издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Дед Мороз не стар, а superstar

Накануне праздника журналисты "Конкурента" решили поближе познакомиться с иркутскими Дедами Морозами, чтобы понять, кто на самом деле скрывается под красным костюмом и бородой. Результаты оказались неожиданными: Морозы значительно помолодели - большинству нет и 30 лет, "дедушки" готовы поражать детские умы сказочными превращениями и иногда не прочь "подхалтурить".

Стас Коршунов: В Деда Мороза верю до сих пор!

— На сцене он просто бог! И еще у него есть бас, — рассказали нам в студии
имидж-сопровождения «Априори», когда мы пришли на интервью к Деду Морозу — Стасу
Коршунову.

— Что есть? — не поняли мы с нашим фотокорреспондентом.

— Бас. Ну, он басом говорить может. Когда в Деда Мороза перевоплощается.

Через три минуты мы убедились в наличии первого и второго. Во время съемок для
газеты звезда КВН 19-летний Станислав при полном дедморозовском параде
продемонстрировал все, на что способен. Замирал в позе Мороза-мыслителя,
казалось, озабоченного проблемами вселенского масштаба; не щадя живота своего и
казенного костюма, по нашей просьбе бухался в сугроб; так натурально копировал
походку, манеры и голос оригинала, что проходящие мимо дети младшего возраста
пулей летели к нему и интересовались, когда же начнется раздача подарков. И,
наконец, Стас с выражением читал стихи из репертуара главного новогоднего
персонажа. Басом, как и обещали в агентстве, где трудится один из самых молодых
Морозов Иркутской области.

О том, что лучше всего у него получается веселить людей, Стас понял еще в школе,
тогда и записался в команду школьной лиги КВН «Час пик». Потом дорос до
студенческой лиги, а сейчас и вовсе «доигрался» до помощника режиссера. Правда,
учился наш герой, как он выражается, «совсем не по специальности»: он — мастер
столярного дела, выпускник одного из иркутских училищ. «После девятого класса
туда все наши пацаны пошли, и я тоже, — рассказал разоблачившийся и смывший с
лица грим Стас. — Сейчас могу сделать практически все: столы, стулья, табуретки
и даже ручки для молотков».

С 16 лет Стас активно работает на различных вечеринках, в качестве артиста
выступает на свадьбах и в клубах, причем в самых различных ролях, ведь
дедморозовская занятость — сезонная. «Обычно я Дед Мороз для маленьких детей —
трех-четырех лет, — рассказал наш собеседник. — У меня рост не очень высокий, а
комплекция — сами видите (соответствовать габаритам прототипа Стасу помогает
шуба или дубленка, надетая под красный костюм). Увидев большого Деда Мороза,
совсем маленький ребенок может испугаться и заплакать. Бывали реальные случаи».

Впервые Станислав Коршунов сыграл роль новогоднего дедушки три года назад для
трехлетнего ребенка своих знакомых. Как и любой артист, перед выходом
волновался. Да так, что забыл первую строчку из своего вступительного
стихотворения. «Работал без Снегурочки, поэтому слегка растерялся, — вспоминает
наш собеседник. — А потом ребенок сам меня поддержал. В итоге я эту первую
строчку просто «прокашлял», впрочем, ребенок не сделал акцент на том, что ее
нет. Потом мы вчетвером, вместе с его мамой и папой, водили хоровод вокруг
елочки, разбирались в конструкторе, который я принес в подарок. Все вроде прошло
легко. Хотя нет — дите спросило меня: «А откуда ты, дедушка, пришел? Где ты
живешь?» А я, как назло, забыл, где родина Деда Мороза. Стоял и судорожно
вспоминал: «Гренландия? Лапландия? Нет, Лапландия — это Санта-Клаус!» В итоге
сказал, что «пришел из далеких-далеких краев». Ребенка это устроило.
Формальности вроде Великого Устюга ему были не нужны.

Своего же первого Деда Мороза Стас помнит до сих пор: «Мне было четыре года. Он
пришел, я прочитал ему стишок, а он подарил мне пластмассовый кораблик, который
можно запускать в ванне. Я помню, что потом расстроился: брату, который старше
меня на пять лет, достался танчик на колесах. Хотя тогда мне был нужен даже не
подарок, а сам Дед Мороз и чудо, которое он собой олицетворял. Думаю, сейчас
дети просто не поверили бы дедушке, который просто пришел и поздравил. Потому
что от него ждут волшебства, сказки». Сказка готовится заранее, иногда это
танец, который ставит хореограф, а дедушка с внучкой исполняют. Иногда —
чудесное появление новогодней парочки.

— Однажды мне довелось вылезать из шкафа, — вспоминает наш герой. — Мы с
родителями договорились, что они отвлекают ребенка, гаснет свет, и в это время
появляюсь я. Так и случилось: выключился свет, зажглись огни на елке, и я
раздвинул створки шкафа, в котором сидел. Первые 10 секунд у ребенка был
приятный шок. Он не понял, что, где, как, откуда. А потом повел себя так, будто
я его родной дедушка: обнял меня и не хотел никуда отпускать. Когда я собрался
уходить, было немножко слезок, но мы договорились, что обязательно встретимся в
следующем году.

Сюрпризные моменты очень важны и для детей, и для Деда Мороза, — продолжает
Стас. — Тот же подарок можно просто подарить, а можно сделать так (хватается за
голову): «Ой, а где же подарок, который я тебе вез? Куда же я его подевал?
Дырявая моя голова, неужели дома оставил?» А потом раз, свет выключается, и
подарок — быстро вытащенный из-за елки — уже рядом с Дедом Морозом. Ребенку
кажется, что случилось маленькое чудо. Думаю, первая задача Деда Мороза —
сделать так, чтобы ребенок поверил в сказку.

Впрочем, бывают маленькие клиенты, которые в сказку верить наотрез отказываются,
возможно, по идейным соображениям. Поздравляя, иногда чувствуешь себя, как на
собеседовании в банке: дети подозрительно ходят кругами, щупают ткань, смотрят,
настоящая ли борода. Как-то раз даже дернули за нее, но мне повезло: борода
крепко держалась на резинке, толком за нее ухватиться не получилось. Это и
спасло репутацию Деда Мороза. Иногда говорят: «Да он не настоящий!». Если такое
случилось, ни в коем случае нельзя показывать, что ты слышал эти слова. Если
начнешь доказывать всем своим видом, что «да нет же, я самый что ни на есть
настоящий», ребенок еще больше убедится в своей правоте. Если такое случилось,
надо просто довести программу до конца. Можно сказать, что я — брат Деда Мороза
и заменяю его.

— А когда вы поняли, что Деда Мороза не существует?

— Мне кажется, он существует. Я понимаю, сейчас Дед Мороз — это бренд,
раскрученный благодаря грамотной пиар-кампании. Знаю, что многие агентства за
деньги предлагают поздравить ребенка, что Великий Устюг превратился в место
массового зимнего паломничества туристов. Но я думаю, он есть, один для всех
народов, как Бог. Хотя называется он по-другому: для россиян — Дед Мороз, для
американцев — Санта-Клаус, для японцев — Одзи-сан.

Игорь Бялоус: Боец елочного фронта

Двадцатисемилетний актер Иркутского театра юного зрителя Игорь Бялоус был
признан коллегами самым смешным Дедом Морозом. Свою первую елку он не забудет
никогда: «Это был самый настоящий кошмар! Я тогда еще в школе учился, в девятом
классе. Занимался в театральной студии во Дворце пионеров. Кто-то из студентов
театрального училища меня на тот утренник подрядил. В самый последний момент
заболел у них Дед Мороз. Что делать? Вот мне и предложили: проведи елку в
детском садике, ничего такого делать не надо, просто под елочкой постой. Я и
согласился. Не знаю, кто писал сценарий того утренника, но до сих пор вспоминаю
этого человека «добрым» словом.

— Действительно, делать ничего не нужно было, просто прийти и раздать подарки.
Вся соль была в том, чтобы эти подарки найти. Они были спрятаны где-то на улице,
и я не знал где, и вообще плохо ориентировался на месте. На меня надели
пластмассовые лыжи. Лыжи разъезжались, и я все время боялся упасть. А за мной
идет толпа ребятишек, падать никак нельзя. Минут сорок мы дружной толпой ходили
вокруг садика, пока мешок с подарками нашли. Садик довольно большой, на ул.
Чехова. В общем, вышел я с той елки весь мокрый. Помню, большие деньги
заработал, 80 рублей. Вот это и было мое боевое крещение. С тех пор вот уже 15
лет я каждый год зимой работаю Дедом Морозом. Нас еще называют «бойцами елочного
фронта».

— Быть бойцом совсем не просто, — считает Игорь. — От этой работы очень устаешь.
Каждому ребенку нужно уделить внимание. Нельзя никого обойти, иначе это будет
обида, чуть ли не на всю жизнь. С «холодным носом» нельзя заходить, особенно к
ребятишкам. Нужно хоть немного почувствовать себя Дедом Морозом. Дети же по-
настоящему в тебя верят. А у тебя джинсы вылезли из-под полы или ус отклеился…
И я заметил: чем старше становишься, тем тяжелее. Даже не знаю почему. Может, с
каждым годом все труднее вернуться в детство.

Наш герой считает, что самые интересные елки во времена его детства были на
Иркутской студии телевидения, то есть на ИГТРК: «Мой папа проработал там много
лет оператором. Лучше елок в Иркутске я не видел. Начиналось все часов в 10 утра
и на целый день. Там были и лешие, и пироги, и катание на машинах. И мультики
показывали часа по два. Это сейчас смотри, сколько хочешь. А во времена моего
детства по телевидению их показывали 10 минут в день. Кто не успел, тот опоздал.

Сейчас чего только на елках нет! Были бы деньги. Но самое сильное впечатление
для меня лично оставляют елки в детских домах. Не скажу, что я
благотворительностью занимаюсь, но с детского дома денег я не возьму никогда. И
не для того, чтобы крестик поставить: «ох, какой я хороший». Это дети, которые
действительно мало хорошего в жизни видят. Для них это счастье, что дедушка
подошел, погладил по голове. Может, воспоминание об этом весь год ребенка греть
будет».

В дедморозовской практике Игоря Бялоуса было много курьезных случаев: «Приехали
мы году в 1998-м на халтуру. На самом деле слово «халтура» — это хорошее слово.
Оно означало «вне храма», когда священник проводил какие-то службы, обряды не
в храме, а на дому у кого-то. Например, помещение освящал. А про театр тоже
говорят, что это храм. Так вот, поехали мы на халтуру. Это был детский утренник
в библиотеке. Приехали, никто нас не встречает. Ладно, ждем. Через полчаса
приезжает вторая бригада: тоже Дед Мороз, Снегурочка, скоморохи. Вы куда? Сюда,
на утренник. Ладно, теперь уже из принципа ждем вместе. Приезжает третья
бригада. Хорошо, рядом магазин был, не очень скучали. Оказалось, что
организаторы сначала заказали одного Деда Мороза. Потом нашли дешевле, потом —
еще дешевле. В итоге в четырех местах у них заказ, на разное время с интервалом
в 30 минут. Все приехали, а работают уже пятые, совсем за копейки.

Стоимость утренника зависит от того, сколько на нем человек. Обычно берут
десять — пятьдесят рублей с человека. Тысячи три получается. В этом году я
утренниками практически не занимаюсь, перешел на вечерние варианты для взрослых.
Для души только друзей поздравляю. Я был Дедом Морозом «Сибсканы». Выходил на
стадион в костюме, все как положено. Я и сам болельщик со стажем, многих игроков
знаю лично. Вот буквально на днях со мной связались, предложили вспомнить
прошлое. Я, конечно, согласился, буду в этом году Дедом Морозом теперь уже
«Байкал-Энергии».

— А ситуации, которые в тупик ставят, бывали?

— Такого я вспомнить не могу. Бывали случаи, когда ребенок стишок рассказывает,
а тебе уже нечего ему подарить. Помню, был год Овцы, подошла ко мне девочка и
подарила самодельную глиняную овечку. А у меня мешок пустой, пришлось ужом
вертеться. Кстати, совершенно замечательная овечка. До сих пор дома у меня
стоит. Я вообще все ребячьи подарки храню. От них удивительное тепло исходит,
душу греет.

А один случай до сих пор забыть не могу. Давненько это было, я еще в театральном
училище учился. Дело было под самый Новый год. С утра я был на утреннике, потом
поехал ребятишек своих друзей поздравлять, засиделся там. Возвращался поздно,
уже около двух часов ночи. Попросил остановить машину у киоска, сигарет купить.
До дома недалеко, пройдусь, думаю. Иду в костюме, конечно. Ночь глухая, на улице
никого, снежок падает. И вдруг навстречу мне мальчик лет десяти, на вид
беспризорник. Подбегает, берет за руку: «Ой, Дедушка Мороз, здравствуй!»
Поговорили мы с ним, я шоколадку купил, подарил ему. Уходить нужно, а он не
отпускает. За руку держит, глазищами огромными, полными слез на меня смотрит.
И такая в этих глазах надежда светится и вера в чудо, что сердце до сих пор
щемит. «А ты в следующем году ко мне придешь?» — спрашивает. «Конечно, приду, —
говорю. — А сейчас мне идти пора, меня еще зайчики, белочки в лесу ждут». Все
равно не отпускает. По голове я его погладил. А что больше сделаешь? Потом
говорю: отвернись и досчитай до пятнадцати, я исчезну. Настолько этот мальчик
мне в душу запал, что теперь на каждой елке я эти глаза вспоминаю. Нельзя
обманывать тех, кто в тебя верит.

Бывают трудности совсем иного рода. Поехали мы со Снегурочкой поздравлять кого-
то по вызову. Приезжаем, а там дети и пять женщин, мужиков нет. Вот они
направили Снегурочку с детьми заниматься, а меня за стол сажают. Приехали мы в
девять, потом смотрю, время к одиннадцати — не отпускают. Это было уже 31
декабря, меня дома мама с папой и сестрой ждут. А женщины все потчуют. У костюма
Деда Мороза есть еще такая особенность — в усы входит только рюмка, курица уже
не лезет. Не будешь же бороду откидывать, да еще при детях. Чувствую, плохо
дело, спаивают, нужно спасаться бегством. А как? Пять разгулявшихся женщин —
это я вам скажу, страшно. Одна уже на ухо шепчет: давайте после праздника
встретимся. Меня тогда только Снегурочка спасла, вытащила, можно сказать.

Вообще, конечно, частенько Деда Мороза вызывают якобы детям. А на самом деле
взрослые едва ли не больше детей его ждут, но уже как веселого собутыльника,
тамаду, что ли. Придешь, а тебя папа тут же под руки хватает и на кухню тащит.
Очень трудно с этим бороться. Отказываться приходится, а люди обижаются. Даже
анекдот профессиональный есть. Приходит Дед Мороз по последнему адресу,
открывает дверь мальчик. «Здравствуй, Дедушка!» — «Здравствуй, мальчик. Ну,
показывай, где у вас кухня».

Читайте также
Фоторепортажи
Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Adblock
detector