издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Михаил Меркульев: «Тарифы не решают проблемы дефицита инвестиций»

Потенциал регионального рынка работ по проектированию объектов энергетики и энергетической инфраструктуры в последнее время растёт темпами около 50% в год. Сегодня он оценивается в сумму более 500 млн. рублей. Большую часть из них выполняют сотрудники Иркутского филиала Энергетического научно-технического центра (ЭНТЦ), стопроцентного дочернего предприятия РАО «ЕЭС России». Директор филиала Михаил Меркульев в интервью нашей газете отметил, что нынешняя ситуация ещё далека от инвестиционного бума в энергетической отрасли. По его оценкам, промышленный потенциал северо-востока Сибири требует вложений в энергетическую инфраструктуру от 50 до 100 млрд. рублей. Наш собеседник убеждён, что регионы не смогут самостоятельно привлечь такие инвестиции. Достичь этого можно лишь путём кооперации, основанной на государственно-частном партнёрстве.

— Как вы оцениваете работу филиала ЭНТЦ за год?

— Мы вполне довольны итогами года. Фактически второй год филиал выполняет напряжённый план, который нам спускает РАО «ЕЭС России». Полуторакратно увеличиваем объёмы. В этом году ожидаем произвести работ на 350 млн. рублей. Если бы действовали оптимальнее, были более опытными в получении заказов, то наш оборот вполне мог достигать полумиллиарда.

— На чём в основном деньги зарабатываете?

— Основным бизнесом для нас стало проектирование энергосетевых объектов.

— Вы уже просчитывали плюсы и минусы введения тарифов на техническое подключение?

— Это интересно больше для наших заказчиков. Тарифы сами по себе не решают проблемы дефицита инвестиций. Дополнительные деньги получать все готовы. Введение платы за подключение не может гарантировать то, что любой задуманный объект может быть электрифицирован. Пропорциональная плата для некоторых крупных объектов может составлять лишь часть замещающей цены на строительство энергетической инфраструктуры, например, если речь идёт об электрификации Сухого Лога в Бодайбинском районе. Когда бы на энергетиков налагалась обязанность подключить новых потребителей при любых условиях, это бы открыло возможности для развития промышленности. С моей точки зрения, без разговоров должны подключаться объекты, претендующие на мощность, как минимум, до 10 МВ. Хотя и это не во всех районах возможно. К сожалению, наша страна, особенно Сибирь и Дальний Восток, в отличие от других государств, реформировавших свою энергетику, имеют очень слабую инфраструктуру. И кто будет достраивать инфраструктуру, не понятно.

— Какова сейчас потребность в инвестициях объектов инфраструктуры?

— Мы считаем, что на создание более-менее стройной системы для развития северо-востока Сибири требуется от 50 млрд. до 100 млрд. рублей.

— Можно рассчитывать на участие в этом федерального бюджета? Иркутскэнерго вместе с администрацией Иркутской области оформило заявку в инвестфонд, и как раз по проекту, касающемуся строительства сетей на севере региона. Вы можете оценить перспективы финансирования из российской казны?

— Я желаю коллегам большого успеха, но при этом, конечно, опасаюсь, что в отсутствие кооперации с соседями заявка не будет исполнена. Несколько регионов предложат профинансировать несколько проектов, но ни один не получит денег. Как правило, происходит именно так. Но когда речь идёт об одном проекте, на реализации которого настаивают сразу несколько субъектов федерации, отношение к нему меняется.

На мой взгляд, на финансирование из федерального бюджета как крупные индустриально развивающиеся регионы могут претендовать Иркутская область и Якутия. Якутия и вовсе, по данным Института регионального развития, стоит на первом месте с далёким отрывом от других регионов по промышленному потенциалу. Но рост сдерживается энергетикой и транспортом. Для того чтобы развить инфраструктуру, нужны опережающие инвестиции либо бюджетные гарантии.

Объект всегда индивидуален, а инфраструктура общая. Построить инфраструктуру самому — испортить показатели любого инвестпроекта. Это вам скажет любой менеджер. Но когда инфраструктура обрастает десятком проектов, возникает иная картина. Именно поэтому надо кооперироваться. Приведу лишь две цифры: инвестирование 20 млрд. рублей в энергетику Якутии и севера Иркутской области приведёт к приросту промышленного потенциала в размере 100 млрд. Энергетика — одна из тех отраслей, которая, с точки зрения государства, даёт большой мультипликативный эффект в экономике.

— Почему не получается межрегиональной кооперации?

— Задачу хочется решить здесь и сейчас, а процесс кооперации, как показывает практика, длительный. Только теперь у губернатора Хлопонина в Красноярском крае начал получаться проект развития Верхнего Приангарья, базирующийся на строительстве Богучанской ГЭС. Проект шёл тяжело. Минуло почти четыре года, пока все потенциальные участники проекта смогли договориться.

Но и сейчас там есть проблемы. Проект сам понятен, с точки зрения алюминиевых заводов, ГЭС. А схема включения её в энергосистему России до сих пор дискутируется. Есть вопросы к РАО и Иркутск-энерго. По моим оценкам, примерно то же самое нас ждёт в рамках освоения нефтяных месторождений на севере Иркутской области и в Якутии.

— В чём проблема? Нет ясного видения, как должно происходить взаимодействие Иркутска с Якутском?

— Видение есть. К сожалению, процесс не может быть быстрым. Потребности Якутии и Иркутской области на 90% пересекаются. Но есть ещё 10%, о которых надо договариваться, прежде чем объединять проекты. Предстоит решить главный вопрос — кто за что будет отвечать и кто за что будет платить.

— С вашей точки зрения, кто должен войти в проект?

— Субъекты федерации, РАО «ЕЭС» и «Иркутскэнерго». Мне видятся ещё и нефтяники. Но они не готовы вкладывать деньги в инфраструктуру за три-четыре года до её использования.

— Ваши идеи по развитию энергетики на севере Иркутской области и Республики Якутия уже изложены на бумаге?

— Нет, к сожалению. Администрация Иркутской области пока не высказала готовности к сотрудничеству. Но эта позиция, мне кажется, может быть скорректирована. А над разработкой концепции развития энергетики Якутии до 2030 года мы уже работаем.

Надо сказать, что в Иркутскэнерго строят достаточно реалистичную модель развития, но нельзя учесть всё в расчётах одной компании в границах одного региона. Нужно контактировать. Увязывать интересы. Очень подробно работать над промышленным развитием. Многое в вопросе развития энергетической инфраструктуры зависит от того, какие цели ставятся в нефтянке. Надо понимать, какие лицензии выданы и в какой динамике будет идти освоение месторождений. Мы должны вычислить, каким будет энергопотребление. Но для нас планы нефтяников непрозрачны. Тут, по опыту работы с другими регионами, может помочь администрация.

— Какие ключевые задачи вы ставите перед собой при разработке концепции развития электроэнергетики Якутии?

— Якутия не подключена к Единой энергетической системе. Как один из вариантов, в качестве коридора нами рассматривается сейчас трасса вдоль нефтепровода «Восточная Сибирь — Тихий океан».

В процессе подготовки концепции мы столкнулись с необходимостью определить критерии развития энергетики, чтобы избежать субъективности. Думаю, сформировать их должны региональные власти и Минпромэнерго. Необходимость развития промышленности должна сопровождаться пониманием опережающего развития энергетики. Там, где ничего нет, надо определить точки роста. Здесь нужна инициатива. Решения в сфере энергетики Восточной Сибири не придут сами собой. Проблемы в европейской части настолько велики, что энергетики заняты в первую очередь их решением. Сегодня они латают дыры.

— Часть трубопровода «Восточная Сибирь — Тихий океан» по территории Иркутской области уже проложена. Как решается вопрос его электрификации?

— Сам проект является коммерческой тайной. Я не могу рассуждать на эту тему. Могу сказать лишь, что электроэнергия будет выдаваться из автономных источников. Работая над этим проектом, мы снова сталкиваемся с проблемами кооперации, на этот раз нефтяников и энергетиков.

— Нефтяные компании сегодня являются вашими партнёрами? Они обеспокоены энергетической составляющей своих проектов?

— Пока немногие. Мы компания полного цикла и хотели бы сотрудничать с нефтяниками. Опыт по регионам — в Красноярске, в Томске, в Тюмени — показывает очень продуктивную работу ЭНТЦ и нефтяников. Друг без друга трудно. Попытки самостоятельно завести электроэнергетическую инфраструктуру на промысел могут преследовать цель сэкономить, но эта экономия в будущем может обернуться пирровой победой.

— Как вы оцениваете перспективы будущего года?

— Думаю, что будет движение. Время, когда перед руководством ЭНТЦ стояла задача обеспечить специалистов работой, дать им возможность выжить, далеко позади. Теперь перед нами стоит задача обеспечить большую производительность. Ещё год назад большинство наших сотрудников чертили на кульмане. Сейчас только компьютеры, только современные программы. Конечно, всё это делается не по взмаху волшебной палочки. Будем повышать эффективность этих процессов. Работы очень много и будет ещё больше. Важно отметить, что энергетическая инфраструктура уже сейчас определяет развитие экономики.

Беседовала Наталья ГАВРИЛОВА

Читайте также

Подпишитесь на свежие новости

Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Важное
Adblock
detector