издательская группа
Восточно-Сибирская правда

«Хочется, чтобы генплан был неким табу»

Многоэтажки занимают заброшенные производственные участки. Торгово-административные здания – жилые зоны. Сегодня такие тренды развития Иркутска, хотят того горожане или нет, диктуют застройщики. Они активно осваивают новые и старые площадки в столице Приангарья. Между тем местные власти пока не планируют выступать в качестве законодателей строительной моды. По большому счёту, им приходится лишь догонять строителей – к генплану города готовятся очередные поправки, в которых будут зафиксированы последние тенденции. О развитии города и изменениях в градостроительном документе «Сибирскому энергетику» рассказала главный архитектор города Инна Кондратьева.

– Примерно год назад генплан Иркутска попал в поле зрения федеральных властей. Муниципалитету было рекомендовано подготовить комплексный документ, который определяет развитие территории. Городские власти на это ответили, что документ существует. Тем не менее дискуссии на данную тему среди наблюдателей продолжаются и сегодня.

– Генплан (схема территориального планирования) существует в Иркутске с 2007 года. Тогда была утверждена первая версия. В 2009-м мы заложили в бюджете финансирование на корректировку документа и в течение трёх лет занимались этой работой. Изменения коснулись разных направлений – многоэтажного жилищного строительства, объектов административного, культурного назначения и так далее. Исключение составила только сетевая, транспортная инфраструктура – её мы не затронули. Окончательный вариант схемы утвердила Дума в 2012 году. Технически он выглядит как карта, у которой очень много наложенных друг на друга информационных «слоёв».

В варианте 2007 года некоторая информация имела гриф секретности. Сейчас она общедоступна – генплан размещён на сайте администрации в разделе «строительство и недвижимость». Секретность была связана не только с вопросами безопасности. Тему секретности отчасти задавал автор документа – проектный институт «ИркутскгипродорНИИ». И тогда возникла парадоксальная ситуация: документ проходил публичные слушания, а люди не видели даже половины из того, что обсуждалось. Приходилось искать хоть какой-нибудь выход из положения – объяснять на словах то, что запрещено показывать. В итоге были рассекречены схемы транспортной и инженерной инфраструктуры.

Поэтому позже, уже в 2009-м, когда предстояло доделать генплан, мы сформировали для проектной организации техзадание, где сразу оговорили вопрос. В задании было прописано, что конечный продукт можно будет демонстрировать общественности. 

– Значит, теперь секретов не осталось?

– Нет, секреты остались. По объективным причинам мы не должны раскрывать, например, схему водоснабжения и водоотведения. Это на сегодня самая засекреченная информация – мы просто этот «слой» убрали с генсхемы, опубликованной на сайте. 

– С 2007-го по 2009-й прошло со­всем немного времени. Разве за этот период могли произойти настолько значительные изменения, которые потребовали серьёзных корректировок документа? Означает ли это, что генплан Иркутска будет обновляться регулярно?

– Главная причина, из-за которой мы начали вносить корректировки, – был отредактирован Градостроительный кодекс РФ. В нём наконец-то появились правила, каким должен быть градостроительный документ муниципального образования, какие схемы и данные он должен содержать. Раньше существовали лишь методические рекомендации.

Конечно, хочется, чтобы генплан оставался неким табу. Но сейчас опять приходится работать над ним, ведь город меняется. Кроме того, Программа социально-экономического развития Иркутска появилась позже, чем генплан. В идеале должна быть обратная последовательность: генплан должен строиться на основании программы. Нам нужно было сначала определить, куда будет двигаться город, по каким направлениям развиваться – туризм, промышленное производство. Дорабатываем и другие важные градостроительные документы – правила землепользования и застройки, проекты планировок. На основании этих материалов придётся дополнить и главный градостроительный документ.

– Какие тенденции развития областного центра могут найти отражение при корректировках генплана?

– Из Иркутска уходят производства. Эти процессы можно наблюдать, к примеру, на набережной Ангары в районе Нижней Лисихи и на противоположном берегу – в Академгородке. Когда-то там размещались производственные корпуса, а сейчас жилая застройка вытес­нила производство. Предприятия либо вообще уходят с рынка, либо переносят свои мощности на городские окраины. Такая же ситуация на улице Сурнова (район Радищева). Несколько лет назад появление там жилой многоэтажки «Золотой век» казалось странным. Тогда никто не понимал, как вообще это возможно – жильё среди промплощадок… Теперь производство выводится, а частники продают свои участки застройщикам. Это – основная тенденция в Иркутске.

Похожая ситуация, но уже не с жильём, а с административными зданиями. Они, в свою очередь, в отдельных районах Иркутска вытесняют и производство, и индивидуальные жилые дома. Наблюдаем это по улице Советской и на подъездах к ней с улиц Партизанской, Тимирязева. А когда-то тут существовал, к примеру, завод «Эталон». Теперь в генплане Иркутска участок у нас будет обозначен как некая административно-торговая ось.

Знакомая горожанам картина: на первых этажах домов размещены офисы, магазины, а выше – квартиры. Правилами землепользования и застройки мы разрешаем это делать, но нужно отразить такие изменения и в генплане.

Стоят в Иркутске многочисленные двухэтажные дома-бараки. Всего мы насчитали 43 неприглядные площадки. Перспектив по их развитию раньше не предвиделось, а в генплане они значились как малоэтажная застройка. Но в прошлом году появились проекты по развитию застроенных территорий, здесь планируется возведение многоэтажного жилья. Площадки, где располагаются бараки, признанные аварийными и ветхими, выставляются на аукционы, победитель получает их в аренду и начинает застройку. В его обязанности также входит снести старый дом, расселить людей и начать комплексную многоэтажную застройку целым кварталом. Бюджет муниципалитета в проекте не участвует, всё делается за счёт средств фирмы-победителя. При этом у города есть возможность также продать часть квартир в построенном комплексе, чтобы получить какую-то прибыль.

Сейчас в разработке семь площадок для развития, среди них лидирует расположенная на улицах Депутатской, Зверева, Карла Либкнехта (выиграла аукцион Ассоциация застройщиков Иркутска). Три блок-секции на Депутатской построены, и в декабре первая очередь уже будет сдана в эксплуатацию. Ведётся работа также в Ершах, на улице Мухиной – там начался снос жилья. Ещё две территории для развития мы утвердили на последнем заседании городской Думы, теперь их предстоит выставить на аукцион. Одна – от въез­да на улицу Розы Люксембург и до железнодорожного вокзала, вторая – в микрорайоне Радужный.

Новый сценарий развития этих территорий также будет учтён при корректировке генплана.

– Некоторые местные эксперты строительной отрасли высказывали предположение, что центр Иркутска будет развиваться как административно-деловая зона, а жильё будет вытеснено за его пределы. Эта идея сегодня находит подтверждение? Не предполагается её пре­дусмотреть в генплане?

– Пока в этом отношении ничего не происходит – в центре Иркутска и жилая, и административная зоны. Изменить такую естественную концепцию – значит изменить транспортную систему Иркутска. Чем больше мы притянем сюда административных зданий, тем интенсивнее здесь будет автомобильный поток. Существующая дорожная сеть, существующие расстояния между центральными улицами не позволят пропустить такое количество транспорта. Потребуется кардинально пересмотреть всю транспортную систему. Сейчас так с городом поступить невозможно, иначе мы вообще потеряем всё.

– А появление в центре Иркутска 130-го квартала – разве это нельзя назвать изменением концепции развития города, изложенной в генплане?

– Да, действительно, теперь это у нас зона не индивидуальной жилищной застройки, а административно-деловая, даже рекреационная. В 2012 году мы как раз внесли соответствующие изменения в генплан. Кроме того, в 130-й квартал были перенесены объекты культурного наследия, ранее разбросанные по всему городу. Это тоже одна из тем генплана, и она нашла отражение в градостроительном документе, когда его корректировали. Но при создании небольшого квартала, как вы помните, мы завершали также работы по дорожной инфраструктуре – очень долго решались вопросы по расчистке от частного сектора площадки, необходимой для строительства выезда на Академический мост.

– Однако развитие застроенных территорий Иркутска, о котором вы рассказали, всё-таки может потребовать развития инфраструктуры. Но в генплане изменений такого рода не предвидится…

– Вся транспортная, инженерная инфраструктура действительно в генплане не меняется. Чтобы обеспечить новостройки, которые появятся вместо деревянных бараков, электричеством и теплом, достаточно лишь поменять диаметр сетей, уже проложенных в этих кварталах. В генплане предстоит учесть такие изменения технических характеристик.

– А как же дорожная инфраструктура? Если при запланированном росте жилых площадей и административных зданий не предполагаются изменения дорожной сети, это означает, что ситуация с пробками в городе в долгосрочной перспективе будет выглядеть так же, как и сейчас?

– В генплане уже заложены все изменения, которые возможны по этому направлению. Предложены новые характеристики для улиц и магистралей. Другое дело, что до реализации этих планов город так и не дошёл. Чтобы расширить дороги, нужны средства из бюджета на проектирование и строительство плюс затраты – на выкуп объектов, которые придётся сносить при расширении полотна. При сложившемся бюджете на предстоящий период это едва ли возможно. К таким проблемным темам можно отнести Маратовскую развязку: проект её расширения обсуждаем постоянно, а до дела так и не доходит. И чем дольше мы откладываем работу, тем чаще приходится корректировать проект, потому что меняются нормативы, приходится документ отдавать на экспертизу. Единственный положительный результат – расширение улиц Пискунова и Байкальской.

Пока же в Иркутске возможны лишь точечные методы, такие как расширение поворотов. 

– Если сейчас появился «резерв» внутри города – решено развивать когда-то застроенные площадки, – то выходить на внешние горизонты не планируется? Планы агломерации, создания города-миллионника теперь не актуальны?

– Наверное, сначала надо навести порядок у себя, а потом переходить на соседние земли, говорить о расширении границ Иркутска. Но в целом процесс может идти и параллельно. Администрация областного центра по-прежнему заинтересована в продвижении темы. В генплане у нас был предусмотрен агломерационный подход – перенос аэропорта за пределы городской черты, строительство обходных магистральных путей по территории Иркутского района. Но идею должны поддерживать и соседние территории, и область в конечном счёте. Должно быть муниципальное взаимодействие, единый оператор, который будет руководить агломерацией. 

– То есть сейчас взаимодействия с Ангарском, Шелеховом и Иркутским районом нет?

– Если речь идёт непосредственно о генплане, то мы всегда согласовываем инфраструктурные вопросы, потому что они касаются и наших соседей. Но если говорить об агломерации, это другой подход, при котором мы должны и жилищное строительство развивать сообща, чтобы срастить территории.

– А можно говорить о естественном развитии этого процесса?

Инна Кондратьева: «Секреты в генплане Иркутска остались. По объективным причинам мы не должны раскрывать схему водоснабжения»

– Частью Иркутска уже можно считать прилегающие населённые пункты Иркутского района – в Ершах, на вы­езде с Синюшиной горы. Границ между ними и городом по факту уже нет – жители пользуются городской инфраструктурой (детсадами, дорогами), но, соглас­но всем документам, живут в районе.

Сегодня мы настаиваем на увеличении границ Иркутска. Речь идёт о территориях за микрорайоном Ново-Ленино, расположенных вдоль объездной дороги, и о прилегающих к Синюшиной горе и Ершам. Свои предложения мы направили в администрацию Иркутского района, но пока всё на уровне обсуждений.

– Несколько лет назад появилась идея создать для Иркутска город-спутник – Малая Еланка…

– Проект существует и сейчас. Его действительно можно считать продолжением темы агломерации – сращивания Ангарска и Иркутска. Я недавно ознакомилась с документами по строительству посёлка. Проектом занимается Ассоциация застройщиков Иркутска – объединение нескольких иркутских строительных фирм. Но Иркутск как таковой участия в нём не принимает, ведь застройка запланирована на территории района.

– Одно из критических замечаний от оппонентов, которых не устраивает существующий вариант градостроительного документа: «Генплан – отдельно, а развитие города – отдельно». В подтверждение своей мысли они как раз и обращают внимание на то, что документ приходится корректировать уже постфактум – когда объекты построены, запущены в эксплуатацию. Есть, на ваш взгляд, здесь доля правды?

– Изменения эти диктует жизнь – политическая обстановка, экономическая ситуация в городе, в регионе. И не всегда можно заранее предположить, что будет завтра, а тем более спланировать долгосрочный период, предусмотренный в генплане. И всё-таки иркутский генплан я считаю самым взвешенным документом

Читайте также

Подпишитесь на свежие новости

Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Важное
Adblock
detector