издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Вячеслав Пушкарёв: «Убеждённые атеисты скорее станут христианами, чем равнодушные к богу»

Иркутский государственный университет продолжает набор студентов на специальность «религиоведение». Специальность молодая, в ИГУ по ней подготовлено только два выпуска студентов, но она динамично развивается. О том, для чего в нашем мире нужно религиоведческое и теологическое образование, кто и как учится на этих специальностях, в беседе с нашим корреспондентом рассказал старший преподаватель кафедры теологии ИГУ протоиерей Вячеслав Пушкарёв.

– Для чего нужно религиоведческое образование зрелым, уже состоявшимся в жизни людям, которых вы всё-таки называете своей основной целевой аудиторией? 

– Многочисленные социологические опросы говорят о широкой, хотя и не слишком доброкачественной религиозности нашего населения. Совсем недавно в таких крупных изданиях, как «Таймс», «Франс пресс», прошли публикации о том, что Россия является самой религиозной страной Европы. США не в счёт, хотя там 96% населения называют себя верующими, что больше, чем у нас, но они живут совсем на другом континенте. 

Так вот, у нас 86% населения заявляют о том, что они являются христианами, в основном православными. Как правило, это люди, которых опосредованно можно отнести к среднему сословию. Этот факт очень сильно нас обнадёживает, но одновременно и печалит. Мы же прекрасно понимаем, что это за христиане. Если задать человеку простейший вопрос, например попросить назвать имя Божие, будут говорить что угодно. Но кто скажет, что имя Божие – Святая Троица? Таких мало найдётся. Не говоря уже обо всём остальном. Значит, вера у них есть, не хватает только более глубоких знаний, и наш долг – принести им эти знания. 

Где ещё люди смогут получить качественные знания в области религиоведения и теологии? Книжки читать сейчас не каждому под силу. Хотя многие всё равно читают. С другой стороны, книги – это специализированный, узконаправленный продукт, а нам нужно создать у человека максимально широкое представление. Для этого должно дать информацию не только о сугубо религиозных вещах, но и о сопутствующих им светских. Они крайне нужны, потому что, находясь на грани светских и церковных дисциплин, открывают связи между этими областями и делают картину мира целостной. 

Человек должен смотреть на мир широко. Когда образованный человек сталкивается с проблемой новых паспортов или ИНН – а это достаточно сложная проблема и с технической, и с богословской точки зрения, сколько копий уже было сломано на этой ниве, – он понимает, что на самом деле всё это яйца выеденного не стоит. Но если человек не вооружён знаниями, им легко манипулировать. Он становится лёгкой добычей для сектантов, спекулирующих на незнании и учащих, что всё в научно-технической революции от лукавого, то есть от дьявола. Мы бы хотели этого безумия избежать, а людей, которые держат наш мир как титаны, сделать ещё сильнее. 

– Простите, а можно уточнить, кто держит наш мир как титаны?

– Я считаю, что его держат в первую очередь учителя, врачи, священники, военные и бизнесмены. К сожалению, крестьянство и рабочий класс уже не выступают как реальные общественно организующие силы. Крестьяне и рабочие сегодня в основном деклассированные элементы, не понимающие своего предназначения, они пассивны и лишены цехового единства. И потом, грань между сословиями очень размыта. Среди крестьянства огромное количество интеллигенции, бывших бизнесменов. Это те, кто оставляет города и уезжает в деревню.

Мне бы хотелось, чтобы эти люди, имеющие образование и опыт работы, в душе верящие в Бога и желавшие бы узнать побольше, отложили свои мирские попечения и пришли один раз в год на сессию, послушали наших профессоров, чтобы получить для себя качественные, обработанные, концентрированные знания, которые помогут им самих себя изменить и мир перестроить к лучшему. 

– Если человеку трудно книжку прочитать, тем более трудно сдать сессию. Вряд ли такое образование может быть массовым.

– Всё это так. Но когда ты в своей жизни доходишь до определённого рубежа и останавливаешься, то с точки зрения стратегического планирования нужно найти возможность развернуться и пнуть себя сзади, чтобы обрести новое жизненное ускорение. Иначе и бизнес, и преподавание, и медицина – всё загнётся, потому что всё должно быть в постоянном движении. Движение – жизнь. Если человек застаивается, он становится неконкурентоспособным на рынке материальных ценностей. Стагнация присуща всякому замедлению. И тут лучше заложить в себе такую базу, которая будет работать автоматически на развитие человека, на его движение, а эта база – знание о глубинных законах бытия, которые как раз и изучают теология и религиоведение.

Мы всё время суетимся, о чём-то беспокоимся, зарабатываем деньги, а жизнь проходит. И часто проходит впустую. Деньги – это, конечно, очень важная вещь в нашей жизни, но они не являются её мерилом. Не зря же сказано, что не в деньгах счастье. Богатые тоже плачут, как известно. Смысл жизни не в деньгах, а в том, что мы сможем забрать с собой в вечность, – в духовности, которую мы всем даём возможность понять и принять. 

– То есть религиоведческое образование меняет человека?

– Любое образование меняет человека. Студенческая скамья вообще делает человека иным. А наше образование, которое проникает во все уголочки души, его просто видоизменяет. Он начинает видеть глубину вещей, свойство душ, научается слышать неправду-грех на расстоянии…

Само по себе знание мертво, только вера его оживляет и даёт движение всему. Но мы, исходя из российских реалий, изначально предполагаем, что к нам придут верующие люди или, по крайней мере, ищущие веру. Ещё древние мудрецы Греции говаривали, что знания – это хорошие дрова в костре веры. Честно говоря, я вообще давно не видел по-настоящему неверующих людей. Некоторые, например, верят в то, что Бога нет, но они же верят, причём совершенно бездоказательно. При этом люди, которые активно верят в то, что Бога нет, ещё скорее станут христианами, чем те, которым всё равно, есть Он или нет, потому что эти первые являются более искренними людьми, а Бог любит только искренних. А раз подавляющее большинство людей верят во что-то, то это что-то должно быть и расшифровано, и актуализировано, а иначе зачем вообще такая 86-процентная вера нужна. Учиться надо всем! 

– Религиоведение должно быть беспристрастно, оно даёт представление о всех религиях. Но я, честно говоря, не представляю себе, чтобы вы говорили о других религиях, заняв нейтральную позицию. 

– На самом деле мы можем всё нейтрально объяснять. Кроме того, у нас в этом году открывается кафедра теологии и заведующим кафедрой стал владыка Иркутский и Ангарский Вадим. Он почётный профессор ИГУ, кандидат богословских наук. Конечно, на этой кафедре мы говорим сугубо о православной духовности. Но любой человек, став нашим студентом, может получить и чисто религиоведческое знание в смысле истории и философии, отвлечённое от глубокой духовности. 

Где можно применить религиоведческое образование, кроме как на собственные нужды?

– В России, по-моему, вообще не очень важно, какое у тебя образование. Важно, чтобы «костюмчик сидел», чтобы ты умел пользоваться своим образованием. 

Лично я считаю, что это образование могут иметь помощники по воспитательной работе в МВД, в органах пенитенциарной системы, в армии. Абсолютно все воспитатели, специалисты, работающие с личным составом, все те, кто по должности обязан быть «душеведами», – наша целевая аудитория. Кстати, работников внутренних органов мы очень зовём. Также всякий человек, занимающийся политологией, должен понимать эти вопросы. Всякий журналист, освещающий общественное бытие, должен иметь это образование. Даже проблему простого преступления, которую блестяще описал религиозный писатель-мистик Достоевский, неверующий криминальный репортёр понять не сможет. Без наших знаний таковые всегда прыгают по верхушкам, не открывая и не понимая сути явлений, на которые обращено их внимание по долгу службы и дела. 

Учителя должны понимать, о чём говорят и чему учат религии. Хотя бы для того, чтобы не наносить детям вреда отсебятиной. К примеру, вся русская классическая литература создавалась под влиянием православия и вне религиозного контекста невозможно увидеть всю глубину лучших литературных произведений прошлого и настоящего. Не зная и не понимая истории церкви, невозможно понять историю России и всего мира. 

– А кто приходит учиться на практике?

– У нас было всего два выпуска. Приходят журналисты, учителя, как правило, завучи школ и профессиональных педагогических училищ. У нас учится консультант правительства Хабаровского края. Священнослужителей много, примерно 30%, и это очень интересно, потому что многие миряне здесь впервые близко сталкиваются со священниками и открывают для себя много нового, запросто сближаясь с ними. 

Есть и домохозяйки, примерно 6-7%. Я вообще считаю, что все домохозяйки должны учиться именно у нас. Если женщина не хочет работать – это правильно, потому что она прежде всего мать и её первая обязанность – воспитывать детей, вести хозяйство. Но другой вопрос, чему она научит своих детей. Наше образование может ей очень даже пригодиться в этом святом и патриотичном делании. У нас глубокий курс психологии и педагогики. Мы учим даже сказки полноценно и правильно понимать в рамках курса «Мифология в культуре». Так что я всегда зову всех домохозяек: сёстры, приходите к нам учиться – будет что детям рассказать вместо невнятного мычания. 

А ещё больше к бизнесменам обращаюсь: самим вам некогда, но отправляйте к нам своих жён, не маринуйте их в ваших фешенебельных коттеджах. Пусть они несут в ваш дом свет. Вам же нужны хорошие, интеллигентные дети? Я, кстати, знаю нескольких молодых людей, очень успешных бизнесменов из Москвы. Так вот, их жёны окончили православный Свято-Тихоновский гуманитарный университет. Умные люди специально себе там невест выбирают. Потому что у этих женщин заложены нормальные, здоровые нравственные ориентиры, подкреплённые обширным классическим образованием. Такие и занятого мужа всему, что знают сами, постепенно научат. 

Да что тут ещё говорить? Наши лучшие студенты в подлиннике читают англоязычных авторов. Это необходимость просто потому, что Россия невольно очень отстала от западной гуманитарной науки за годы советской власти. Другие страны сильно продвинулись в библеистике, библейской археологии, религиозной антропологии. В конце концов, сто лет у нас никто не занимался религиозной философией. Даже Лосский, извините, весь на немецком и английском языках переиздавался. Мало кто знает, что Игорь Сикорский, великий авиаконструктор, тоже являлся выдающимся богословом. Он после себя оставил много трудов, но главные из них изданы только на английском языке, а ведь наследие такого неординарного человека чрезвычайно интересно и полезно. 

– Но ведь говорят, что вера не зависит от образования, это дар Божий…

– Всё так, но современные люди очень рациональны, нам нужно знание. Уже никто не может верить просто так. Потому что человеку никто вокруг не поверит, если он не сможет объяснить своих взглядов. А если ему никто не поверит, он останется одиноким и не сможет хранить веру. Человек – существо общественное. Он просто бросит верить, потому что мир задавит и заставит это сделать точно так же, как рассол в банке всегда просаливает попавшие в него огурцы. Наша же задача – чтобы вера и сопутствующие ей знания стали всё просаливающим – изменяющим к лучшему рассолом. Учение – свет, а неучение – тьма.

Читайте также
Фоторепортажи
Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Adblock
detector