издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Работа наша такая

На «жасминовой» горке

С Борисом Николаевичем Каратаевым мы договорились о встрече на
четыре часа дня. Не опоздал я лишь потому, что выехал с запасом по
времени. Долго плутал, разыскивая дом N 38 на ул. Безбокова. Прохожие
доброжелательно показывали руками в разные стороны. Наконец нашлась
женщина, которая согласилась стать попутчицей. Ехали мы недолго:
искомый объект — управление «Южных электрических сетей» —
обнаружился на возвышенном месте в виде аккуратного двухэтажного
здания, выкрашенного в кремовый цвет, рядом с тем местом, откуда я
начал поиски. Если бы я не петлял по улицам, давно бы его нашел:

— Место для строительства управления выбрал один из старых
директоров, — объяснила женщина. — Эта горка была сплошь заросшей
жасмином.

В приемной собралось несколько ветеранов. Из
разговоров я понял, что им тоже назначено на шестнадцать часов.

Так оно и оказалось. В беседе, кроме директора, приняли участие
председатель профкома Фаина Юрьевна Захарова, инженер службы
релейной защиты и автоматики Владимир Владимирович Телегин и
начальник оперативно-диспетческой службы Валерий Николаевич
Соколов.

— Из нас четверых я самый молодой, — признался седой директор, —
пришел сюда в 1998 году, когда было принято решение об организации
управления сетями по территориальному принципу. Фаина Юрьевна,
Владимир Владимирович и Валерий Николаевич — ветераны предприятия,
работают на нем десятки лет, практически с момента создания. При этом
я прошу иметь в виду, что наше предприятие создано на базе двух,
существовавших ранее Иркутских городских электросетей — ИГС и
Южных электросетей. Поскольку городские электрические сети
Иркутска появились более 90 лет назад, разыскать их ветеранов
проблематично…

Городские электрические сети возникли одновременно с запуском в
эксплуатацию в 1910 году Центральной электрической станции.
Персонал, эксплуатирующий электрические сети Иркутска, входил в
штат электрической станции. Число потребителей росло. В тридцатые
годы от сетей электростанции питалось более 40 предприятий. ЦЭС
насчитывала 12000 абонентов. Для освещения электроэнергией
пользовалось 170 тысяч человек. Поэтому в декабре 1945 года были
созданы энергокомбинат и управление городских электрических сетей.
Первым директором горэлектросетей был назначен Владимир Борисович
Снежков.

Становление и развитие горэлектросетей связано с ростом города и
крупным жилищным строительством. После образования в 1954 году
Иркутской энергосистемы и ввода в строй Иркутской ГЭС произошло
значительное расширение и реконструкция городских сетей.

Южные электрические сети раньше были предприятием
высоковольтных электросетей. Потом было образовано управление
высоковольтных сетей (УВС). До этого оно называлось дирекцией по
строительству высоковольтных сетей.

17 августа 1954 года вышло специальное постановление Совмина об
организации Иркутских городских сетей и УВС, а в феврале 1955-го
вышел соответствующий приказ по «Иркутскэнерго».

УВС работало от реки Снежной до границ Красноярского края на западе, а
на севере доходило до Братска (до Вихоревки). Потом выделились
Северные электросети, в 1998 г. — Западные и Центральные. В нынешнем
виде предприятие «Южные электрические сети» существует с 1998 г.

— А поскольку я самый молодой, то первое слово предоставлю ветеранам,
— сказал директор. — Только скажите нам, пожалуйста, что бы вы хотели
услышать.

Я много чего хотел услышать: как и откуда пришли эти люди, какими
были их первые впечатления, что из себя представляли «сети» полвека
назад и что они из себя представляют сейчас, какие люди здесь работали
и работают сегодня… Сегодняшние заботы и проблемы, что будет
завтра…

«Вечер воспоминаний»

Фаина Юрьевна:

— Январь 1957. В Иркутск я приехала по направлению после окончания
Ленинградского энергетического техникума. Запомнился купеческий
облик города. На месте студгородка было тогда чистое поле, а наше
управление находилось в Кузьмихе — в бараке. Дощатые полы,
маленькие комнаты.

Поначалу для управления высоковольтных электрических сетей в
помещении РУ «Иркутскэнерго» были выделены две комнаты. В одной
находилось руководство — директор и главный инженер, во второй —
сотрудники. В барак Ангарскгэсстроя в деревне Кузьмиха, о котором
упоминает Захарова, управление переехало в ноябре 1955 года.

Ветераны вспоминают, что на работу их возили фирменным
транспортом, поскольку с городским транспортом (тогда по городу
ходили только автобусы) были большие проблемы. Управление выделило
бортовой «ГАЗ-51» с козырьком от дождя и деревянными скамейками. На
дороге было столько ухабов, что скамейки часто ломались и пассажиры
падали на пол. Не было тогда асфальта на левом берегу Ангары.

— В Иркутск из Ленинграда нас приехало шесть человек, в том числе
мой будущий муж. Меня определили в службу изоляции, затем
работала на Южной подстанции, но она была очень холодной, и мы там
сильно мерзли. Директором в то время был Марк Аронович Ромен,
энергичный, толковый и умный, с авантюрной жилкой. Заботился о
жилье, не забывал про теплую одежду для линейщиков, построил здание,
в котором мы сейчас находимся.

Первый директор Марк Аронович Ромен — уроженец Днепропетровска,
сын электромонтера, выпускник Днепропетровского горного
института. Организовал работу предприятия с момента его
возникновения. Его заслугой является не только строительство здания
для управления, но и начало строительства жилья для линейного
персонала в Иркутске, Тайшете, Нижнеудинске, Култуке, Лужках,
Черемхове, Тырети, Братске…

— Мы занимались эксплуатацией линий электропередачи и подстанций.
Главной задачей тогда было сетевое строительство — очень большие
объемы. Сетевых предприятий в то время было три: Иркутские
электрические сети (оно обслуживало Иркутско-сельский район — ИЭС),
Иркутские городские сети — ИГС и наши ВВС.

Запомнился такой случай. Однажды мы с Ритой Николаевной
Висящевой поехали на подстанцию Ершовка (Черемховский район)
проверять релейную защиту.

Работать там приходилось по ночам — когда давали отключение этих
линий. Мы составили программу для проверки, и оказалось, что не
хватает приборов. Позвонили на ТЭЦ-12, и нам сказали: есть такие
приборы, приезжайте. На подстанции было единственное транспортное
средство — лошадь. Сели на телегу и поехали на ТЭЦ-12. По дороге
встречные местные жители разевали рты… Одеты мы с Ритой
Николаевной были очень для них непривычно. На ТЭЦ-12 выдали нам
приборы. Загрузились в телегу,
поехали на подстанцию. А поскольку мы мучались от недосыпания, то
решили, что одна будет управлять лошадью, а другая — спать. Но
получилось так, что мы обе заснули. Лошадь оказалась умная. Пошла
самостоятельно. Проснулись мы на краю обрыва. Лошадь-то надо как-то
разворачивать. Как я это сделала, не помню…

В те годы на предприятии работали в основном молодые люди, не
старше 30 лет — формировался костяк коллектива, о котором сегодня с
такой гордостью говорит директор. И экстремальными были не только
бытовые условия. Экстремальным был фронт работ, на которые они были
брошены. Сооруженные на скорую руку подстанции и ЛЭП находились в
плохом состоянии. К примеру, подстанция «Южная», предназначенная
для обеспечения электроэнергией строительство Иркутской ГЭС, была
смонтирована на деревянных покосившихся порталах. Само
оборудование устарело физически и морально. Не в лучшем состоянии
находились другие подстанции и линии электропередачи. Требовался
немедленный ремонт и реконструкция. Все эти работы были выполнены
в кратчайшие сроки.

Владимир Владимирович:

— Я пришел сюда на работу значительно позже Фаины Юрьевны, в 1967
году. В 1963 закончил Иркутский политехнический институт и 4 года
проработал в должности главного энергентика в Магаданской области. А
в ВВС с 1966 года уже работал мой брат-близнец Алексей Владимирович.

В это время предприятием руководил Валовский Юрий Петрович,
главным инженером был Карпинский Леонид Николаевич. Серьезные
люди. До сих пор поддерживаем с ними отношения. Пришел я в
релейную службу. Мне сразу понравился коллектив. Руководителем
релейной группы был Владимир Иванович Мальков. Он был мне знаком
еще по политеху, где работал преподавателем.

Я стал инженером, а уже через год — руководителем группы релейной
защиты на участке от Иркутска до Черемхова. В подчинении у меня было
6 человек. В службе было тогда 63 человека, а на всем предприятии —
около 1000. Кстати говоря, сейчас у нас в этой службе всего 36
специалистов.

В те годы шло мощное развитие энергосистемы. Помимо своих
подстанций, мы обслуживали еще 10 тяговых подстанций железной
дороги на 110 киловольт- от Иркутска до Тайшета. А всего их было около
70-ти — это только больших, 220-киловольтных. Сейчас их еще больше.

Однажды на одной подстанции произошло ложное срабатывание
релейной защиты (от замыкания). Мы поехали проверять.
Поехал в том числе и начальник релейной службы Висящев Александр
Никандрович. Начали разбираться. Ситуация сложная, с
ходу ее не
прояснишь. Линию не отключали, работали на ней аккуратно. Через час
работы Висящев попросил разрешения «опробовать земляную защиту с
примыканием контактов». Хомутов, исполняющий обязанности главного
инженера «Иркутскэнерго», дал такое разрешение. Оказалось, что два
контакта в защите протерлись и замкнулись, — вот в чем была причина.

Случай этот я вспомнил потому, что Висящев, который был тогда
начальником релейной службы, сейчас профессор Иркутского
технического университета.

В 70-х годах пришел к нам молодой специалист — Борис Александрович
Говорин. Инженером релейной службы. Хороший технарь, вел
достаточно большое количество станций и быстро рос. В 1970 году я
ушел на должность начальника группы подстанций, а он стал
руководителем бригады релейной сети. В бригаде — инженеры и
электромонтеры. В конце 70-х годов Говорин стал председателем
профкома, позже работал заместителем директора. Ну а дальше Борис
Александрович ушел на работу в райисполком… Не один Борис
Говорин «вышел в люди». У нас работали Валентин Межевич, нынешний
мэр Братска Александр Петрунько, Виктор Макаров (возглавляет службу
занятости) и другие известные сегодня руководители.

Что касается запомнившихся эпизодов, то так сразу что-либо и не
выделишь. Ведь интересная работа была каждый день.

В основном не вылезали из командировок. Часто работали до
полуночи. Каждый день труд, труд и труд.

Валерий Николаевич:

— Я работаю на этом предприятии с 1963 года, проверил себя во всех
качествах: слесарем, дежурным, мастером, начальником различных
подразделений. Вот только директором не довелось поработать, к
сожалению.

Где-то в 80-м году «Иркутскэнерго» направило меня в Монголию.
Чрезвычайно интересная страна, интересные люди, очень самобытная
культура. Улан-Батор размером с Иркутск, чуть поменьше. Я был
специалистом-консультантом по подстанциям и сетям 110 — 220
киловольт. Работали мощной механизированной колонной. Громадное
сетевое предприятие от 220 кВ до 0,4.

Так вот, попав в Монголию, через год я понял, что профессионально
сильнее всех, кто меня окружал, коллег из Ленинграда, Магадана,
Киева, Москвы. Я, уже опытный работник, никогда до Монголии не
чувствовал, что я сильнее кого-то: наши релейщики были сильнее меня,
специалисты по изоляции сильнее, директор — и говорить нечего.

Так я смог оценить квалификацию наших сотрудников. Должен сказать,
что в 60-е — 70-е годы люди творили чудеса. Тогда не было техники вроде
японского крана «КАТО», который без труда ворочает десятки тонн. В то
время здоровенные 100-тонные трансформаторы люди без всяких машин,
вручную, такелажным способом, грузили, перевозили, устанавливали.

Представьте себе картину: ввод 500-киловольтного реактора.
Оборудование весит более 500 тонн. Автокран на шасси «МАЗа». Штатная
заводская стрела. И великолепный крановщик Заринцев с феноменальной
точностью поднимает его и ставит куда надо.

Строить ЛЭП-110 кВ «Южная — Кировская» подрядчики, сославшись
на сложные условия в пределах города, отказались. Пришлось строить
своими силами. А поскольку у УВВС был лишь один автокран и совсем не
было экскаваторщиков, работы велись вручную. Вручную рыли
котлованы, бетон переносили на носилках. Задача усложнялась тем,
что строительство и монтаж линии велись без остановки городского
транспорта. Труднее всего было перебросить ЛЭП через Ангару. Чтобы
установить переходную опору высотой 55 метров и весом 75 тонн,
тракторами пришлось придумать сложный полиспаст. Подготовкой и
подъемом опоры руководил прораб Иван Николаевич Грудинин — практик,
не имеющий специального образования. Присутствовало все руководство
УВС. Уникальная операция была показана по телевидению.

— Когда включили передачу 500 кв на линии Братск — Тайшет —
Красноярск и Братск — Тулун — Иркутск, на ней была установлена
фарфоровая изоляция Южно-Уральского завода. Оказалось, что эта
изоляция для наших условий не годится. Потому что не проходило
недели, чтобы не отключались либо одна сеть, либо обе одновременно. И
тогда предприятие своими силами заменило весь фарфор на линии на
стекло. Стекло, как изолятор, в данном случае лучше. Работали сотни
людей, в основном по выходным дням. На линии 500 кВ допускалось
одновременно до 15 бригад. Тысячи тонн фарфора остались в тайге.
Меняли лет 1десять, с 1964 года.

Думаю, что надо обязательно вспомнить людей, которые ради дела
не жалели ни своего времени, ни самих себя. Это Сорока Яков
Анисимович (главный инженер), Карпинский Леонид Николаевич
(главный инженер, директор), линейщики Качор Евгений Иванович,
Киненко Л.С. и многие другие. Эти люди перешли со строительства
ЛЭП-500 на эксплуатацию, и их имена знали не только в «Иркутскэнерго»,
но и по стране. Они могли и работу организовать, и коллектив сплотить, и
в аварийных ситуациях действовали очень четко. Фамилии можно
перечислять до бесконечности. Ремонтник подстанционного
электротехнического оборудования Савватеев Константин Иванович
включал подстанцию 500-Тайшет, работал начальником службы
подстанций. Неординарный человек, энергичный, мыслящий.
Запомнились электрослесари Захаров Николай Николаевич, Панин Юрий
Петрович, Седов Александр Петрович, мастер-уникум Филус Венеций
Иванович. Эти люди оставили яркий след в моей работе и жизни.

А работа у нас круглосуточная, в любую погоду.
На постоянном «боевом» дежурстве оперативный персонал,
его задача — устранять и предупреждать неисправности, обеспечить
бесперебойное снабжение потребителей.

Для ветеранов нет «самых интересных эпизодов». Работа есть работа.
Повседневная и ежечасная. А если случается непредвиденное,
чрезвычайное, то и работать приходится немного больше…

В декабре 1959 года в 56-градусный мороз срезало от перенапряжения
анкерную опору ВЛ-110 кВ у подстанции Делюр. Остановились все поезда
на ВСЖД. На ликвидацию аварии было дано 30 часов. Бригада В.Кимаева
сумела через 4 часа организовать временное электроснабжение,
благодаря чему поезда пошли. Ремонтники ликвидировали аварию
полностью за 18 часов.

В 1964 году на Ангаре плавучим краном на высоте 28 метров был
оборван провод воздушной линии ВЛ 110 кВ. Впервые в истории этот
провод длиной 860 метров был заменен с помощью баржи, на которую
установили телескопическую вышку. Это сделали специалисты СУ-1 под
руководством В. Дроздова и В.Кимаева за 8 часов.

В 1971 году после обильных дождей в горах была смыта селевым
потоком анкерная опора ВЛ-220 кВ в районе Байкальска. В результате
полностью остановилось движение на железной дороге от Иркутска до
Улан-Удэ. Поскольку на этом участке были разрушены все
автомобильные дороги, ремонтные бригады и необходимое оборудование
пришлось перевозить на катерах по Байкалу. Две ремонтные бригады
под руководством В. Кимаева и В.Умрихина, работая круглосуточно,
сумели ликвидировать аварию не за пять с лишним суток, как это было
определено специальной комиссией, а за 36 часов.

Таких примеров в истории ЮЭС более чем достаточно. Для моих
собеседников это просто работа.

— Несчастные случаи, конечно, были, но крайне редко, единичные. У нас
всегда была очень жесткая дисциплина. Иначе на таком предприятие
нельзя. Ведь, представьте, монтер-линейщик идет на высоту 30 —
40 метров по уголкам, ничем не застрахован. Чтобы делать такую работу
каждый день, надо обладать определенными профессиональными
навыками, смелостью, характером! Не каждый сможет.

Сократить издержки

О том, что из себя представляют Южные электрические сети сегодня, в
юбилейный год Иркутской энергетической системы, рассказал самый
молодой из директоров «Иркутскэнерго» Борис Николаевич Каратаев.

Организация эксплуатации сетей по территориальному принципу в 1998
году пошла системе на пользу. Все пять образований по количеству
оборудования равноценны. У каждого филиала, кроме «Востока», есть все
классы напряжения — от 0,4 до 500 кВ. Территориальный принцип
позволил избавиться от недостатка, который характерен для всего
нашего хозяйства. У нас всегда обращали внимание на гиганты, а
небольшие предприятия финансировались по остаточному принципу.
Так было и с Иркутскими городскими сетями, когда ИГС были
отдельным предприятием. Реструктуризация позволила улучшить
эксплуатацию сетей 35 кВ и ниже. Что касается высоковольтных сетей, то
уровень их эксплуатации всегда был высок. Теперь не осталось ни
сынков, ни пасынков — все сыновья.

Много решено задач, которые разрозненно не могли решить по
Иркутску ни Южные сети, ни Иркутские. В пяти центрах питания в
Иркутске увеличены трансформаторные мощности, поскольку
потребление электроэнергии в городе растет.

К примеру, в прошлом году на подстанции в микрорайоне Байкальский
(в Иркутске) смонтирован трансформатор на 125 тысяч киловольт/ампер
(кВ/а), класс напряжения — 220/110 кВ. Это позволило решить
комплексную задачу по электроснабжению микрорайонов Солнечный и
Байкальский. За 2002 — 2003 годы введен первый пусковой комплекс на
подстанции в Глазково. Трансформатор на 40 тысяч кВ/а. Это решает
проблему электроснабжения куста, в который входит Свердловский
район от технического университета до курорта «Ангара», включая
Кайскую гору. На подстанции «Спутник» установлен третий
трансформатор — 26 тысяч кВ/а.

Для Иркутско-сельского района в этом году смонтирована совершенно
новая подстанция в Листвянке — два трансформатора по 10 тысяч кВ/а.
Эта подстанция имеет принципиально важное значение для экологии
озера, для создания на берегу Байкала инфраструктуры, обеспечивающей
развитие туризма. В Листвянке появилась возможность ликвидировать
мазутную котельную, перевести на электроотопление санаторий
«Байкал». Возродилась в новом качестве турбаза «Прибайкальская».
Кроме того, введены подстанции в Слюдянке и Баклашах (Шелеховский
район).

Все это делается не спонтанно. Существует десятилетняя программа
развития, утвержденная главным инженером энергосистемы —
директором по производству энергии. Сети планируют свою работу,
опираясь на перспективные планы развития региона. В частности,
начинается разработка полной схемы электроснабжения города.

Во главу угла работы ЮЭС на протяжении всей истории предприятия
ставился такой критерий, как надежность электроснабжения. Здесь тоже
объединение пошло на пользу. Иркутские городские сети, когда работали
изолированно, имели в год порядка 80-90 поврежденных высоковольтных
кабелей, сегодня число таких повреждений не превышает 15. Прогресс
налицо.

Надежность непосредственно связана с качеством и состоянием
оборудования. Сетевое хозяйство Иркутска, оставшееся в наследство
ЮЭС, доставило много хлопот. Многие из сетей можно считать
бесхозными, так как их владельцы, как, например, мыловаренный завод
или ПО «Восток», обанкротились, разорились. Кабельных сетей в
Иркутске в общей сложности около 1500 км, воздушных — примерно
столько же. Частный сектор весь на воздушных сетях. А вся новая
застройка и та, что выше двух этажей, — на кабельных. Если верить
документам, то самые древние сети в городе работают с 1922 года.
Впрочем, у директора есть по этому поводу сомнения.

Идет большая работа по приведению сетевого хозяйства города в
порядок: замена устаревших кабелей, установка нового оборудования.

Производится замена выключателей для трансформаторов. Дело в том,
что старые выключатели уже не соответствуют по своим техническим
характеристикам тем токам короткого замыкания, которые имеют место в
системе. ЮЭС предпочитает импортное оборудование. По словам
Каратаева, новейшее импортное оборудование имеет ряд достоинств. Оно
практически не требует эксплуатационного обслуживания. Ресурс — 15
лет. Затем проводятся регламентные работы, и приборы работают дальше.

Речь в первую очередь идет о выключателях и об устройствах релейной
защиты. Отечественные выключатели требуют постоянного внимания:
взятие проб масла, текущий ремонт. Импортные выключатели имеют
собственные системы диагностики и тестируются с помощью ноутбука.
Наши до такого уровня пока не дошли, хотя разработки имеются. Борис
Николаевич подчеркнул, что сегодня во главу угла при эксплуатации
сетей ставится диагностика. Такой подход полностью соответствует
правилам технической эксплуатации: периодичность техобслуживания
определяется состоянием оборудования. Оборудование работает на отказ,
до полной выработки ресурса.

Исходя из этого принципа, замена оборудования на новое производится
только там, где это обосновано технически и экономически. Борис
Николаевич рассказал, на ряде подстанций есть оборудование, которое
работает с 50-х годов. Оно находится в нормальном эксплуатационном
состоянии. Это главные трансформаторы, питающие центр. Заводы —
изготовители дают гарантийный срок такому оборудованию 25-30 лет. А
в ЮЭС оно служит 40 лет и более. Вот это как раз и свидетельствует о
технологической дисциплине, технической культуре. Ведь
в том, что
трансформаторы сохранились в работоспособном состоянии, — заслуга
трех поколений специалистов. Можно, конечно, заменить это
оборудование, но для чего, если оно отлично работает?

Уровень эксплуатации растет. До недавнего времени на предприятии
было очень много старой техники: грузоподъемники, машины
оперативно-выездных бригад, специальная и землеройная техника,
компрессоры. Оперативно — выездные бригады с «ГАЗ-52», которые надо
было через день ремонтировать, пересадили на легковые автомобили —
новые специализированные «УАЗы». Кроме всего прочего, это позволило
получить экономию ГСМ. При этом качество эксплуатации только
выиграло.

Или другой пример. В последние три года в ЮЭС получают
диагностические автомобили ярославского производства на базе «ГАЗ-66».
Эта техника позволяет быстро найти место повреждения кабеля, вовремя
провести испытания. А сейчас идет речь о приобретении нового
автомобиля, который в зимних условиях позволит резко сократить сроки
ремонта подземных коммуникаций (прогрев паром). И если сегодня
ремонтники тратят 5-6 дней на котлован, то теперь на это будет уходить
на половину меньше.

Такая политика, стержнем которой является стремление снизить
издержки, сэкономить везде, где возможно, укладывается в рамки
Программы тотальной оптимизации производства — ТОП, реализуемой в
«Иркутскэнерго».

Особенно хорошо видны резервы экономии рабочим. Созданы
специальные группы. Собираются специалисты и начинают генерировать
идеи. Проводятся мозговые штурмы: где можно что-то сделать, чтобы
сэкономить? Анализируются все предложения, даже те, которые, на
первый взгляд, представляются нелепыми. Просчитывается
экономический эффект. Обязательное условие: срок окупаемости не
должен превышать полутора лет. Результат впечатляет. В прошлом году
экономия, полученная благодаря рационализаторским предложениям,
сделанным «снизу», составила 4 миллиона рублей.

Следующий этап выполнения этой программы связан с сокращением
издержек всего предприятия. Подходы те же. Существует
общесистемная программа сокращения издержек. Ее курирует главный
инженер системы. Анализируются затраты, которые несут филиалы по
ремонту и эксплуатации. Там, где можно сэкономить, это делается. В
соответствии с этой программой к 2006 году все 5 филиалов должны
снизить издержки по ремонту до 50 миллионов рублей. И это реально.

Есть еще программы по снижению экономических потерь. Одним из
путей достижения экономии является сокращение персонала. В первую
очередь это касается управленческого аппарата. К началу 2004 года он
был сокращен на 10%.

В числе программ, которые позволяют ЮЭС оптимизировать
производство и адаптироваться к особенностям рыночной экономики,
есть программа вывода ремонтного персонала в дочерние общества. Это
тоже требование времени. Во всем мире ремонт производится
подрядными организациями, поскольку является непрофильным видом
бизнеса. Созданы два дочерних предприятия: по общестроительным
вопросам и по специализированным работам.

Борис Николаевич подчеркнул, что главная цель, которая
преследуется в процессе реализации всех упомянутых программ, —
сохранение качества обслуживания при тарифах, которые
сегодня значительно ниже, чем на территории других регионов России.
Характерно, что в других энергосистемах тоже есть аналогичные
программы. Разница в том, что там к ним только начинают
присматриваться, а в «Иркутскэнерго» и в ЮЭС, в частности, эти
программы уже вовсю работают.

В заключение директор не удержался от того, чтобы сказать несколько
хороших слов в адрес специалистов, составляющих костяк предприятия:

— Понимаю, что перечислить всех людей, которые добросовестно и
грамотно работают в Южных электрических сетях, у нас возможности
нет. Но несколько имен назову.

Агарков Олег Алексеевич — ведущий инженер технической службы,
кандидат наук, прекрасный специалист. Мажинков Иван Николаевич —
тоже кандидат наук, ведущий специалист по вопросам собственности, по
образованию авиатор. В плановом отделе, зачастую круглосуточно, не
жалея времени и сил, работает экономист первой категории Галина
Георгиевна Гуркова. Прекрасный коллектив в бухгалтерии: Татьяна
Ивановна Никитина и Тамара Ивановна Зиничева.

Настоящие мастера своего дела, монтеры по ремонту и монтажу
кабельных линий в Правобережном округе (самая большая сеть) —
Позднин Сергей Геннадьевич, Фальков Владимир Васильевич,
специалисты 5-го разряда. Могут выполнить любую работу на любом
кабеле.

О людях, о коллективе Борис Каратаев говорит долго и с удовольствием.

Дисциплина в ЮЭС — как на железной дороге. Во время аварий народ
работает практически круглосуточно. Эксплуатация сетей, на которых
держится вся жизнь Приангарья, — дело чрезвычайно ответственное.

Здесь мы с Борисом Николаевичем вспомнили ажиотаж в центральных
СМИ, который начинается при любых осложнениях в энергосистемах
центральных регионов России: непривычно много снега, рвутся провода —
караул! Ударили морозы — стихийное бедствие. В сложных и часто
непредсказуемых климатических условиях Восточной Сибири морозы и
снегопады — повседневность.

Люди выходят и начинают работать — спокойно и оперативно.

— Мы не привыкли выпячиваться, — говорит Борис Каратаев. — Люди
просто делают свое дело.

Читайте также

Подпишитесь на свежие новости

Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Важное