нескольких репетиций мне говорят: «Всё классно, вы почувствовали героя. А теперь найдите боль». И про что это? Сплетник – человек одинокий, он ходит, и его отовсюду гонят. Все нуждаются в той информации, что он приносит, но ему никто не рад. И вот это ты будешь играть дальше, оно должно сквозить, периодически пробиваться. Когда ты наполняешься этим, потом смотришь на куклу и думаешь: «Ну и как это всё совместить?» Это очень сложно, но интересно.

Дарье Юртаевой, которая играла Зиночку, было по-своему непросто. «У меня совсем другая атмосфера, чем у партнёров по сцене, – говорит она. – Мне эту роль нужно тянуть от начала и до конца. Когда актёры выходят на сцену, происходят какие-то поддерживающие эмоциональные штуки, а я не могу быть вместе со всеми, потому что мой персонаж пронизан абсолютно другим состоянием. Мне трудно быть с ребятами на одной волне и внутренне держать линию моего персонажа. Поэтому я начинала задолго до начала спектакля готовить себя к роли, находить эмоциональные теги, которые связывают меня с героиней. И каждый спектакль надо переживать это заново, плакать, страдать. Это сложно, потому что я уже переживала, я уже плакала, и вот вновь туда… С каждым спектаклем всё заново. И я что-то добавляю новое. Это не только история, рассказанная Фёдором Михайловичем Достоевским, но и лично моя история».

Зрители говорили, что почувствовали в спектакле близость Достоевского и Чехова. Чехов всегда был очень чуток к лицемерию, к маскам, которые надевают люди. А по сути, персонажи Достоевского в «Дядюшкином сне», воплощённые в куклах, – это какие-то общественные маски героев, тогда как душа человека, его дух воплощается в актёре-кукловоде. Когда происходит разделение куклы с кукловодом, уже говорит душа персонажа. «Почему дети любят кукольный театр? Они западают на искренность, которую создают актёры, – сказала одна из участниц театральной гостиной. – Мне кажется, что, когда актёры «Аистёнка» переходят с утреннего детского спектакля на вечерний, они переносят этот потенциал детского театра на взрослый, у актёров есть внутренняя рамка, внутреннее целомудрие. Это видно во взрослых спектаклях, это даёт тот импульс, который мы ощущаем. Например, Роман Бучек, обладая актёрским темпераментом, хорошо показывает надломленность своего персонажа. Анастасия Усольцева, играющая Марью Москалёву, тоже прекрасна. Её кукла с пастью, которая захватывает этот мир, а её двойник-кукловод – милая, хорошая девушка. Эта двойственность хорошо видна. Это герой, который мягко стелет, да жёстко спать. Мне очень нравится, что «Аистёнок» вышел на сложные, серьёзные спектакли, не растеряв заряд детского театра». Куклы, создаваемые художниками и потом попадающие в руки актёров, позволяют передать психофизику персонажей Достоевского, всю сложность человеческой натуры. Человек бывает и маленьким комочком, никому не нужным и лишним, и раскрывается, как птица в полёте. В один момент он искренен, добр, в другой – жаден и алчен. Всё это позволяет передать тандем актёра и куклы.

Директор «Аистёнка» Андрей Стрельцов сказал, что в этом году в театре произошло значимое событие – увеличено штатное расписание, теперь можно будет делать спектакли на новом уровне, привлекать большее количество людей к их созданию. Следующий шаг – строительство нового здания театра. «Это место, где мы сейчас находимся, намоленное, здесь выросло не одно поколение ребятишек, но нам тут тесно, посмотрите сами, пройдите по цехам, в какой тесноте творят наши художники. Потому мы ждём новое здание и работаем на это. А пока свою задачу я вижу в том, чтобы познакомить как можно больше людей с уникальным коллективом театра, с тем чудом, которое они создают», – сказал Стрельцов. Следующий спектакль «Дядюшкин сон» можно будет увидеть в феврале, после него по результатам конкурса среди зрителей в соцсетях будут вручены памятные монеты к 200-летию со дня рождения Достоевского.

 

Читайте также

Подпишитесь на свежие новости

Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер