издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Дорогой пилигримов

Иркутянин Василий Лейтман прошёл по Испании 900 километров. Пешком. Один. Путь Сантьяго – довольно известная тропа паломников, но в основном этой дорогой ходят европейцы. Алёна Корк встретилась с Василием, чтобы поговорить о полном отсутствии (как оказалось!) страха в незнакомой стране, о выработанной в маршруте тактике ходьбы, о том, как путь Сантьяго меняет жизненные ориентиры, и об ощущении вечной жизни, которое почему-то рождает этот маршрут продолжительностью более чем один месяц и протяжённостью 900 километров.

Нашему собеседнику 30 лет. Он дизайнер. Рассказывает, что уникальное путешествие обошлось ему в 150 тысяч рублей. В дороге Василий Лейтман вёл дневник, записывал впечатления и наблюдения. Мы разбавляем интервью прямыми цитатами из «Живого журнала» нашего героя, потому что это очень интересные, выверенные и точные формулировки и умозаключения. На основе путевых заметок смело можно писать книгу, и уж, конечно, все впечатления не уместишь в одно интервью.

Пшеничные и маковые поля, горы Кантабрии, туманная Галисия

– С интересом прочитала отчёт в вашем «Живом журнале». 900 километров пешком – это…

– …не так сложно, как казалось.

– Серьёзно? А как возникла сама идея? И почему был выбран именно этот маршрут?

– Мне с детства нравилось ходить, я много передвигался пешком. Потом это само собой закончилось – даже не разонравилось, а просто перестал. Как-то раз один из друзей начал интенсивно ходить пешком, я за компанию несколько раз прогулялся и понял, что это очень бодрит. Этой зимой купил фитнес-браслет, считающий шаги. Даже не знаю зачем – сама идея понравилась. Однако просто считать шаги было скучно, хотелось чего-то более азартного, и я договорился с другом о соревновании. Каждый день нужно было проходить необходимое количество шагов и быть активным в течение определённого времени, не получилось – проигрываешь и платишь деньги. Так мы оба стали много, хоть порой и нерационально, ходить – иногда мои самые длинные прогулки по городу насчитывали до 25 километров. Позже я начал задумываться о летней поездке, увидел фильм про путь Сантьяго, и это стало чем-то вроде мечты. 

Мечтать долго неинтересно, да и мне нравится в принципе делать что-то такое, что поначалу сложно даже представить. Хотел подготовиться, почитать, а потом понял: зачем портить новизну отличного приключения подготовкой? Это как читать рецензию на фильм перед просмотром. Поэтому накануне вечером я просто собрал вещи и наутро уехал. Подготовкой, конечно, можно было избежать ряда проблем и неплохо сэкономить, но зачем? Обратных билетов тоже принципиально не покупал – чёткая дата возвращения всегда немного портит путешествие, ты только и думаешь: «Всего семь дней осталось, как с этим жить?»

– Наверняка таких же «безумцев» в пути встретилось немало.

– По тропе довольно много народу ходит из разных стран, и среди них попадаются очень интересные и необычные персонажи, люди во всех планах взрослые. У них интересные профессии, занятия, жизненный опыт, их просто слушать любопытно. В обычном отеле или на улице ведь сложно подойти к незнакомцу и сказать: «Ты мне таким интересным показался, давай поговорим о чём-нибудь». А здесь можно догнать любого, кинуть дежурное «Hello! Where are you from?» и начать долгий интересный разговор. Все к этому готовы. Безусловно, интересно идти одному, созерцать и думать о своём. Но и прерваться на час-другой для общения тоже интересно.

– Путь Сантьяго – это путь пилигримов?

– У него есть несколько вариаций, это основной и, кажется, самый длинный. Есть другие вариации – со стартом из Германии, Португалии, середины Испании. Я шёл по северу страны. Это всё пути пилигримов. Я начал в небольшой французской деревне в предгорье Пиренеев и, перейдя Пиренеи, медленно спустился уже в Испанию. А дальше было всякое: несколько регионов Испании – бесконечные пшеничные и маковые поля, горы Кантабрии, туманная Галисия и тому подобное.

– А как вы понимали, что это именна нужная вам тропа, тот самый путь Сантьяго?

– Тропа маркированная, иногда есть несколько вариантов прохождения. Я сворачивал порой наобум, примерно глядя по карте – не хотелось идти полностью проторенной дорогой. Да и тропа меняется со временем: видно, что когда-то здесь был старый указатель, теперь стоит новый, порой противоречащий старому. Некоторые паломники стоят и ждут, пока пройдёт тот, кто примет решение, неправильное, но решение. Периодически я осознанно шёл не туда, потому что мне это было интересно, или возвращался на старый путь, зайдя с другой точки. И я видел, как за мной начинали человек десять собираться, вставал на перерыв и слышал: «Дружище, куда дальше идём?» – «Ребята, я не в курсе!» И так по всей дороге.

Идёшь практически как робот, идеально и быстро

900 километров нетуристической Испании – это поля, равнины, горы и плоскогорья…

– Понятно, что для такой дороги должна быть приготовлена очень хорошая обувь.

-– Я перед отъездом купил дорогие кроссовки, успел сходить в них в Большие Коты, приобрёл за день довольно заметные мозоли, поэтому за день до отъезда пришлось купить ещё одни ботинки. Но в Испании я начал страдать уже день на третий. Оптимально проходить за день километров по 30, но в первые дни хотелось геройства, и я вдарил по 40–45. Вначале километраж не чувствовался, но потом я его ощутил – уже через неделю мозоли были на всех пальцах и стопах почти сплошняком, и это было больно. В Испании я купил трекинговые ботинки, но было непонятно, подходят они или нет – ноги так распухли, что с трудом в них помещались. Хотя в этом тоже был смысл и некое восхищение и удовольствие -– наблюдать, как быстро тело восстанавливается от травм, если ты проявляешь хотя бы минимальную заботу о нём. Я довольно долго могу боль переносить – героических соображений по этому поводу нет, просто иду и терплю. Но рано или поздно наступает момент, когда это начинает реально мешать. На пути был участок, когда боль меня всё-таки победила, и я заставил себя отдохнуть один день, причём провёл его не в приюте для паломников, как обычно, а в недорогой, но всё же гостинице. И на следующий день почувствовал себя практически перерождённым – тело от всей души благодарило, что я о нём наконец вспомнил. Это был интересный опыт: большую часть жизни я боролся с телом, не воспринимая его как нечто продолжающее меня и честно относящееся ко мне – скорее оно просто мешало мне жить.

– Вы писали, что родилась целая система, как правильно и неэнергозатратно идти в своё удовольствие. 

– Появилось чёткое ощущение, когда нужно останавливаться, сколько и как идти, как делать перерывы. А где-то через пару недель ходьбы придумался и некий «метод» ходьбы. До этого как шёл? Выходил из города, чертыхаясь по поводу мозолей, гребя трекинговыми палками почти как на лыжах. Фоном мысль: «Чёрт побери! И вот так ещё 25–30 километров?» Потом немного ускорялся, если везло найти по пути интересного собеседника – отвлекался, это сдвигает фокус.

Конечно, видами всё равно наслаждаешься, но через боль, которая только усиливается при сложных подъёмах, а больше даже на спусках, когда обувь начинает сильно давить на основания пальцев. Однажды совершенно случайно заметил, что можно делать иначе – в горку забегать практически на пределе возможностей, параллельно фокусируясь на трёх вещах. Первая – идеальный шаг: несмотря на скорость, нужно стараться ступать максимально эффективно, чтобы это даже выглядело идеально, красиво. Параллельно выбираешь идеальную траекторию – чтобы не наступить лишний раз даже на самый мелкий камень и не потерять нигде скорость, порой для этого прыгаешь, лавируешь как-то. Вторая – следить за стабильностью и лёгкостью дыхания, варьируя в зависимости от него скорость. Третья – либо выбрать впереди себя далёкую точку, сфокусировав на ней максимум внимания и мыслей, либо очень внимательно вслушиваться в музыку (с собой был плейер). Тогда довольно быстро приходит что-то вроде трансового состояния – идёшь практически как робот, идеально, быстро, обгоняя практически всех. А через полчаса транс переходит в медитацию – начинаешь очень ярко замечать всё, что происходит и вокруг, и с тобой: мельчайшие детали пейзажа, изменения погоды, сигналы своего тела. Огромный плюс такого подъёма также в том, что, когда он заканчивается – а этого даже не всегда хочется, – это очень ресурсное и интересное состояние, но когда всё-таки выходишь на равнину, то чувствуешь себя буквально окрылённым. Тогда идти можно вообще без усилий, почти автоматически.

Со спуском получилась примерно такая же штука – однажды я просто попробовал сбежать со спуска. Это, конечно, довольно неудобно с 12-килограммовым рюкзаком за спиной, но заставило задуматься о самом принципе такого бега. При нём ты невольно «падаешь» вперёд (привет силе тяжести), а действиями тела пытаешься это падение предотвратить. По-дурацки звучит, да?

– Да. И не вполне понятно.

– На самом деле очень просто: немного наклоняясь вперёд, группируешься и «падаешь», прыгая с камня на камень, позволяя силе тяжести сделать всё остальное. При этом, как и на подъёме, внимательно смотришь под ноги, выбирая для своего спринта идеальную траекторию. Попутно из-за очень активных движений практически исчезают любые болевые ощущения.

Пара дней использования этой техники с подъёмами и спусками – и вся ходьба из напряжения превратилась в полнейшее удовольствие. Это помимо того, что то же самое расстояние я стал проходить почти в два раза быстрее, что оставляло по приходе в интересующую точку маршрута гораздо больше времени на ознакомление с городом, а в конце даже позволило выкроить несколько свободных дней, чтобы встретиться с сестрой в Мадриде уже после завершения похода.

Зачем ускорять наслаждение, если его можно медленно и вдумчиво смаковать?

Наш герой убеждён: чтобы узнать страну, путешествовать нужно ногами

– 32 дня наедине с собой… Многие люди отчаянно избегают одиночества в любой его форме.

– Для меня в этом слове нет отрицательных оттенков – мыслей, вопросов, и даже непрочитанных книг более чем достаточно и для более длинного похода. Скорее даже на­оборот – в городе порой одиночества не хватает, слишком много связей, обязанностей, ожиданий, людей. Касательно общения – по дороге и в приютах довольно много весьма общительных людей. Да и сами испанцы тоже очень открытые. Маршрут в основном был через небольшие деревни и города – им там, наверное, скучновато вариться в собственном соку, и они всегда стремятся к общению с новыми людьми.

– Типичный женский вопрос: неужели совсем не страшно было в чужой стране, без знакомых? Где тебя застанет ночь, тоже не всегда понятно.

– Нет, причём это даже не вопрос смелости, храбрости или силы воли – мне вообще не нравятся подобные категории в применении к своим мечтам. Они обычно используются для преодоления в достижении чего-то, что на самом деле тебе не особо и нужно. А мечта – это когда мыслей о плохом в принципе не возникает. У меня была некая мечта, и в голове просто не моделировались «плохие» ситуации – всё могло пойти только хорошо. И шло именно так. Рабочие вопросы и непонятности – да, возникали, например, как за день доехать из Барселоны до маленькой французской деревни у чёрта на куличках (а это поезд, автобус и такси, чётко подогнанные по времени). Я видел, что куча народа напрягалась – успеем или нет? Не знаю, как это у меня получалось, но я просто вовремя в нужное место приходил (ещё до начала похода я перестал пользоваться внутригородским транспортом) и вовремя из него уходил. Само собой всё происходило.

– Каждая поездка обычно что-то даёт. Отдыха в привычном смысле этого слова у вас не было. Чем наполнил вас путь Сантьяго? Может, изменилось мировоззрение или что-то ещё?

– Из ощутимых перемен – решил кардинально сменить профессию. Не менее важное – ощущение тела в целом изменилось, возникло иное его понимание. Долгое время я практиковал диеты, занимался в тренажёрном зале, потому что когда-то весил 100 килограммов. И большую часть жизни было стойкое ощущение, что тело мне мешает, ограничивает да и физически не полностью нравится и не даёт получать удовольствие от жизни. В путешествии родилось классное ощущение, когда идёшь и понимаешь, что тело – это инструмент, которым ты манипулируешь с помощью сознания. И оно идеально двигается, отвечает тебе. Можно пройти 25 километров и остановиться не потому, что тело устало, а чтобы насладиться путешествием и видами вокруг, посмаковать места. И это всё очень слаженная система, которую ты контролируешь. 

Немного изменились понятия красоты. В дороге я видел много людей в возрасте, но достаточно бодрых. Смотрел на них и понимал, что помимо социально навязанной красоты есть красота естественная, что ли. Красота пожившего тела, содержащая любовь к себе. И это отнюдь не та любовь, про которую пишут в книжках по позитивной психологии. Это словно искренняя улыбка самому себе изнутри – счастье быть, счастье иметь возможность ощущать, двигаться. В пути ещё родилось удивительное ощущение того, что жизнь на самом деле вечная. Большую часть жизни я прожил прагматично, был далёк от эзотерики, было даже агрессивное сопротивление всем этим вещам. А в Испании, на пути Сантьяго, на уровне внутренних ощущений родилась уверенность в том, что это не единственная моя жизнь. И что даже смерть – всего лишь этап, а не что-то, на чём всё заканчивается. Скорее просто короткая пауза – и начинает играть новый трек с твоего бесконечного альбома.

– Возникло ли желание повторить этот же путь или пройти другой, похожий?

– Да! Несколько разных вариантов родилось, и один точно будет реализован в следующем году. Например, нашёл классный 15-дневный маршрут на Корсике по горам, правда, почти без социальной составляющей, но интересный в плане природных достопримечательностей. И путешествовать я теперь буду только ногами, у меня была мечта на машине проехать по Европе, но теперь я понимаю, что это всё не то. Зачем ускорять наслаждение, если можно его медленно и вдумчиво смаковать?

«Это лучший способ отдыхать. Альтернативная реальность. Мечта проехать по Европе на машине погибла, не успев реализоваться – собственно, я разлюбил ездить ещё дома, а тут просто понял, что узнавать страны и города на машине это всё равно что в скафандре ходить по цветочному полю. Безусловно, всё видишь, но самые мелкие и самые важные детали – ощущения, запахи, звуки – проходят мимо тебя. Также мимо проходят и самые интересные участки маршрута – просто потому, что возле них никто не проложил дорогу. Вся настоящая жизнь проходит мимо».

«Появляющийся буквально из-под ног на горизонте очередной город или деревня, входишь в который мягко и постепенно, как в реку, – это не сравнимо ни с чем. Особенно когда идёшь через такое количество совершенно фантастической природы, меняющейся быстрее, чем она успевает надоесть. Всего 32 дня – а ты успеваешь пройти целую страну по одной её оконечности, почти десяток разных областей. А где-то в фоне не даёт покоя мысль – ладно, если так можно сделать с одной страной, почему бы не пройти две или пять?»

«Большая часть маршрута пролегает через уйму небольших городков и деревень, после которых в Иркутске жить довольно сложно. В некоторых нет и пары десятков тысяч жителей, но при этом откуда-то берутся отличные дороги, вся необходимая инфраструктура, ухоженные памятники архитектуры, при этом сами они находятся в далеко не самых географически выгодных местах, к каким-то надо подниматься по нескольку часов по нехилым горным серпантинам… Раньше я относился к этому немного спокойнее – все поездки были в города большие и столичные, с которыми Иркутск сравнивать было как-то неловко, а теперь увидел, что может представлять собой город на 5000 человек при должной их сознательности. Эх, ладно…:)»

«Множество интересных знакомств и, в параллели, выводов о социальной составляющей жизни как таковой. Всё-таки хорошее знание английского рулит, а каждый дополнительный час общения делает его ещё лучше. Благо интересных собеседников хоть отбавляй – от профессоров философии до химиков, хиппи, растаманов, девушки, фанатеющей по экскаваторам и тракторам, и хозяев виноградников во Франции».

«Совершенно эпичная по масштабам и красоте природа периодически заставляла ощущать себя даже не песчинкой, а неким атомом в общей системе. Причём кажущиеся препятствия вроде нескольких дней проливного дождя и ветра не расстраивали, а, наоборот, как-то по особому радовали – именно в такую погоду получить качественный транс и слиться с природой гораздо легче, чем, например, в идеальную жару».

«Ну и – крутость ощущения того, что не доехал или долетел, а дошёл ногами до мечты – маяка в Фистерре – не передать никак:) Спустился, присел на камне и провалился в абсолютное счастье. И хотя испанцам соврали, что это Конец Света (Finis Terrae), но оно в самом деле так смотрелось – совершенно пустой туманный горизонт, яркое солнце, волны… Ммм:)»

«И в конце, да и на самом маршруте, невероятно сильно теряешь и заново обретаешь свою значимость. Начиная с того, что, в отличие от цивилизованного отдыха, ты совершенно ничего не ожидаешь,  и поэтому каждой мелочи, которых в невероятном избытке, радуешься, как чему-то прекрасному; и заканчивая тем, что, когда сравниваешь масштаб своей личности с другими встретившимися по пути людьми, их достижениями, проблемами и т.п., понимаешь, что у тебя нет вообще ни одного повода для печали, зато впереди – целая жизнь и уйма возможностей».

Из «Живого журнала» Василия Лейтмана

Читайте также

Подпишитесь на свежие новости

Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Важное
Adblock
detector