издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Путешествие дипломата

Министр – советник по политическим вопросам посольства США в Москве Говард Соломон ответил на вопросы «Конкурента»

  • Записала:  Алёна Махнёва

Недавно в Иркутске с двухдневным визитом побывал министр – советник по политическим вопросам посольства США в Москве Говард Соломон. Дипломат много ездит по России, чтобы, как он говорит, «почувствовать пульс каждого региона». Несмотря на политическую прохладу в отношениях между странами в настоящее время, американцы и россияне продолжают общаться и сотрудничать. Причём общего у жителей двух государств больше, чем различного, считает господин Соломон. В интервью нашему изданию он поделился своими наблюдениями и рассказал, как возник его интерес к России.

– С чем связан ваш приезд в Иркутск?

– Мы в посольстве, как дипломаты любого государства, стараемся понять страну, в которой живём и работаем. Поэтому я имел возможность путешествовать по всей России, побывал в разных регионах и городах, в том числе в Ярославле, Костроме, Владивостоке, Екатеринбурге, Санкт-Петербурге и многих других. 

Как бывший филолог – прежде чем стать дипломатом, я был профессором русской литературы, защитил свою диссертацию о Булгакове и «Мастере и Маргарите» – всегда мечтал побывать в Сибири и Иркутске, много читал о декабристах, озере Байкал и прекрасной природе. Наконец мечта сбылась. 

Думаю, между регионом и Америкой ещё с XVIII века, когда Шелихов основал Российско-Американскую компанию, существуют некие почти мистические связи. 

– Как возник ваш интерес к русскому языку и литературе?

– Это давняя история. Моя бабушка родилась и жила в Белоруссии, до революции это была губерния Российской Империи. Эмигрировала в Америку и много рассказывала о своей жизни. Мне захотелось больше узнать об истории семьи и о стране, поэтому я стал заниматься историей и политикой тогда ещё Советского Союза. И наконец получил возможность поехать сюда. Первый раз я побывал в СССР в 1983 году. Когда вернулся, осталось ощущение, что я только прикоснулся к поверхности, но ничего не понял. Возникло желание узнать больше, поэтому стал изучать язык, читать русскую литературу. И чем больше я читал, тем больше интересовался русской жизнью, философией, историей. В конце концов это закончилось степенью доктора филологии Канзасского университета. Стажировка в ЛГУ и работа в московских архивах в рамках диссертации окончательно сформировали мой интерес к России. 

Когда я стал дипломатом, в лучших традициях Госдепа меня, экс-перта по России, послали в Южную Корею. Я убедил руководство отправить меня именно в ту страну, язык которой знаю. Здесь я уже больше четырёх лет.

– С 1983 года произошло много изменений в жизни страны. Изменились ли, по вашим наблюдениям, люди?

– Мне кажется, люди очень сильно изменились, и я бы сказал, к лучшему. То было политически и экономически тяжёлое время, особенно последние годы СССР. Знаю, что некоторые испытывают ностальгию по тому времени. Помню дефицит, очереди, в которых люди стояли часами, чтобы попасть в магазины с пустыми полками. Россияне тогда мало знали об остальном мире, о жизни за границей, многие боялись даже пообщаться с иностранцем, тем более с американцем. 

Сейчас ситуация совершенно иная. Во-первых, уровень жизни и комфорта гораздо выше, в магазинах можно найти что угодно, есть торговые центры, рестораны и кафе. Есть возможность поехать за границу и увидеть своими глазами, как живут другие люди. К тому же есть Интернет, можно свободно читать, общаться, узнавать о других культурах. И это хорошо.

Что плохо, за последний год я вижу некоторый откат к прошлому. Не хочу сказать, что мы возвращаемся в Советский Союз, но я вижу некоторые тенденции в мышлении отдельных людей, впрочем, далеко не всех, которые напоминают о нём.

– Что вы успели увидеть в Иркутске?

– Собираемся посмотреть Байкал, причём поедем по дороге, которую построили к несостоявшемуся визиту Дуайта Эйзенхауэра. Побывали в великолепном историческом музее «Тальцы», имели возможность немного осмотреть достопримечательности Иркутска. У вас просто шикарные деревянные дома. Я бывал в разных городах, но стиль наличников, резьбы в Иркутске совершенно уникален, очень красиво. Я фотограф-любитель, всюду, где бываю, беру с собой камеру – здесь снял уже много фотографий.

– На что вы обращаете внимание в таких поездках, кроме архитектуры?

– В ознакомительных поездках нам важно понимать, что происходит в регионе, какие люди живут, в каких условиях, поскольку вопреки напряжённости в отношениях наших стран американские компании всё ещё присутствуют в России, эмбарго нет. Они обращаются к нам за информацией, желая узнать, каков инвестиционный климат в том или ином регионе, как администрация и местные жители относятся к иностранцам и зарубежному бизнесу. Вот почему мы стараемся почувствовать пульс региона, увидеть происходящее своими глазами. Мы также считаем такие встречи возможностью обменяться опытом, поделиться взглядами напрямую, без фильтров СМИ. В сегодняшней непростой ситуации мы понимаем, что люди видят Америку в основном глазами телевизора. Очень важно иметь возможность пообщаться напрямую. Может быть, мы будем спорить, наши мнения  разойдутся, зато это возможность задать вопросы и поделиться взглядами. Такое взаимопонимание укрепит наши отношения, фундаментом для них может быть контакт между людьми. Политика меняется год от года, иногда ситуация благоприятна,  иногда не очень, случаются кризисы, но прочные связи между американцами и россиянами сохраняются. Наши граждане приезжают сюда, россияне – в Америку, общаются. Важно действовать дальновидно, думать о будущем, ориентируясь не только на данный момент, хотя решать текущие проблемы тоже нужно. 

– Каким вы увидели инвестиционный климат Иркутской области? Какой бизнес может быть заинтересован в сотрудничестве с нашим регионом?

– К сожалению, сейчас контактов между местными и американскими компаниями мало. Знаю, что компании GE предоставляют услуги в сфере энергетики, медицинского оборудования, раньше были прочные связи в сфере телекоммуникаций. На бытовом уровне вижу американские марки в торговле, сетевые рестораны. И это хорошо, есть потенциал для сотрудничества. 

Кроме того, у нас давняя дружба по вопросам экологии,  много интересных обменных программ, специалисты Лесной службы США работают с местными экологами. 

Несмотря на то что Иркутск – город среднего размера с населением около 600 тысяч человек, здесь достаточно бурная экономическая жизнь. На мой взгляд, это представляет большой интерес для тех, кто изучает регион для развития бизнеса. И, конечно, богатства природы – лес, нефть, газ, ресурсы Байкала – тоже интересны. 

Однако наше государство не решает, куда бизнесу вкладывать деньги. Мы не даём советы компаниям, но можем предоставить информацию или помочь решить какой-то вопрос. 

В Иркутске мы встретились с представителями региональной власти – главой бюджетного комитета Заксобрания и помощником губернатора, а также с представителями мэрии, которые занимаются развитием туризма и бизнеса в городе, представителями Думы. Сегодня продолжаем наше общение с журналистами и экспертами в разных сферах. Кажется, начинаем чувствовать дух региона. По крайней мере, я знаю, что у нас останется хорошее впечатление.

– Число американцев, которые работают в России, снижается?

– Есть американские компании и люди, которые давно уже работают здесь, они никуда не уезжают. Есть те, кто приезжает на короткий срок в качестве студентов, участников обменных программ, туристов. У меня нет конкретных данных, но есть ощущение, что сейчас этих категорий приезжает немного меньше. Может быть, это связано с обострением международной ситуации. Посмотрим, что будет летом, когда традиционно прибывает больше туристов. 

– А как меняется количество русско-американских браков?

– Думаю, оно остаётся прежним. Люди встречают любовь в разных местах, в том числе в России и в Америке. 

– Часто ли россиянки получают отказ в визе невесты?

– Процент отказов очень мал в сравнении с другими странами. В прошлом году у нас был рекорд выдачи виз, мы продлили срок, теперь она выдаётся на три года. Большинство россиян, которые хотят по-ехать в Америку, получают визу, это довольно просто, оформить документы можно даже по почте. 

– Предупреждает ли посольство американцев о каких-то культурных особенностях нашей страны?

– Информируем о том, что можно посмотреть, чем заняться, можно или нельзя пить воду – как и о любой другой стране. Я столько лет уже работаю в России, и с россиянами, мне кажется, мы во многом схожи. Например, наша история освоения Запада и развитие Сибири, отношения с коренными народами. Башня Илимского острога в «Тальцах» напомнила мне о наших деревянных крепостях. Открытость к общению, взгляды на мир, несмотря на разногласия в политике, у нас очень похожи.

– Тем не менее у любой страны есть свои особенности. Что вас как американца больше всего удивляет в России?

– Россия удивляет меня новыми открытиями. Приехав сюда, я открыл для себя вкус омуля и его замечательное сочетание с местным пивом. Конечно, есть разные традиции –например, россияне очень любят пить чай, хотя нельзя сказать, что американцы чай совсем не пьют. Америка – страна иммигрантов – объединила множество разных национальностей и традиций, в том числе отсюда. Сотни тысяч русскоязычных выходцев из всех стран бывшего Советского Союза живут в Силиконовой долине, Нью-Йорке и других территориях США. В любом штате я слышу русский язык, например, когда приезжаю к родителям во Флориду. 

– Каковы ваши дальнейшие планы? 

– У меня осталось около семи месяцев в нынешней должности. До того, как уеду из России, хочу увидеть ещё многое. Иркутск – лишь второй город в Сибири после Новосибирска, который я успел посмотреть. Может быть, удастся увидеть ещё какой-нибудь. Надо решить, куда ехать дальше.

Читайте также

Подпишитесь на свежие новости

Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер