издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Константин Григоричев: «Иркутскую область тоже ожидает спад рождаемости»

Тенденцию последних двух лет, когда рождаемость в Иркутской области растёт и почти догоняет уровень смертности, эксперты не считают долговременной. Главный специалист Фонда регионального развития Иркутской области, кандидат исторических наук Константин Григоричев полагает, что в ближайшие годы в регионе ожидается неизбежное снижение рождаемости. Причём этот тренд будет характерен и для всей России. Что в современных условиях эффективнее – увеличивать рождаемость или снижать смертность, и какие действия можно предпринять для смягчения демографического спада – эти и другие вопросы планируется обсудить в рамках дискуссионной площадки «Приоритеты развития Сибири и Дальнего Востока: демографическая политика, здравоохранение, трудовой потенциал» в ходе Байкальского экономического форума. В преддверии БЭФа своим видением ситуации Константин Григоричев поделился с ЕЛЕНОЙ ЛИСОВСКОЙ.

Сегодня родила, завтра – в кассу

– Отличается ли демографическая ситуация за Уралом от общероссийской?

– Принципиального отличия нет. Тренды близки к общероссийским: слегка растёт рождаемость, немного сокращается смертность. Рост рождаемости обусловлен двумя факторами. Прежде всего, сейчас высоко число матерей в возрасте 20 – 29 лет, на долю которых приходится 65% всех рождений. Такое увеличение – отголосок 80-х годов прошлого века, когда государство активно предпринимало меры по стимулированию рождаемости. Кстати, они чем-то напоминали нынешние. Вторая причина – государственная политика. Она внесла свой позитивный вклад.

Но меня беспокоят две вещи. Во-первых, волна 80-х годов уже заканчивается. В 1988-89 годах в России начался спад рождаемости, за которым последовал провал 90-х. Ещё три-четыре года – и число матерей самого продуктивного возраста для рождения первого ребёнка резко сократится. К 2020 году сокращение в этом возрасте может составить 80 тысяч, или 35% от уровня 2006 года. В результате даже при сохранении достаточно высокой интенсивности рождаемости абсолютное число рождений заметно снизится. К 2020 году число рождений по «высокому» прогнозу составит около 31,5 тысячи, по «низкому» – около 25 тысяч.

[ title=»Портрет населения» pos=»abs» width=»45%»]
Численность постоянного населения Иркутской области с 1 января 2006 года по 1 января 2007 года сократилась на 13,2 тыс. человек, или на 0,6%, и составляет 2 миллиона 379 тыс. человек. Средняя продолжительность жизни в Иркутской области в 2005 году (60,43 года) была на 4,93 года ниже, чем в среднем по России (65,3 года). Сейчас 26,9% населения приходится на возраст 50 лет и старше, детская возрастная группа от 0 до 14 лет составляет 17,3% населения области. В 1999 – 2006 годах население области убыло на 5,3%. Суммарные миграционные потери области за 2000 – 2006 годы составили 30,8 тысячи человек. При этом 74% составляли лица трудоспособного возраста. Из числа выехавшего населения в возрасте 14 лет и старше 20,8% имели высшее образование, 30% – среднее специальное образование.В 2007 году коэффициент естественной убыли населения области составил 2,7 человека на 1 000 населения, по сравнению с 2005 годом он уменьшился на 46,5%. Коэффициент рождаемости составил 12,4 человека на 1 000 населения, на 4,0% больше, чем в 2005 году. Несмотря на то, что в последние годы рождаемость повышается: в 2005 году в области родилось 30,3 тыс. человек, а в 2006 году — 31,0 тыс. человек, это значительно меньше (на 14,2 тыс. человек), чем в 1990 году.По данным Фонда регионального развития Иркутской области

Во-вторых, для людей важен не только сам факт поощрения со стороны государства, но и то, каким образом это поощрение может быть использовано. Материнский капитал очень ограничен в применении. Да и размер его на самом деле не велик. Можно ли на 300 тыс. рублей улучшить свои жилищные условия – поменять двухкомнатную квартиру на трёхкомнатную? Мало реально. В селе это, может, и возможно, но в городах, где проблема появления в семье второго и последующего детей наиболее актуальна, это невозможно сделать.

Хочу отметить, что в районах довольно слабо представляют, что такое материнский капитал. В этом я убедился во время очередной командировки в Усть-Илимский, Чунский и Тайшетский районы. Главврачи центральных районных больниц, где обычно принимают роды, поделились таким наблюдением: нередко матери считают, сегодня второго-третьего родила, а завтра – в кассу. Я немного утрирую, но смысл такой. Рождение детей в таких не совсем благополучных семьях не очень соответствует установкам государства. Ведь предполагается не просто увеличить количество рождений, а ещё и улучшить качество населения.

– Вы упомянули, что материнский капитал всё-таки повлиял на рождаемость. Как долго продлится этот эффект?

– Действительно, существующие стимулы несколько ускоряют рождение вторых и третьих детей. Однако чаще эта мера стимулирует рождение второго и третьего ребёнка в тех семьях, которые планировали сами пополнение, но позже. Соответственно, в них родятся плановые вторые или третьи дети, но несколько раньше. А потом рожать будет некому. Рассчитывать на то, что в России поменяется модель семьи – с одно-двухдетной на двух-трёхдетную – не приходится. В России идёт процесс, который сейчас характерен для всего мира, – урбанизация населения, распространение городского образа жизни, рост уровня жизни. Всё это стимулирует переход к малодетной семье – один, максимум два ребёнка. Повернуть этот процесс вспять, думаю, невозможно.

Жертвы нездорового образа жизни

– Что тогда сейчас перспективнее – повышать рождаемость или снижать смертность?

– Стимулировать рождение второго и третьего ребёнка, конечно, стоит. Но в современных условиях наиболее эффективным будет снижение смертности. В России смертность просто запредельная, особенно среди мужчин трудоспособного возраста. Она настолько велика, что демографы называют её «сверхсмертностью». К примеру, в 45 – 50 лет и 55 – 59 лет смертность мужчин превышает смертность женщин аналогичных возрастов в два-три раза. В итоге к 2025 году в регионе число трудоспособного населения может сократиться на 250 тысяч человек.

– Что становится причиной такой высокой смертности среди мужчин?

– В Иркутской области крайне высока смертность от предотвращаемых причин. В структуре смертей от неестественных причин убийства и суициды составляют 18,5 и 18,3% соответственно, транспортные травмы – 13,7%, случайные отравления алкоголем – 10,5%. По уровню смертности по первым трём причинам Иркутская область сохраняет лидерство в Сибирском федеральной округе и России. Высок показатель смертности от сердечно-сосудистых и онкологических заболеваний. И если высокая доля онкологических заболеваний характерна скорее для некоторых городов, то высокая смертность от сердечно-сосудистых заболеваний – общероссийская тенденция. С одной стороны, эти заболевания требуют серьёзной медицинской помощи, регулярного обследования. С другой стороны, здоровый образ жизни не так популярен, как хотелось бы. Фитнес-революция, которая грянула в Москве, до Иркутска пока не докатилась.

Пылесос для области

– Насколько сейчас однородна демографическая ситуация в стране? Какое место занимает Иркутская область?

– Иркутская область – середнячок, даже не знаю, можно ли однозначно сказать, к кому ей тянуться. В 2006 году рождаемость в Иркутске составила 12,3 промилле, или 123 человека на 10 тыс. населения. Для сравнения: самая высокая рождаемость за сегодняшний день – в Чеченской Республике, в 2006 году показатель составил 23,9. К примеру, в Москве рождаемость ниже, чем в Иркутске, – 8,9 промилле, но смертность там тоже ниже – 12,3 промилле против 15,1 в Иркутске. В Чечне смертность и вовсе составила 5 промилле. Одним словом, в кавказских регионах на сегодняшний день сложилась идеальная демографическая ситуация. Но нужна ли аналогичная ситуация Иркутской области? Да и возможна ли она? Хотим ли мы иметь такие же условия, как в Чечне – тот же жизненный уклад, те же традиции? Думаю, что не хотим. К тому же в Чеченской Республике если не в ближайшие годы, то через два-три поколения тоже будет снижаться рождаемость и расти смертность. Это плата за переход к современному образу жизни.

– Каковы ваши прогнозы на будущее?

– Я бы не стал драматизировать демографическую ситуацию в Иркутской области, если бы не два фактора: смертность в трудо-способном возрасте и миграция. Для миграционных процессов за Уралом характерным является движение населения на запад, так называемый «западный дрейф». Четверть всех миграционных потерь, которые несёт Иркутская область, связаны с тем, что люди предпочитают перебираться в Москву, Санкт-Петербург и соответствующие области. В СФО две главные точки притяжения – Новосибирск и Красноярск. Там другой уровень жизни, больше возможностей для реализации своей жизненной стратегии. Качество городской среды – тоже немаловажный фактор. Центры притяжения определяются не только размером заработной платы, но и условиями для жизни. Иркутск в этом плане, при всём моём к нему уважении, город провинциальный. Это не хорошо и не плохо, так оно и есть.

Однако у областного центра достаточно шансов на динамичное развитие городской среды, переход на качественно новый уровень. Уже сейчас Иркутск является «пылесосом», который стягивает на себя население Иркутской области и Республики Бурятия. На базе Иркутска, Ангарска и Шелехова формируется агломерация. Это объективный процесс. Если развитие агломерации направить в русло формирования комфортной городской среды, то это станет более мощным инструментом для привлечения населения. Пусть из районов области, откуда все уезжают, жители лучше едут в Иркутск, а не в Красноярск, Краснодар или Новосибирск.

Читайте также

Подпишитесь на свежие новости

Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер