издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Медведь идёт к Байкалу

Почему количество медведей вокруг озера в четыре раза больше нормы

  • Автор: Ксения Рютина

В сумерках к туристу Артёму Саловарову пришёл медведь – большой и голодный. Встреча с косолапым произошла летом прошлого года не в дикой тайге, а в районе Кругобайкальской железной дороги (КБЖД) – там, где летом ходят толпы туристов и несколько раз в день проносятся поезда. Через некоторое время машинист туристического паровоза снимет, как вдоль железной дороги бегут, сверкая пятками, два молодых медведя. По словам специалистов, за последние годы количество косолапых в Иркутской области в четыре раза превысило норму.

Как самоизоляция влияет на численность медведей

Сейчас в лесах Иркутской области обитает 20 тысяч медведей при норме 5-6 тысяч. Только за минувший год популяция возросла на 2 тысячи особей. Медведи уже представляют опасность и для местных жителей, и для туристов. Особенно если последние предпочитают дикий отдых в палатках.

В этом году охотники Иркутской области получили 400 разрешений на добычу медведя. Но из-за ограничений, связанных с коронавирусом, не имеют возможности выйти на охоту. Это может привести к тому, что летом косолапые появятся у населённых пунктов. Чаще всего медведей привлекает запах отходов. Если на окраине деревни есть свалка, которую не убирают, мишка может не устоять перед соблазном и наведаться в гости.

Режим самоизоляции может привести к увеличению численности медведей. Сезон охоты на косолапого в Иркутской области длится до 10 июня. В этом году возникла странная коллизия: с одной стороны – охота на медведя разрешена, с другой – охотнику нельзя выйти в тайгу даже в одиночку, поскольку он автоматически становится нарушителем режима самоизоляции. Если в лесном массиве его заметит инспектор минлесхоза, то охотника ждёт штраф на сумму от 1 до 30 тысяч рублей.

Специалисты надеются, что к началу лета ограничения снимут и с помощью охоты удастся хотя бы частично отрегулировать численность косолапых.

В последние годы охотники теряют всякий интерес к добыче медведя. Разрешение стоит более 3 тысяч рублей, мясо съедобно условно, его нужно проверять в ветлаборатории. Часто оно заражено опасными для человека паразитами. На шкуры нет спроса.

– Раньше добывать зверя было выгодно благодаря медвежьим лапам, которые пользовались спросом у китайцев, – отмечает Виктор Степаненко, ведущий методист отдела экологического просвещения ФГБУ «Заповедное Прибайкалье». – На территории Маньчжурии есть поверье, что каждый манчьжур должен хотя бы раз в жизни съесть медвежью лапу. Продав лапы одного медведя, охотник мог заработать 25 тысяч рублей. Несколько лет назад Китай ввёл жёсткие ограничения на этот продукт. Ужесточились проверки на границе, торговля медвежьими лапами сошла на нет.

Медведи возвращаются на исконные места обитания, откуда человек их потеснил во время активного освоения Сибири.

Пришёл на запах каши

Упомянутый выше турист Артём Саловаров не раз имел дело с медведями, он опытный походник, охотовед по образованию и специалист, который лично участвовал в перевозке медведя с Ольхона на материк. В 2015 году зверя загнали на остров страшные лесные пожары.

– Спасаясь от огня, с материка на остров Ольхон приплыла медведица, – рассказывает Артём. – Вела себя культурно: скот не трогала, по помойкам не лазила. Но на острове ей было не место. При помощи йогурта и колбасы её заманили в клетку-живоловку и вывезли с острова, чтобы выпустить в лесу. Забравшись на высокое дерево, я при помощи верёвки открыл дверцу её клетки.

За 15 походных лет Артём больше 10 раз встречал медведей. Встречи в основном проходили по одному сценарию: медведи появлялись, привлечённые запахами туристической кухни. Во время покушений на провиант Артём выстреливал из ракетницы, звери в панике убегали и больше не возвращались. Этой весной Артём столкнулся с самым наглым медведем за всю свою походную практику.

– Я поставил палатку на оборудованной стоянке в семи километрах от мыса Толстого, – рассказывает турист. – Сварил кашу, попил чай со сгущёнкой и на закате лёг спать. Котелки с остатками еды и продукты я оставил на сколоченном из шпал столе, чтобы до них не добрались мыши. Часов в 10 просыпаюсь от громкого треска. Выглядываю из палатки и вижу, что трещит стол, на который взобрался огромный медведь.

Мишка увлечённо поедал кашу. Вылизав котелок до блеска, перешёл на докторскую колбасу. Артём выстрелил из ракетницы, медведь нехотя ретировался, но уже через две минуты продолжил свой пир. Артём запустил ещё одну ракетницу, медведь рванул вверх по насыпи, но через несколько минут снова вернулся к колбасе и сгущёнке.

– Я знал, что бурые медведи, тем более такие взрослые и крупные, как этот, – не самые лучшие древолазы, максимум могут по веткам метра на два-три залезть. Поэтому я в очередной раз отпугнул его ракетницей, прихватил с собой фальшфейер, телефон и фонарик и взобрался на высокую сосну. Расположился повыше – метрах в восьми от земли.

Сидя на сосне, Артём набрал номер телефона Байкальского поисково-спасательного отряда. По Байкалу в направлении КБЖД  с Никольской базы выдвинулся катер «Пиранья» с несколькими спасателями на борту. Артём сообщил свои координаты и светил фонариком с дерева, чтобы спасателям было проще сориентироваться. Когда ревущая и светящаяся «Пиранья» приближалась к берегу, медведь бросился наутёк.

– Катер причалил, и я услышал, как удирает медведь, – вспоминает Артём. – Он лез на сопку,  сначала хрустели и с шумом сыпались камни, потом звук становился всё тише и совсем стих. Я спустился с дерева, собрал вещи, палатку, погрузился на катер. Спасатели довезли меня до своей базы в посёлке Никола, оттуда я вызвал такси до Иркутска.

Медведи знают расписание поездов

Кругобайкальская железная дорога – очень популярное туристическое место. Но весной туристам там лучше не появляться. Медведи, вышедшие из спячки, всё чаще посещают солнцепёчные склоны, примыкающие к КБЖД и Байкалу. Там рано сходит снег и можно поживиться чем-то съестным, человеческая еда для голодного медведя особенно привлекательна.

– Медведи сейчас всё чаще стали выходить на берег Байкала, – констатирует Виктор Степаненко. – Раньше мишек много на побережье было, пока не пришёл человек и их не распугал. Связь медведей с Байкалом прервали железной дорогой.

Но потихоньку медведи эту связь восстанавливают. Опустели станционные посёлки. В холодное время года на кругобайкальских турбазах живут только сторожа. Вот медведи и осмелели.

Исторически территория  КБЖД была для медведя весенней станцией. В разгар лета и туристического сезона медведь на Кругобайкалку не приходит, да и делать ему там особо нечего. Но, когда появляются первые проталины и первая зелень на морянах, мишки спускаются к железной дороге. Самые взрослые и самые умные знают расписание поездов, и в это время к дороге не суются, только молодняк может выскочить.

– Что касается случая с туристом: в том, что медведь не испугался ракетниц, я ничего удивительного не вижу. Это означает, что к Артёму пришёл медведь с большим жизненным опытом, – комментирует  Виктор Степаненко. – Я знаю случай, когда медведь гасил огонь лапой. Мой товарищ, чтобы отпугнуть медведицу, кидал подожжённую берёсту, а она её лапкой прихлопывала. Медведи всегда адекватно оценивают ситуацию. Они и возле низовых лесных пожаров спокойно ходят. Это бабушкины сказки, что они в ужасе разбегаются.

Лёгкая добыча

Первые медведи выходят из берлог в последней декаде марта, в апреле-мае наблюдается уже массовый выход.

– Первыми встают самцы, а медведицы с медвежатами, особенно новорождёнными, выходят попозже, чтобы малышам нежные лапки не студить на снегу, – рассказывает Виктор Степаненко. – У медведицы обычно и берлога теплее, и жира она больше набирает относительно веса, так что мамаши с детёнышами обычно выходят к концу апреля.

Медведь с повышенным аппетитом, который навестил Артёма Саловарова на КБЖД, вышел из спячки за несколько дней до своего нападения на кашу и колбасу.

Из берлоги мишки выбираются вялые, сонные и поначалу о еде даже не помышляют. Виктор Степаненко не раз наблюдал за ними в этот период.

– У медведя затёкшие мышцы, его пищеварительный тракт не работал полгода. Он несколько дней валяется возле берлоги, греется на солнышке, делает зарядку. В одном случае рядом с берлогой был теневой склон – длинный крутой спуск, так мишка с этой «горки» раз 10 съезжал и снова поднимался. В другом случае медвежата залазили на наклонное дерево и прыгали с него. Это была разминка всего тела. Первая трапеза для мишек после спячки – это щепотка моха, гнилушка да талая водица. Несколько дней нужно, чтобы включился желудок.

Когда медведь пришёл в себя после выхода из берлоги, он по крепкому весеннему насту идёт к месту жительства копытных. В этот период медведь может добыть лося и тем самым обеспечить себе пропитание на всю весну. Но бывали у нас в Прибайкалье случаи, когда медведь шёл за лёгкой добычей к человеку.

В 1970-х годах колхозу села Онгурён Ольхонского района приходилось каждую весну жертвовать медведю две-три коровы. Нападение на стадо каждый раз было стремительным и неожиданным.

– На мысе Рытом росла хорошая степная трава, летом её не трогали, а в начале весны на пастбища выгоняли скот. Коровы шли по древней прогонной тропе, которая местами проходит над отвесными скалами. Каждый год коров караулил один и тот же медведь. Вот идёт большое стадо, 300–400 голов, и вдруг сверху, со склона, на него прыгает медведь. Коровы врассыпную, а несколько бурёнок падали с отвесного утёса на байкальский лёд – это была медвежья добыча. Сколько раз этого медведя пытались убить, да ничего не получалось, он пугнёт коров – и тут же наутёк. Понимал, что за такое безобразие по головке не погладят.

Медведи мельчают

–  Охотники нарушают половозрастную структуру медведей, – говорит Виктор Николаевич. –  Всем нужно добыть самого большого зверя. Весной охотники поджидают медведей на морянах, на ёрниках, покрытых первой травой, или делают привады. Цель охотников – крупный медведь, а он один такой на несколько десятков особей. Этот медведь контролирует большую территорию, молодняк его побаивается и в целом ведёт себя более сдержанно, в том числе по отношению к людям. А если убрать главного медведя, подскакивают темпы воспроизводства, размножаются те, кто не надо: слабые, мелкие, трусливые. Тогда как в идеале  должен активно размножаться главный медведь, мудрый, сильный, прошедший жёсткий естественный отбор.

Так происходит измельчание медведей и растёт их численность. Причём повсеместно в России – у нас в Сибири, на Камчатке. На Кавказе вообще средний вес медведя сейчас составляет 100 кг, тогда как раньше тамошние медведи весили в среднем 300 кг.

Крупных медведей с непоколебимым авторитетом среди сородичей в Иркутской области осталось совсем немного. В Листвянском лесничестве живёт очень крупный медведь, настоящий гигант: ширина передней лапы 26 см, вес – около 400 кг. Туристов там ходит много, все другие медведи этого патриарха уважают и людей не трогают.

– Что касается популярного туристического маршрута  – Большой Байкальской тропы, здесь можно ходить без опаски, – говорит Степаненко. – Это одно из немногих мест, где медведи на берегу пока не показываются. В этом районе медведь ещё в начале 20 века перестал к Байкалу выходить. Вышиб его человек. К примеру, медвежья мамка никогда не поведёт туда детей. Медведица опасная, но умная и от людей уходит сама.

Что означает жирное пятно на камнях

На безлюдном северном побережье озера медведь – частый гость. И здесь он играет важную роль – очищает берег от трупов нерпы.

– В отличие от человека, который на Байкале не всплывает, нерпа не тонет, – говорит Виктор Николаевич. – Все нерпичьи трупы в итоге попадают на берег. Выглядят они, понятное дело, нелицеприятно, пахнут отвратительно. Когда медведи полностью контролировали берег Байкала, всю погибшую нерпу они уносили в лес – и дело с концом. Сейчас такую картину можно наблюдать только в заповеднике. Иногда идёшь по берегу и видишь жирное пятно на камнях. Значит, тут мёртвая нерпа лежала. В лес лучше не ходить. Хотя медведи свою мёртвую нерпу от человека не защищают, давно догадались, что мы на неё покушаться не будем. Но всё-таки лучше остеречься.

Был случай с туристами-байдарочниками из Нижнего Новгорода. Они встали с палаткой на берегу Байкала. Стоянки там запрещены, но туристам так понравилось место, что они решили нарушить правило.

– А в 200 метрах от места стоянки байдарочников Байкал нерпу выкинул. Медведь, который оказался ближе всех, оттащил нерпу в лес – метров на сто от берега. И вот туристы спят ночью, а к нерпе пришёл, привлечённый запахом, другой косолапый. Законный владелец, эту нерпу стороживший, разумеется, возмутился. Началась драка. Туристы в ужасе проснулись от медвежьего рёва. А палатку они поставили прямо на медвежьей тропе. Когда побеждённый медведь покидал поле боя, он эту палатку просто снёс вместе с людьми. Я видел туристов утром, они получили незабываемые впечатления, но главное, что остались живы и здоровы. Правда, потом рассказывали, что кому-то из них косолапый во время своего бегства отдавил ухо.

Неизбалованные и миролюбивые

Туристам, которые мечтают посетить дикие берега Байкала в разгар лета, нужно быть готовыми к встрече с мохнатыми гостями. Особенно велик шанс встретить медведя на территории Байкало-Ленского заповедника.

На берегах Байкала у медведя есть ещё одно важное дело – поедание липочана, бабочки ручейника, массовый вылет которого начинается с середины июня. В этот период мишки спускаются с гор на побережье, чтобы полакомиться. В разгар летнего медвежьего пиршества иркутские фотографы Станислав Толстнев и Натали Бурмейстер решили выполнить проект, главными героями которого стали байкальские косолапые.

– Снимать медведей мы отправились на байдарках, – рассказывает Станислав. – Стартовали примерно от мыса Рытого – это территория Прибайкальского нацпарка – и пошли на север по западному берегу. Наши вёсельные лодочки шли практически бесшумно. Каждый километр мы видели медведей, которые безбоязненно выходили на берег. Чтобы их не спугнуть, близко к берегу мы не подплывали, снимали с байдарки. Прямо с лодки я запускал квадрокоптер. Некоторые медведи пугались жужжащей в небе машины, другие вообще не обращали внимания.

На мысе Рытом был интересный медведь, возникло ощущение, что квадрокоптер он воспринимал как назойливую муху. Квадрокоптер подлетал к нему на расстояние не больше двух метров, кружил у самой его морды. Медведь только досадливо на него поглядывал и дальше камни переворачивал, ручейника слизывал. Обычно так ведут себя неопытные трехлётки, которые только начали самостоятельную жизнь без мамки.

Во время стоянки, когда фотографы привязали свои байдарки на берегу, а сами зашли в домик к лесничему, на берег пришла мама с медвежонком. Медведицу и её малыша очень заинтересовали ярко-красные лодки.

– Ещё до визита медведей мы спрашивали у лесничего, можно ли поставить палатку рядом с его домиком, – вспоминает Станислав. –  А он на нас так внимательно посмотрел и сказал: «Можно, но я бы не советовал. За пару недель до вашего приезда тут на берегу в палатке ночевал голландец. Пришёл в сумерках, я его даже не видел. Ночью кто-то начал ломиться ко мне в домик. Открываю – а это иностранец с глазами по полтиннику. Медведь залез к нему в палатку и набросился на продукты». Нас, конечно, эта история напугала. Лесничий нам рассказал, что каждый день сюда приходит медведица с медвежонком, это её территория.

– В 5 утра у медведицы был традиционный обход своих владений, – вспоминает Станислав. – Мы проснулись пораньше, настроили камеры, снимали из домика. Медведи залезли в наши лодки, обнюхали их на предмет еды и пошли дальше.

Ещё одного медведя работники прибайкальской метеостанции «Солнечная» отрекомендовали фотографам как «безопасного». Он не представлял угрозы не только для людей, но и для коз, коней и собак. Все эти животные жили на метеостанции и медведя совсем не боялись.

– Зрение у медведей не очень, они больше ориентируются по запахам и звукам. Если из-за попутного ветра мишка не чувствует твой запах, то может приблизиться к тебе на расстояние 15–20 метров и только потом понять, что перед ним стоит человек, – говорит Станислав. – А тот молодой трёхлетка был очень любопытный. Увидев, что на берегу появилось что-то новое, он просто шёл на нас, чтобы рассмотреть поближе. Этот момент, когда на тебя идёт медведь, мягко говоря, волнительный.

Прибайкальские медведи не испорчены туристами. На территории Байкало-Ленского заповедника туристов мало, медведи тут  не прикормлены, как, например, в Ергаках (природный парк в Красноярском крае. – Авт.). Там медведи уже чётко ассоциируют людей с едой, лезут в палатки, ищут, чем бы поживиться. Турист думает: «Ну что такого, если я оставлю еду, это же органика, она разлагается». Но на запах этих пищевых отходов приходит медведь. В итоге медведи начинают, как шакалы, бродить по туристическим стоянкам. На Байкале медведи человеческой едой пока не избалованы.

– Человеческая еда для медведя как наркотик: попробовал тушёнку или сгущёнку – корешки уже не нравятся, – подтверждает Виктор Степаненко. – Если вы идёте в поход по Байкалу и разбиваете лагерь, подвешивайте продукты высоко на верёвку, чтобы медведь не смог достать. И не оставляйте после себя объедки.

Какими бы миролюбивыми ни были байкальские медведи, это всё равно непредсказуемые хищники.  Дикое побережье Байкала всегда было вотчиной медведей, куда косолапые приходят полакомиться байкальским ручейником, икрой бычков-подкаменщиков или погибшей нерпой. Медведь чувствует себя здесь хозяином. И любой турист, отправляясь в поход, должен помнить: он идёт на чужую территорию.

Читайте также
Свежий номер
Фоторепортажи
Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Важное
Adblock
detector