издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Спасаться, так всем вместе...

Спасаться,
так всем вместе…

То, что
здравоохранение России давно
находится в бедственном положении,
степень унижения которого напрямую
зависит от экономической и даже
политической ситуации в стране, мы
испытываем ежечасно на собственной
шкуре. Тем более интересным
представляется мнение по этому
поводу руководителя крупнейшего в
регионе лечебного учреждения —
областной клинической больницы.
Пусть мысли ее главврача —
кандидата медицинских наук,
заслуженного врача России Юрия
Леонидовича Птиченко — покажутся
многим небесспорными, пусть
вызовут они у его коллег
полемический задор. Тем лучше! Во
времена, когда безденежье уже
прикончило участковые больнички,
когда оно перекрывает кислород
центральным районным больницам и
подбирается уже к больницам
крупных городов и лечебным
учреждениям областного масштаба,
каждая нестандартная мысль или
предложение могут помочь, указать
хотя бы какой-то выход и в конечном
итоге облегчить судьбу пациентов,
вручающих свои жизни в руки
медиков.

Ю.
ПТИЧЕНКО:
Я считаю глубоко
ошибочным положение, когда
областные лечебные учреждения
остаются только на областном
бюджете и совершенно лишены
поддержки территориального фонда
обязательного медицинского
страхования. Я вам приведу
несколько цифр. Если раньше
тяжелых, то есть экстренных,
больных к нам привозили не более
четырех процентов, то сегодня
областная больница берет на себя
тридцать процентов таких
пациентов.

КОРР.
"ВСП": Так что же вы, Юрий
Леонидович, предлагаете? Даже те
крохи, которые с трудом собирает
территориальный фонд
обязательного медицинского
страхования, теперь делить не
только между лечебными
учреждениями районов и городов
Приангарья, но еще и отдавать
областным больнице и диспансерам?
Мы же так вообще периферийное
здравоохранение кончим.

Ю.
ПТИЧЕНКО:
Вы напрасно с таким
скептицизмом относитесь к моему
мнению. Очень много регионов России
уже перешли к такого рода
финансированию. Некоторые регионы
отчисляют областным лечебным
учреждениям какой-то процент из
бюджетов своих периферийных
территорий; а некоторые — да, отдают
областному здравоохранению часть
из накопленного их
территориальными фондами. Ведь вы
посмотрите: очень многие
участковые или даже районные
больницы стараются как можно
дольше удержать у себя больного.
Это далеко не всегда идет ему на
пользу.

КОРР.
"ВСП": Лично я считаю, что
настоящей трагедией для нашего
практического здравоохранения
является сам факт нарушения
законов "Об обязательном
медицинском страховании". Ведь
предполагалось сделать как лучше:
накопления территориальных фондов
использовать лишь как дополнение к
основному денежному поступлению из
бюджета. А получилось по-другому:
государство все расходы, или,
скажем, почти все, на практическое
здравоохранение со своих плеч
переложило на нас,
налогоплательщиков. Разве эти
жалкие крохи достаточны для того,
чтобы, как вы говорите,
"вытягивать" больных?

Ю.
ПТИЧЕНКО:
Тут вы правы. Закон
не работает. Но разве не нужно
искать выход? Я скажу вам, что мы
прежде всего сделали: сократили
число койко-дней на одного
больного. С двадцати до тринадцати
с половиной. Но это не значит, что мы
выписываем больного как бы на
произвол судьбы.

Мы снимаем
тяжелые симптомы, а на долечивание
отправляем в ту районную больницу,
которая ближе к его дому. И знаете,
через наш областной стационар
проходит до 38 тысяч человек в год —
тут пациенты и из провинции, тут и
из областного центра. А сколько
среди этих десятков тысяч
пациентов, которые относятся к
социально незащищенным слоям!
Сколько ветеранов, инвалидов,
подростков! Мы в прошлом году на все
про все получили всего 64 миллиона
рублей — на всю нашу огромную
больницу. И подсчитали, что именно
социально незащищенных пациентов,
тех, кого мы должны бы лечить
бесплатно, мы и лечили на
полученные деньги. Даже
перерасходовав полученную сумму.
Разве это справедливо?

Я считаю, что
Законодательному собранию следует
прислушаться к моему мнению и
мнению моих коллег — главврачей
областных диспансеров. А именно: мы
предлагаем перераспределить
уровень оказания медицинской
помощи. То есть бывают заболевания,
не требующие особых расходов для их
излечения, они под силу даже
участковым больницам, тем, что
"остались в живых". Есть более
сложные недуги — их могут и должны
лечить в центральных районных
больницах. Ну, а есть хвори особо
тяжелые, требующие и высоких
технологий, и высочайшего
мастерства врачей-диагностов.
Такие заболевания под силу лечить
только на областном уровне.

КОРР.
"ВСП": Значит, вы предлагаете
установить особую градацию для
наших лечебных учреждений? Но,
простите, "а судьи кто"?

Ю.
ПТИЧЕНКО:
Областные ведущие
специалисты комитета по
здравоохранению, авторитетнейшие
медики-практики, чьи имена и опыт
пользуются авторитетом. Я полагаю,
что необходимые стандарты мы
сможем выработать уже до нового
года. То есть пролицензировать
периферийные лечебные учреждения.
Но при этом оказывая им всю
необходимую
организационно-методическую
помощь. Понимаете, суть моих лично
предложений по выживанию
практического здравоохранения
заключается в том, чтобы не тонуть
всем вместе, оставляя на произвол
судьбы пациентов, а, наоборот,
выплывать сообща, помогая друг
другу.

КОРР.
"ВСП": Все, что вы говорите,
Юрий Леонидович, весьма логично. За
исключением одного, на мой взгляд,
самого важного, — что делать
человеку из глубинки, у которого
нет денег для поездки к вам, в вашу
областную больницу?

Ю.
ПТИЧЕНКО:
Главная наша задача
— не отобрать деньги у периферийной
медицины, а разработать стандарты
по степени заболеваний, лечить
которые ей окажется под силу. Если
после помощи в областной
клинический больнице или в
каком-либо областном диспансере
человек в удовлетворительном
состоянии поступит на долечивание
в "свою" районную больницу, то,
поверьте, и районным больницам, и
областным лечебным учреждениям, и
самому пациенту будет от этого
только легче. Давайте смотреть
правде в лицо: из-за отсутствия
денег сегодня самые
высокоспециализированные
подразделения практической
медицины начинают разрушаться. Вот
почему мы со всей серьезностью
задумываемся о перераспределении
не только больных, но и денежных
потоков в практическом
здравоохранении. Например, наш
автономный округ задолжал
областной больнице никак не меньше
12 миллионов рублей. И мы их не можем
получить. Или другое: недавно
Минздрав издал распоряжение о том,
что высокоспециализированная
помощь, как, например,
кардиохирургия, искусственная
почка, гематология, должна
финансироваться нашим
министерством. Однако фактически
не финансируется. И вот вам еще один
заглохший источник наших доходов.

КОРР.
"ВСП": Да, кстати, сколько
вообще выделено средств на текущий
год областному здравоохранению?

Ю.
ПТИЧЕНКО:
204 миллиона. При этом
первое полугодие профинансировано
где-то на 57 миллионов, но с учетом
секвестирования получается
фактически, что областное
здравоохранение профинансировано
всего процентов на 25.

КОРР.
"ВСП": Я понимаю вашу
озабоченность как руководителя
крупнейшего в области лечебного
учреждения. И все-таки возвращаюсь
к тому, что волнует очень многих:
где же территориальному фонду
обязательного медицинского
страхования взять столько грошей,
чтобы еще и областную больницу и
областные диспансеры взвалить на
свою шею?

Ю.
ПТИЧЕНКО:
Ну хорошо! Тогда,
пожалуйста, ответьте мне на такой
вопрос: почему сегодня именно из
средств обязательного
медицинского страхования
выплачиваются так называемые
"ножиковские" надбавки
медикам? Разве налоги, взимаемые
этим фондом, не предназначены для
повышения самого уровня
здравоохранения, самого лечения, но
никак не для выплаты этих надбавок?
Ведь выплата таких надбавок —
задача чисто административная. И
идти такая надбавка должна из
местных бюджетов. Вот сегодня
областной бюджет утвердил твердую
цифру защищенных статей
здравоохранения. Это деньги на
медикаменты, на питание больных и
на зарплату. Официальную. При чем же
здесь надбавки? Ну скажите мне, если
в помещении, где идут сложнейшие
операции, осыпаются потолки, текут
трубы, то статья "на
поддержание" здания, то есть на
текущий ремонт, должна быть или нет?

КОРР.
"ВСП": А как центральные
районные больницы?

Ю.
ПТИЧЕНКО:
Они получают из
территориального фонда — больше-то
взять неоткуда. Мы сами стараемся
как можем и экономить во всем, и
зарабатывать на свое существование
деньги. Ну, к примеру,
усовершенствовали, вернее,
поставили на строгий учет расход
лекарств.

Есть у нас и
другие механизмы выживания. Знаете
ли вы, что именно наша областная
клиническая больница самая первая
в стране ввела в практику платные
услуги — именно на нашей базе ровно
десять лет назад была создана
областная хозрасчетная
поликлиника. Цены на ее услуги
вполне приемлемы, а люди получают
возможность пользоваться
возможностями нашего
высокотехнологического
диагностического оборудования, что
очень важно при установлении
точного диагноза. Самые лучшие
медики нашей больницы всегда
готовы консультировать и оказывать
помощь на такой вот хозрасчетной
основе всем, кто к ним обратится.
Уже после нас этот опыт был
распространен по всей России. А нам
и по сию пору он помогает выживать и
делать для своих пациентов даже
больше, чем мы сами порою ожидаем.
Ну, и нельзя сбрасывать со счетов
дневные стационары: люди приходят к
нам до обеда, им проводят все
необходимые процедуры, и они уходят
домой. Через наш дневной стационар
в среднем проходит до 40 процентов
жителей Иркутска. Они — хроники, в
экстренном лечении не нуждаются. А
мы экономим на питании — больше
получают наши стационарные
больные… Я, кроме того, уверен, что
пора восстанавливать вертикальные
связи с ЦРБ. Юридически мы все как
бы разделены, сидим по своим углам.
А на самом-то деле все средства на
здравоохранение должны быть
сосредоточены в одних руках. То ли в
областном комитете по
здравоохранению, то ли в
территориальном фонде
обязательного медицинского
страхования.

Мы не только
социально незащищенных пациентов
лечим бесплатно. Мы еще и
иностранцев лечим даром.
Спрашивается — почему? Я сейчас
выскажу мысль, которая многим
покажется крамольной. Но, я уверен,
в здравоохранении или вообще не
должно быть защищенных статей, или
все статьи должны быть защищены.
Должны быть деньги в одном кармане,
сколько бы их там ни было. И
распределяться они должны не по
территориальным администрациям, а
непосредственно главным врачам
ЦРБ.

Сегодня у нас
койко-день снизился до 13,7. А лечить
хуже мы не стали. Зато увеличили
количество больных, которые
проходят через наши палаты. А после
тринадцати дней отправляем
пациентов на долечивание в их ЦРБ.
Именно там больного окончательно
ставят на ноги. Разделяя с ЦРБ
ответственность за лечение
пациентов, мы, я думаю, имеем полное
право на свою долю помощи
территориального фонда
обязательного медицинского
страхования.

*
* *

… Со
своими предложениями главврач
областной клинической больницы
Юрий Леонидович Птиченко выступил
на августовской сессии
Законодательного собрания с
просьбой рассмотреть их в
ближайшие возможные сроки. Понятна
его тревога: под угрозой оказались
самые современные, оснащенные
высокотехнологическим
оборудованием лечебные учреждения,
в том числе и возглавляемая им
больница.

На
письменном столе Юрия Леонидовича
Птиченко стоит изящная золотая
статуэтка "Большое золотое
клише". Награда, которую
областная больница получила от
организации, включающей 18 стран
Европы. Организация называется так:
"Партнерство ради прогресса".
И награда эта пока первая и
единственная на все больницы
России. Немудрено, что руководитель
такого лечебного учреждения, сам
депутат областного
Законодательного собрания, вынес
свои тревожные размышления на суд
общественности. Нашему
Законодательному собранию
следовало бы прислушаться к голосу
опытного организатора
здравоохранения. До Москвы, до
Минздрава далеко. К тому же
министры у нас меняются как
перчатки. Так что будем заботиться
о партнерстве ради прогресса в
здравоохранении всем миром у себя в
регионе. Авось и не прогадаем…

С
главным врачом областной
клинической больницы Юрием
Леонидовичем Птиченко беседовала
корреспондент "ВСП" Элла
КЛИМОВА.

Читайте также
Свежий номер
Фоторепортажи
Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Важное
Adblock
detector