издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Преображение фермы

В начале 90-х годов прошлого века в селе Хайта Усольского района был совхоз, точнее, подсобное хозяйство одного из усольских заводов. Имел с полтысячи коров и немало другой живности. Обеспечивал рабочих свежим молоком, овощами, мясом. Но начались рыночные реформы, и многие промышленные предприятия стали сбрасывать, как принято сейчас говорить, непрофильные производства. Самостоятельное «плавание» для аграрников из Хайты оказалось очень сложным.

– Дошло до того, что в зиму 2000-2001 годов мы вообще не имели кормов, – вспоминает бригадир Татьяна Викторовна Улитина. – Стали забивать скот. Потом обратились за помощью к руководителю «Белоречки» Гавриилу Франтенко. Начали оформлять документы о вступлении нашего хозяйства в Белореченское объединение. Хотя бумаги ещё только готовились, но нам уже везли корма. Давали его бурёнкам буквально с колёс. Доили тогда три литра молока и меньше. В объединение вошли, имея 300 голов скота, из них всего лишь 101 корову. Спасибо «Белоречке», а то бы и последний скот перерезали…

И вот недавно попадаю на территорию фермы. Татьяна Викторовна выступает в роли гида. Останавливаемся возле экспериментальной площадки. На ней на глубокой подстилке содержатся сухостойные коровы, т.е. те, которые готовятся к отёлу. Коровы крупные и на редкость чистые.

– Раньше здесь была грязь непролазная, – рассказывает хозяйка фермы. – С полей текло и текло, снег ли таять начнёт, дождь ли пройдёт.

Уточню. Рельеф здесь очень неровный, над фермой поля почти нависают, и потому все воды сбегают сюда. Но самое интересное заключается в том, что коровы зимой и летом стоят под открытым небом. Уже более года навоз здесь не вычищается, поскольку сюда регулярно завозится большое количество соломы. Навоз перегорает и даёт немало тепла. По-моему, в основе этого новшества старый сибирский опыт. Ведь такой же принцип самосогревания используется при траншейном методе содержания скота (качугский метод). Здесь же – вообще открытая площадка, которую в преддверии зимы по периметру обкладывают тюками соломы. Они и предохраняют животных от ветра.

– Когда несколько лет назад начали восстанавливаться, наш главный зоотехник Владимир Демьянович Квасников пообещал: возродим ферму, и доить будете по 12-14 килограммов молока. Мы, конечно, не верили в такие перспективы. А теперь доим по 14 и более килограммов молока от каждой из 440 коров, – говорит Улитина.

Интересуюсь, как же удалось сделать такой рывок?

– Мы сделали ставку на ленинградский тип скота, – отвечает Квасников. – Это чёрно-пёстрая порода, голштинизированная. Конечно, наши природные условия резко контрастируют с европейскими. Тем не менее и у нас «ленинградки» отличаются высокой продуктивностью.

Сейчас ведётся большая работа по улучшению хайтинского стада. Заключены договоры с Ленинградским племенным объединением и с Голландией, откуда завозится семя высокопродуктивных быков. Это приносит свои плоды. Есть целые группы коров, которые дают семь тысяч килограммов молока в год. Сама ферма уже значительно превзошла пятитысячный рубеж надоев.

– Жаль только, что мы весьма ограничены в закупе импортного семени, – уточняет главный зоотехник. – Ставку же на закуп импортного скота для товарных ферм удачной не назовёшь. Столько качественных животных за рубежом не найти.

Закуп импортного скота для товарных ферм – больная тема. До сих пор не могу понять, почему наши крупные учёные, академики ещё на стадии разработки приоритетного национального проекта «Ускоренное развитие АПК» не забили тревоги. Ведь это губительный путь, ведущий к тому же к неоправданно высокому расходованию средств. Везти импортный скот, не создав предварительно хорошую кормовую базу, – это то же самое, что возводить пятиэтажный дом не с создания фундамента, а со сборки верхних этажей. Причём речь идёт не просто о создании хороших запасов кормов. На Западе, в Америке, в Австралии совсем иной тип кормления. То есть можно иметь много сена, силоса, сенажа, а толку… То есть получится по поговорке: не в коня корм.

Тема эта – эффективность такого метода возрождения отрасли – особая, и очень острая. Ведь до сих пор большой отдачи от реализации его мы не чувствуем, вопреки различным рапортам и похвальным заявлениям. В минувшем году всего на 2,3% выросло валовое производство молока. При этом поголовье коров в сельхозорганизациях сократилось на 107 тысяч (2,6%), в личных подсобных хозяйствах – на 8,8 тысячи, и лишь у фермеров оно увеличилось на 13,7 тысячи голов. Не принёс особых изменений и 2008 год. За первый квартал производство молока возросло всего лишь на 2,1%. А в это время наблюдается мощный рост импорта. В первом квартале вообще произошёл скачок завоза сухого молока.

Отмечу, внешнее знакомство с Хайтинской МТФ особых восторгов не вызвало. Основные сооружения старые, из дерева. Между тем сейчас с большой помпой сообщают о том, что там-то и там-то взялись за строительство мегаферм с высочайшим уровнем механизации и автоматизации. Но вот что говорит по этому поводу Владимир Демьянович Квасников:

– Мы были бы рады построить мегаферму. Но знаете, во сколько она обошлась бы нам? В 400-500 миллионов рублей. Это огромные деньги! Сколько лет потребуется, чтобы она окупила себя! Такое строительство возможно лишь при более серьёзной финансовой помощи государства.

В то время, когда мы беседовали с главным зоотехником, далеко от нас, в Татарии, была сдана мегаферма на 1200 коров. Инвестиции в неё составили 398 миллионов рублей. Предполагаемый объём производства молока – 7,5 миллиона литров в год. То есть предполагается высокая продуктивность скота – шесть с лишним тысяч килограммов молока ежегодно. При таком подходе к сельскому хозяйству Казань и другие татарские города, надо полагать, от дефицита молока страдать не будут. И тут поневоле возникает вопрос: а чем Приангарье хуже Татарии?

Фото Николая БРИЛЯ

Читайте также

Подпишитесь на свежие новости

Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер