издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Спортивная география Дениса Петушинского

Интервью с президентом Федерации лёгкой атлетики Иркутской области мы продолжаем серию материалов о том, как складывается жизнь известных иркутян после большого спорта

В Иркутске Петушинский родился и вошёл в большой спорт, в Москве прожил восемь лет и впервые женился, а перебравшись в Веллингтон, привнёс в Новую Зеландию прыжки с шестом как новый вид спорта. Теперь Денис Петушинский снова в Иркутске. И говорит, что вернулся навсегда.

– Спорт оказался путёвкой в жизнь, для меня это была ещё и возможность увидеть мир. Был год, в который я из 12 месяцев больше полугода провёл за границей на соревнованиях, – вспоминает он. – Уже не помню, по-моему, 1993. Тогда же я стал первым чемпионом России с результатом 5 метров 90 сантиметров. Но у меня всегда была мечта: покорить шестиметровую планку. И четыре раза на тренировках мне это удалось.

– Помните ваши первые соревнования?

– Да, со смехом вспоминаю 1981 год. Мы полетели в Алма-Ату. Я, 14-летний пацан, впервые тогда полетел на самолёте. Страшно и незабываемо. Помню из того времени – это «Pepsi-Cola». Казалось, что ничего вкуснее в жизни не пробовал. У нас-то в Иркутске ещё не было её, конечно. А из спорта того времени ничего не помню совершенно, как вышибло. С кем соревновались, сколько нас было, какой показал результат – ничего. А вот полёт и напиток редкий – пожалуйста. Такое неизгладимое впечатление для подростка.

– А помимо того случая, что помните о себе-ребёнке? Как всё начиналось? 

– Меня отец привёл в 11 лет тренироваться в «Локомотив». Отец сам спортсмен, отлично знал Юрия Волкова (Юрий Николаевич Волков – основатель иркутской школы по прыжкам с шестом, мастер спорта международного класса, заслуженный тренер СССР, отец вице-чемпиона Олимпиады в Москве Константина Волкова. В 1979–1983 – старший тренер сборной СССР по прыжкам с шестом. – «Иркутский репортёр»).

У Волкова мы стали уже третьим поколением прыгунов. Тогда нас много занималось мальчишек: человек 30–40. Сначала по три раза в неделю, потом всё чаще и чаще. Постепенно стал осознавать, что для меня всё перевернулось: школа – это хобби, а атлетика – основное дело. Друзья все тоже были спортсмены. Каждый день вели дневник здоровья, записывали в него данные о нагрузках, свою реакцию на них. Волков нас в ежовых руковицах держал, никакого спуску на возраст. Проиграли – отрабатываем. Когда трудотерапией (метём стадион, например), а когда усиленными тренировками. Помню, бежишь отрабатываешь, Волков кричит: «Стой». Подходит, ставит палец на твоё запястье, начинает считать пульс. Если меньше 120 – всё, халтурщик. Я очень благодарен за это тренеру. Он из нас людей сделал.

– Какие черты характера развила в вас лёгкая атлетика?

– Самоорганизация, ответственность, предусмотрительность, терпеливость, самоанализ. Опять же, Волков помогал мне бороться с общей расслабленностью, которая мне очень присуща. Это моя самая слабая сторона в плане техники. Если говорить об отрицательной черте характера, порождённой спортом, которая проявляется в быту, то это привычка разбрасывать вещи. В гостиницу ведь приехал, бросил всё в разные углы и побежал на соревнования. Возвращаешься – горничная всё убрала, всё чистенько. А дома-то нужно себя контролировать, этому я не научился до сих пор. 

– А в чём ваша сильная техническая сторона?

– Я никогда не боялся высоты. Это действительно проблема для многих прыгунов. На любую всегда шёл смело. Не боялся брать жёсткие шесты. Чем жёстче шест, тем выше прыжок. Главный принцип успеха в моём спорте (как, наверное, и вообще в жизни): сильные стороны нужно развивать, слабые – подтягивать. 

– Как же умение сконцентрироваться перед прыжком? 

С семьёй Волковых нашего собеседника судьба свела очень давно.
С Константином Волковым

– Для меня не было никогда это большой задачей. В перерывах между выступлениями всегда спокойно мог пообщаться с кем-нибудь из коллег-спортсменов. И конфликтов у нас никогда не было, потому что прыжки в лёгкой атлетике – это одиночный спорт. Я бы даже сказал, в чём-то однообразный. Ты сам себе главный судья. Сам намечаешь себе планку, сам тренируешься, потом сам ставишь себе отметку. Не может быть несправедливости со стороны судей, потому что всё на поверхности: взял высоту или снёс планку. Я понимал, что у меня получается, и работал. Потому что знал, что в случае успеха буду продолжать ездить по миру. В 22 года стал мастером спорта международного класса с результатом 5 метров 65 сантиметров. С 1996 по 1999 три раза становился чемпионом мира. Из-за бесконечных соревнований лет десять не мог окончить институт, учился я в железнодорожном. 

– В Москву приехали тренироваться?

– Да. Прожил в столице восемь лет. Это самые мои насыщенные спортивные годы. Тренировался по­стоянно, соревнования друг за другом. Оттуда было близко летать, там больше возможностей. В Москве у меня всё было: своё дело, дом, по­явилась семья. Там в 1993 году родился сын Николай. Он, кстати, в детстве занимался большим теннисом.

– И как же получилось с Новой Зеландией? Оставили в Москве всё и переехали?

– Это для меня до сих пор история абсолютных парадоксов. Неслучайных случайностей. Я просто был там проездом, временно. Однажды утром, как всегда, пошёл на стадион. Стою разминаюсь. Подходит ко мне какой-то мужчина, говорит: «А я вас знаю, вы прыгун Денис Петушинский. И у меня есть к вам предложение». Оказалось, что этот человек – заведующий местным спортивным клубом. И у них совсем не развиты прыжки с шестом. Мы заключили контракт на четыре года, я начал работать: 

обучать юных спортсменов, давать знания об атлетике. Семью тоже перевёз в Новую Зеландию, Коле тогда было четыре годика. Это совсем другая страна, другой менталитет, другой уровень жизни. Страна зелёная, чудесная экология. 

– Контракт закончился. Что потом?

– А потом – очень мучительное время. Я засыпал и просыпался с вопросом: «Что дальше?» Не мог определиться, куда возвращаться: в Москву или в Иркутск. В Москве, вроде бы, есть к чему вернуться. Есть недвижимость, какие-то знакомые, перспективы. В Иркутске – родители. Понимал, что в родном городе я, возможно, больше нужен. К тому времени пришло понимание, что со спортом пора заканчивать: хватит уже, наездился, да и травм много. Позвонил отцу, объяснил ситуацию. Решили, что возвращаюсь в Иркутск. Жена (теперь уже бывшая) с сыном остались в Новой Зеландии. До сих пор там живут. Видимся регулярно: то я туда, то сын в Россию. Но он к нам с небольшой охотой ездит, честно говоря. Учится в университете, чистый новозеландец. 

– Здесь, в родном Иркутске, жизнь началась заново?

– Да. Мне кажется, здесь началась просто моя вторая жизнь. С 2006 по 2007 работал заместителем губернатора Приангарья Александра Тишанина. Занялся политикой. А вот теперь стал президентом Федерации лёгкой атлетики Приангарья. Получается, судьба со мной такой круг провернула. Только теперь уже спортом я профессионально занимаюсь в теории, а не на практике. Работа кипит, постоянно проводим чемпионаты. Команд в стране много, нужно доказывать, почему именно в Иркутске должны пройти соревнования. А это ведь престиж региона. 

– А помимо работы?

– Вне работы тоже всё хорошо. Практическая сторона спорта хоть и перестала быть профессией, но осталась на уровне хобби. Люблю бегать на лыжах. Охота, рыбалка. И ещё одно, самое главное, мы с моей гражданской супругой ждём доченьку. Хотел бы я, чтобы она занималась спортом? Не знаю. Время покажет. Я за то, что никого ни к чему нельзя принуждать. Потому что лучшее, что мы делаем, мы делаем только вследствие своей к этому любви. Я всегда любил спорт, и он подарил мне всё, что есть у меня сегодня. Благодаря спорту я сейчас проживаю очень счастливое время. 

Читайте также
Свежий номер
Фоторепортажи
Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер