издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Юрий Петров: РФФИ должен стать разумным монополистом

Председатель Российского фонда федерального имущества подвёл итоги прошедшего года, ответив на вопросы представителей СМИ регионов, в которых расположены филиалы фонда.

— Какова общая оценка прошедшего года?

— Первые итоги прошедшего года были подведены на заседании правления Российского фонда федерального имущества, в состав которого помимо руководства фонда входят представители от Росимущества, МЭРТ. Правление положительно оценило проделанную работу и достигнутые результаты, несмотря на все трудности.

Плановое задание по доходам в бюджет от приватизации составляло в 2007 году 41 млрд. руб. Выполнено оно примерно наполовину, это связано в первую очередь с тем, что мы никак не можем безболезненно войти в ритм бюджетного учреждения, статус которого мы получили в 2006 году. Некоторые издержки административной реформы породили ряд проблем в наших взаимоотношениях с МЭРТ, с Рос-имуществом.

Сама реформа, убеждён, была правильной. Но на практике возникли вопросы. Так, с Росимуществом мы никак не можем до конца договориться о разделении функций в определении цены. А ведь это один из важнейших параметров нашей деятельности. Раньше Росимущество давало нормативную цену, ниже которой мы не могли продать пакет акций. Мы проводили оценку, определяли начальную цену в соответствии с рыночным спросом. Окончательную точку ставили торги. А сейчас единая функция разбита на части. Мы оцениваем. Росимущество же фактически берёт на себя функции второго оценщика. И после оценки независимых оценщиков, с которыми мы работаем, Росимущество по своим, одному ему известным критериям проводит ещё одну оценку. После чего поступает предложение о том, чтобы независимый оценщик ещё раз произвёл независимую оценку (!?) Каким образом оценщик может сделать это, если он уже провёл работу, в результате которой есть реальная цифра?

Как только мы перешли на бюджет, то сразу же попали под действие 94-го федерального закона. Практически все вопросы нашей жизнедеятельности осуществляются через проведение соответствующих конкурсов. Теперь, чтобы провести оценку, надо сначала выбрать по конкурсу оценщиков. А чтобы их выбрать, надо получить финансирование. Это в прошлом году произошло только к марту.

Невыполнение прогнозного плана зависело и от многих других причин. Скажем, в программу приватизации был включён 1771 объект. Но 370 из них уже изначально не подлежали продаже. Собственник, решая вопросы о том, что включать в приватизацию, по этим объектам собрал недостаточную информацию. По этой причине в прогнозный план попали не только предприятия-банкроты, но и уже ликвидированные предприятия.

Во время приватизации периодически возникают различные сложности с Росимуществом по поводу получения необходимых документов. Раньше, когда мы участвовали в управлении приватизируемыми акционерными обществами, в составлении прогнозных планов проблем было значительно меньше. Мы владели ситуацией, и очень редко в план продаж попадали предприятия-банкроты.

Если бы нас сейчас совсем отстранили от управления, как того добивалось Росимущество, результат был бы неутешительный. Но был найден некий компромисс – совместное владение государственными пакетами акций предприятий с момента включения в приватизационный план.

Выход из сложной ситуации видится достаточно простой. Мы должны в полной мере начинать работать с предприятиями с момента их включения в прогнозный план. Чтобы не получалось так, что как только предприятие попадает в прогнозный план, начинается активное выведение активов. Пока мы спорим об оценке несколько месяцев, активы выводятся и возникают обременения на 20-30 лет. Кто-то сдал в аренду помещение, кто-то ещё что-то придумал. Вот и попробуй продай объект в таком состоянии.

— На сегодняшний день процесс приватизации практически завершён. Например, в Иркутском филиале в 2008 году планируется приватизировать около 20 предприятий. Таким образом, эта работа близка к завершению?

– Большинство оставшихся предприятий малоликвидны, но продать и найти им новых хозяев необходимо. От этого выиграют все – и рабочие предприятий, и покупатели, ведь это база для дальнейшего развития, и в конечном счёте – государство. Эту задачу решают и в Иркутске, и в других регионах. Вот, к примеру, проведённый иркутянами в конце 2007 года аукцион без объявления цены по продаже ОАО «Усть-Илимский лесопильно-деревообрабатывающий завод». В 2003 году часть уставного капитала завода была никому не нужна за 9,5 млн. руб., а в 2007 его активы были проданы за 25 млн. руб. И таких примеров много по стране. Так что приватизация будет продолжена и в 2008 году.

— Какие существуют подходы по кардинальному повышению эффективности работы вашего учреждения?

— Сейчас, когда по существу мы занимаемся строительством государственного капитализма и государство усиливает своё влияние в экономике, считаю целесообразным закрепить за фондом функции монополиста по продаже любого федерального имущества, где бы оно ни реализовывалось, ни продавалось. При этом фонд должен отвечать за весь продажный цикл, участвовать в составлении прогнозного плана, в предпродажной подготовке, привлекать оценщиков, устанавливать начальную цену…

Так же и с предприятиями-банкротами: если это государственная структура и там есть федеральная собственность, то продажей должен заниматься фонд.

— За 16 лет существования РФФИ государственной собственности продано на сотни миллиардов рублей. Но до сих пор высказываются идеи, что надо пересмотреть итоги приватизации. Как вы считаете, могло ли государство получить больше за те активы, которые оно уже продало?

— Я не сторонник пересмотра итогов приватизации. Другое дело, если вскрываются факты, что приватизация проведена с нарушением закона. Такие итоги нужно пересматривать. Но только строго в рамках правового поля.

Могло ли государство получить больше доходов от приватизации? Может быть. Но всегда нужно делать поправки на существующие реалии. Это сейчас у государства нет проблем с деньгами. А ведь бывало и такое, что казна была пуста. Быстрая приватизация в какой-то мере помогала держаться на плаву.

— Какие проблемы связаны с реализацией арестованного, конфискованного и иного имущества?

— Министерство юстиции в лице Федеральной службы судебных приставов предлагает поручить службе организацию конкурсов поверенных и реализацию арестованного имущества. Честно говоря, я бы с удовольствием от этой деятельности отказался, ведь лавров победителя здесь не заслужишь. Но я абсолютно уверен в том, что нельзя поручать реализацию арестованного имущества тем, кто его арестовывает. Получается, как в поговорке: что охраняю, то и имею. Что касается множественности продавцов, то я всегда выступал и выступаю против этого, поскольку, если мы усиливаем государственное начало, должна быть явная государственная структура, осуществляющая продажи от имени государства. А то сейчас у многих желание поторговать появилось.

В целом за 11 месяцев прошедшего года нам передали на реализацию имущества на сумму 16,3 млрд. рублей, а реализовали мы на сумму 6,4 млрд. рублей. При этом надо учесть, что примерно треть переданного нам судебными приставами имущества была впоследствии ими же и отозвана. К тому же подавляющее большинство имущества плохо ликвидно или же вовсе неликвидно. Так что процент реализации достаточно высок.

— При этом вы собираетесь отказаться от услуг поверенных?

— Идея такая действительно есть. В некоторых регионах она уже больше года претворяется в жизнь. Так, например, в Пскове в прошедшем году поверенных даже не отбирали. Но есть регионы, прежде всего Москва, Санкт-Петербург, в которых «перелопатить» количество арестованного и конфискованного имущества тем штатом, который есть у нас, очень проблематично. Пока мы экспериментируем и, между прочим, убеждаемся, что работа без поверенных себя оправдывает. Во всяком случае, в Пскове реализация увеличилась в три раза.

— У вас на сайте открылся недавно новый раздел о продаже имущества. Это принципиальный выбор в направлении прозрачности?

— Я считаю, что этот сайт — наша гордость. Он позволяет нам максимально приблизиться к покупателю. С запуском сайта упрёки к нам, что мы непрозрачны, что люди узнают о продаже, когда она уже свершилась, стали неактуальны. Сайт призван максимально полно донести информацию о продажах, соответственно, и вывешивается здесь наиболее полная информация.

— В течение года в соответствии с постановлением правительства вы занимались коммерческой деятельностью. Каковы итоги и дальнейшие планы?

— Мы успешно провели ряд коммерческих продаж, в числе которых продажа имущества нефтяной компании «ЮКОС». А самые хорошие комиссионные заработали на продаже Якутугля, Эльгаугля и подъездного пути, принадлежавшего РЖД. На этом аукционе было сделано 106 шагов, а по договору каждый шаг очень хорошо дополнительно оплачивался. Что касается планов, то, безусловно, будем наращивать количество продаж муниципальной, частной собственности, а также другой собственности, принадлежащей юридическим и физическим лицам. В ближайшей перспективе продажа непрофильных активов Газпрома. Очень много предложений в регионах.

К сожалению, на сегодняшний день здесь есть определённые проблемы. По непонятным для меня причинам Минфин не согласовывает стимулирующие выплаты. То есть мы зарабатываем деньги, но тратить их для того, чтобы повысить заработную плату работникам фонда, не имеем права. В настоящее время, по новому положению об оплате труда, зарплата работников фонда может значительно понизиться. Когда положение утверждалось, нам обещали сохранить денежные выплаты хотя бы на прежнем уровне. Теперь же получается, что все обещания забылись.

Встаёт вопрос: зачем развивать коммерческую деятельность, если мы за счёт заработанных средств не можем нормально платить людям, обеспечивать им медицинское обслуживание?!

— Вы были преподавателем у Дмитрия Анатольевича Медведева на юрфаке ЛГУ. В свете предстоящих президентских выборов было бы странным не спросить о ваших эмоциях в связи с этим.

— Он, безусловно, выделялся из числа других студентов, прежде всего своим стремлением к знаниям, активностью, постоянным поиском, трудолюбием. Человек точно знал, что он хочет и что нужно делать для того, чтобы добиться намеченных целей. На протяжении многих десятилетий юрфак ЛГУ, ныне Санкт-Петербургского госуниверситета, по праву считался ведущим в стране, там работали настоящие корифеи науки, было много по-настоящему талантливых, одарённых людей. И абсолютно не случайно, что многие из них занимают сейчас очень высокие посты.

Подготовила Наталья ВОЛИНА

На снимке: Юрий Петров

Читайте также

Подпишитесь на свежие новости

Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер