издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Сергей Ерощенко: Понимаю, что должен ответить за свои обещания

Традиционную пресс-конференцию, подводящую итоги года, провёл на прошлой неделе губернатор Иркутской области Сергей Ерощенко. Как обычно, на неё приехали журналисты из самых разных территорий Приангарья, чтобы задать главе региона вопросы о наболевшем. И в течение часа журналисты и губернатор успели провести своеобразную ревизию болевых точек на карте Приангарья.

Алексей Бакланов, ИГТРК:

– Предлагаю начать с актуального. Биржевой курс рубля скачет, в экономике кризисные явления. Как в такой ситуации чувствует себя Иркутская область, на сколько хватит у нас запаса прочности?

– Когда я пришёл на эту должность, вот тогда действительно была кризисная ситуация для Иркутской области. У нас были такие показатели, которые меня лично просто «убивали». Средняя зарплата учителей – 11 тысяч, врачей – 13 тысяч, огромные очереди в детские сады, камнем на шее висели социальные долгострои. Причём качество объектов было отвратительное, а стоимость превышала все разумные пределы. Заметьте, такой отрицательный баланс мы имели всего три года назад.

Теперь берём сегодняшнюю ситуацию. С нынешним бюджетом, который незначительно отличается от прошлогоднего, соцобъектов мы строим больше в 17 раз. Отчасти благодаря тому, что активно используем схему с выкупом, за которую меня пытаются критиковать. Мы в кои-то веки стали строить квартиры детям-сиротам, занялись ветхим жильём. Буквально вчера я отчитывался по сложной теме ликвидации ветхого жилья перед полномочным представителем президента в СФО. Много инсинуаций, разговоров об этом. Конечно, сдать всё, что мы должны, за один год невозможно, потому что строительная индустрия в Иркутске практически уничтожена. Однако первые 100 тысяч квадратов мы сдали, будем работать дальше. До 2017 года из бюджетов всех уровней будет направлено 17,7 млрд рублей для ликвидации 517,1 тыс. квадратных метров аварийного жилого фонда области. 

Теперь возьмём и сравним основные экономические показатели трёхлетней давности с тем, что мы имеем сегодня.  Валовый региональный продукт три года назад составлял 640 млрд рублей, а сегодня – 831 млрд. Объём поступлений из федерального бюджета вырос с 4 до 7 млрд рублей. Мы участвуем в 20 федеральных программах из 20 возможных для участия субъектов. Рост инвестиций составляет почти 105%  к показателям про­шлого года. Откуда это берётся? Мы поддерживаем предприятия, предоставляя им преференции. Но льготы они получают не просто так, в итоге увеличивая отчисления  и в бюджет Иркутской области, и  в бюджет федерации. Примечательно, что у нас много оппонентов, и мне это очень нравится, честно говоря. На каждое наше достижение идёт целая волна проверок, отчётов и так далее. Это нормальное движение, заинтересованный диалог, так и должно быть. 

Закономерно, что на сегодня Иркутская область стала достойным партнёром федерального правительства. Я думаю, это заметно жителям Иркутской области. Движение начинается даже в таких отдалённых городах, как Бодайбо и Усть-Кут. Мы заканчиваем строительство ЛЭП, которая приведёт электричество из Якутии в Бодайбо, занимаемся развитием газогенерации в Усть-Куте. 

Елена Трифонова, «Восточно-Сибирская правда»:

– В связи с кризисом актуальной становится тема обеспечения экономической и продовольственной безопасности региона. Будут ли оказаны дополнительные меры поддержки сельскому хозяйству?

– Сегодня к сельскому хозяйству подход точно такой же, как к экономике в целом: правительство предоставляет преференции и одно­временно обеспечивает жёсткий контроль за реализацией проектов. Общий объём инвестиций в сельское хозяйство региона до 2016 года составит более 10 млрд рублей, в том числе из средств областного бюджета – более 3 млрд. Результаты есть, и это очень важно.

Появляется новая техника, новые технологии даже в фермерском хозяйстве. Мы участвуем почти во всех федеральных программах, получаем неплохие результаты. В принципе, мы готовы идти на большие вложения в сельское хозяйство. Сегодня понятно, что ставку нужно делать на реализацию крупных проектов в Иркутской области, мы к этому готовы.  

Государственные социальные учреждения – садики, школы и больницы – должны в первую очередь стать заказчиками и потребителями местной продукции. Я поддерживаю мэров, которые этому способствуют. Меня могут критиковать антимонопольные службы, тем не менее я убеждён, что это правильная позиция. Ребятишки должны питаться продукцией с понятной историей происхождения.

Ещё одна важная задача – обеспечить сельское хозяйство социальной инфраструктурой. Мы же не случайно сейчас садики строим на селе. Только так может появиться комфортная среда обитания для людей. Все эти меры направлены на то, чтобы сельское хозяйство в Иркутской области активно развивалось.  

Яна Романова, АС Байкал ТВ:

– Иркутян интересует судьба Ледового дворца, о котором говорим годами. Будет ли он всё-таки достроен, и если будет, то когда? 

– Ледовый дворец, к сожалению, не единственный объект, о котором у нас говорят годами. Взять тот же БЦБК, ведь его «закрывали» 40 лет, буквально с момента открытия. Люди политическую карьеру делали на этой теме. Но самую тяжёлую часть ноши мы взяли на себя, закрыли комбинат. Сейчас занимаемся созданием новой теплогенерации, программой утилизации накопленных отходов. Байкальский тракт, международный аэропорт – всё это наши «вечные темы». К счастью, их всё-таки становится меньше. Недавно онкологический центр, СПИД-центр  покинули этот список. 

Ещё осенью могли начаться работы по расширению Байкальского тракта до 18 километра и строительству там новых развязок. Конкурс на исполнение работ выиграла Дорожная служба Иркутской области, но кому-то это не понравилось, и появилось обращение в антимонопольную службу. В итоге процесс замедлился, и есть риск потерять федеральное финансирование, полученное с таким трудом. Но мы уверены, что конкурс прошёл без нарушений, и надеемся, что его результаты останутся неизменными. 

Что касается Ледового дворца, то когда вы меня спрашивали о нём первый год, там не было даже проекта, не было проведено обследования конструкций. Сейчас всё это есть, есть даже обследование фундамента. Поэтому Ледовый дворец мы достроим. Думаю, нам хватит на это полгода. Кроме того, ни копейки бюджетных средств на него потрачено не будет. Мы найдём компанию, которая умеет это делать и умеет эксплуатировать такие объекты. 

Галина Тюрнева, АИСТ:

– Наша область демонстрирует хорошие показатели по строительству школ и детских садов. Каковы планы на 2015 год, не помешает ли кризис их реализации?

– Вчера на совещании у полпреда прозвучала фраза, которую уместно будет процитировать, отвечая на ваш вопрос: «Мы обречены на исполнение указов президента». С этим не поспоришь, поэтому программу по садикам, которую мы ­обещали выполнить в 2015 году, мы выполним. Опять же, когда три года назад мы вступали в неё, очередь составляла 18 тысяч, а потом она выросла почти до 30 тысяч. Тем не менее мы не отказываемся от своих обязательств, чётко придерживаясь плана. В этом году сдаём 35 детских садов. 

На модернизацию региональной системы дошкольного образования в 2014 году выделено 899,2 млн рублей из федерального бюджета. Из областного бюджета – 498,9 млн рублей. Из них около 300 млн направлено на софинансирование строительства детских садов в Иркутске.

При этом некоторое время назад  я вынужден был очень жёстко разговаривать с мэрами. Представьте себе, за 8 месяцев работы с их стороны  был выделен только один участок земли под строительство детского сада в Куйтунском районе. А теперь вот  стал известен вопиющий  случай в Иркутске. За бюджетные деньги в центре города ремонтировался детский сад, который после этого был продан за бесценок,  и там открылся  ресторан. Для меня было большим удивлением узнать такое. Тем не менее это факт, который произошёл у всех на глазах. 

К сожалению, муниципалитеты часто тормозят работу. Недавно мы были в Бодайбо, и мэр жаловался мне, что у них строители не могут строить жильё за 33 тысячи рублей, потому что там температуры более низкие и вообще север. А у нас тут зато сейсмичность другая и коммуникации дорогие, но мы ведь научились строить по этой цене. Мне тоже сначала говорили, что это очень дёшево и никто не согласится.

Зато теперь строители в очередь стоят за такими заказами, и мы уже знаем, как застройщики проявили  себя на деле. Те люди, которые нарушают государственные контракты, никогда не будут партнёрами для правительства области даже на уровне муниципалитетов. Могу точно сказать: по социальным стройкам мы темпы не снизим. Выполнив свои обязательства по садикам, мы начнём строительство школ. Мы должны строить больницы, потому что терпеть такую ситуацию, как в Ново-Ленино, больше невозможно. 

Кстати, планируется активно использовать такой механизм, как социальное партнёрство. Например, в Бодайбо у нас нет возможности построить школу за счёт бюджетных средств, зато у нас есть соглашение о социально-экономическом сотрудничестве с местными золотодобывающими компаниями. Они вкладывают значительные инвестиции в производство. Например, в следующем году в районе планируют добыть 23 тонны золота. И когда мы обращаемся к золотопромышленникам за помощью, они нам не отказывают. С их помощью мы будем строить школу и восстанавливать Бодайбинский аэропорт уже в будущем году.  Также идут переговоры с «Транснефтью» о восстановлении Киренского аэропорта. 

Анна Кулакова, ТК «Усолье»: 

– Вокруг Усолья и Ангарска горят торфяники. Иногда из-за дыма практически ничего не видно. Растёт заболеваемость бронхиальной астмой, люди серьёзно страдают. Вопрос встаёт не первый год,  однако ничего не меняется. Правительство намерено принимать какие-то более действенные меры? Второй вопрос также касается экологии. Ещё в феврале была создана рабочая группа, которая должна была заняться безопасной ликвидацией отходов деятельности наших предприятий. Был разработан пошаговый план мероприятий, но по факту план этот не выполнен, Усолье живёт на пороховой экологической бочке. Почему за десять месяцев обещания так и не стали реальностью? 

– Мы два года потратили на борьбу, чтобы Усольский комбинат окончательно не распилили. Там не только торфяники осушены и горят. Там даже ртутное озеро осушалось и была предпринята попытка использовать шлак в качестве строительного материала. Вот эта деятельность остановлена правительством. Мы имеем план действий, но его реализация всегда происходит в борьбе. 

Я понимаю, что должен ответить за каждое своё обещание. Поверьте, мы всё выполним. 

Министр природных ресурсов Олег Кравчук пояснил, что в этом году получено положительное заключение государственной экологической экспертизы на проект демеркуризации производственной площадки «Усольехимпрома». Теперь проект должен пройти Главгосэкс­пертизу, предполагается, что заключение будет получено в следующем году. Мероприятия по очистке площадки от ртути оцениваются в 1,76 млрд рублей. Софинансирование региона в рамках федеральной целевой программы «Охрана озера  Байкал и социально-экономическое развитие Байкальской природной территории» составит 33%. 

Уже есть договорённость о переносе на усольскую площадку одного из иркутских производств, разрабатывается проект по созданию импортозамещающих производств. В настоящее время  на территории размещены ОАО «Кристалл», ООО «Производство полиметаллического калия», ФГКУ «Комбинат «Прибайкалье». Правительство региона прорабатывает комплекс организационных мер для их поддержки. В частности, возможна помощь в обеспечении тепло- и водоснабжением, согласовании разрешительной документации, компенсации процентной ставки по кредитам и лизинговым платежам, а также рассматривается потенциал взаимодействия с корпорацией  развития Иркутской области.

Ещё в начале  года правительство и акционеры усольской промплощадки подписали  инвестиционное соглашение, в рамках которого выразили  намерение сохранить часть действующих производств и создать  новые. Что касается торфяников, то они горят повсеместно из-за резкого падения уровня Ангары. Сейчас разрабатывается программа действий, к весне появится алгоритм решения проблемы. 

Евгения Шильникова, ТК «АКТИС», Ангарск: 

– У нас наблюдается большой отток молодых специалистов. Одна из причин – нехватка жилья. Строится много, но дорого, молодёжь зачастую не может себе позволить приобрести квартиру. Нельзя ли как-то повлиять на этот процесс?

– Я уже отметил, что работа очень часто тормозится на уровне муниципальной власти. Но иногда и, наоборот, что-то начинает двигаться именно благодаря активному мэру. Мне отрадно отметить, что мэр Ангарска одним из первых выразил желание участвовать в новой федеральной программе по строительству жилья эконом-класса. Поддержка федерации, региона и муниципалитета позволяет строить и реализовывать жильё по стоимости 30 тысяч за квадратный метр. В Ангарске первые 27 тысяч квадратных метров будут заложены в следующем году. 

 Валентина Кайнова, «Бирюсинская новь», Тайшет: 

– Я задаю этот вопрос уже три года подряд. Почему Тайшетская администрация не может получить документы на строительство спортивного комплекса? Создаётся такое впечатление, что в правительстве введены какие-то спортивные санкции против Тайшета.

– Ну, за санкции кое-кто и пострадать может. Это шутка, конечно. Но на самом деле у нас на 400 млн рублей муниципалитеты наделали проектно-сметной документации, которую зачастую теперь приходится просто отправлять в утиль. Почему так происходит? Недавно мы были в посёлке Мамакан Бодайбинского района. Там планировали делать школу на краю посёлка, буквально прилепив её к скале, а в центре посёлка – спортивный комплекс. Почему выбрали такой неудобный и дорогой проект школы, непонятно. Министр строительства вовремя разобралась в ситуации, предложила строить школу с двумя спортивными залами, стадионом, которые полностью покроют потребность посёлка в спортивных объектах. Автоматически отпадает необходимость строительства ФОКа, бюджет экономит деньги. В итоге «спортивный» бюджет мы уменьшаем, а спортивных объектов строим больше. Вот это называется эффективная работа с бюджетом.   

Что касается Тайшета, я до него может быть, просто не доехал ещё. На первый взгляд просматриваются два варианта: либо мэр не проявляет достаточной активности, на­деясь, что вы тут за него решите все вопросы, либо проект плохой. Мэры, которые проявляют активность, находят у нас поддержку. 

Недавно я был у родителей и заехал по дороге в банкомат. Подходит ко мне полицейский. Когда он удостоверился, что это действительно я, внёс своё рационализаторское предложение, как это часто у нас бывает. «Вот вы не проводите БЭФ, закройте теперь и Сур-Харбан», – говорит. Я удивился, не понял даже, в чём тут дело. «На это тратятся бюджетные деньги, – говорит парень. – Лучше постройте спортивный зал». Только мы к каждому Сур-Харбану строим спортивный комплекс или что-то ещё, и людей этот праздник объединяет, это древняя традиция, которая появилась задолго до того, как Иркутская область сформировалась как административная единица. 

Так, может, вашему мэру не ждать сложа руки, а придумать свой спортивный праздник, к которому мы обязательно построим ФОК? Я же обращаюсь к президенту с инициативой создания в регионе центра  подготовки к Олимпиаде в Корее и доказываю, что средства, вложенные в Приангарье, окупятся с лихвой. Есть такая пословица: под лежачий камень и вода не течёт.  

А ведь когда ваш мэр избирался, он наверняка обещал построить ФОК. Вот если обещал, пусть сам исполняет. Если бы он ответственно относился к своим обещаниям, он бы мне проходу не давал. От мэра должна идти инициатива, которая на региональном уровне обязательно будет поддержана. Но я, к сожалению, вашего мэра не видел. 

Министр спорта Павел Никитин пояснил, что существующий проект ФОКа устарел. Вместо него решено использовать типовой проект, осуществив его привязку к территории. К концу года завершится экспертиза, и уже в 2015 году Тайшетский ФОК будет включён в программу строительства спортивных объектов.

Екатерина Ерёменко, «Коммерсантъ»:

– Растёт выручка от экспорта, в связи с этим ожидаете ли вы увеличение поступлений в бюджет от крупного бизнеса? Второй вопрос – у правительства сохраняется теоретическая возможность зарабатывать на бирже деньгами инвестиционного фонда. Будет ли она использована?

– Я сделал всё для того, чтобы исключить коммерциализацию бюджета, и буду это делать впредь. Благодаря этому мы стали вдвое больше строить школ и садиков. Любой бизнес – это риск, а рисковать бюджетными деньгами мы не имеем права. 

Некоторые компании теряют доходы в связи с падением цен на нефть, с падением курса рубля. Но другие, наоборот, получают валютную выручку, и мы надеемся на рост налогов от их деятельности. Например, золотодобывающие компании получили прибыль от экспорта золота, за счёт этого они помогают нам строить школу. Словом, идёт нормальный диалог. 

Сергей Ерощенко: «Работа очень часто тормозится на уровне муниципальной власти. Но иногда и, наоборот, что-то начинает двигаться именно благодаря активному мэру»

Татьяна Рычкова, «Усть-Илимская правда»:

– В связи с приоритетным развитием БАМа не будет ли отложено строительство Северо-Сибирской магистрали?  Вы сказали, что запланирована реконструкция Бодайбинского и Киренского аэропортов. Что будет с Усть-Илимским аэропортом?

– Усть-Илимский аэропорт постепенно восстанавливается. Там делаются «привода», необходимые для посадки самолётов. Когда будет сделано освещение, аэропорт будет использоваться для полётов средне-магистральных и магистральных судов. Надеюсь, скоро я смогу вас поздравить с передачей в собственность области Иркутского аэропорта. Я понимаю, что давно уже ­обещаю, но это работа, которая требует и значительных усилий, и времени. Как только это произойдёт, прибыльный аэропорт станет поддерживать менее успешные аэропорты и мы получим возможность развивать региональную сеть. 

Что касается Северо-Сибирской магистрали, никто пока не отказывается от её строительства, она в инвестиционном плане РЖД. Насколько я понимаю, инвестиционная программа РЖД не урезается. 

Надежда Саперова, «Сельская новь», Залари:

– У нас в районе 20 лет ничего не строили, и вот наконец-то в этом году сдали детский сад после такого длительного перерыва. Это, конечно, очень радостно. Дороги строят, это тоже очень важно для людей. Весной вы к нам в район приезжали, и что особенно приятно, после вашего визита началось позитивное движение. В ходе своего визита вы посетили также одного из местных предпринимателей, который занимается лесом. Одно время у него были проблемы с выделением лесосеки. Сейчас ему лес дают, но по очень высокой цене. Конечно, его продукция в итоге становится дороже и для населения. Нельзя ли давать льготы не только крупным предприятиям, но и небольшим?

– Мы готовы поддерживать любого предпринимателя, главное –сразу определиться, в чём заключается поддержка.  Я вам хочу сказать, что ещё некоторое время назад мы не были серьёзными партнёрами не только для федерального правительства, но и для крупного бизнеса. Никто не стремился инвестировать в нашу территорию. Может быть, за исключением нефтяного бизнеса, который  без поддержки и преференций у нас тоже не развивался. Мы поддержали одних, и теперь другие сами приходят с инвестициями. 

Недавно наша делегация была в Китае, проходил целый ряд переговоров, в том числе  с мэром Пекина, руководителями крупнейших компаний. Была встреча, например, с руководителем лесоперерабатывающего предприятия. Раньше они брали у нас лес через разные схемы и перерабатывали его у себя. Теперь они готовы у нас официально зарегистрироваться и платить нам ­­15 млн долларов налогов, причём это выгодно обеим сторонам. 

Это только один пример. Если ваш предприниматель обратится в правительство, покажет оборудование и докажет, что это инвестиционный проект, который даст хоть небольшой толчок для развития экономики района, он получит возможность брать лес дешевле. Поддерживать мы будем тех, кто работает на развитие всей территории, а не только своего личного бизнеса. 

Читайте также

Подпишитесь на свежие новости

Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер