издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Братская история Андрея Вотенева

Полвека и ещё пять лет – солидный срок даже для такого монументального сооружения, как Братская ГЭС. Если гидротехнический бетон рассчитан на века, то постоянно работающее оборудование нуждается не только в регулярном техническом обслуживании, но и в постепенной замене. Поэтому на обновлении второй ступени Ангарского каскада не экономят. О том, как модернизируется станция, каково быть директором легендарной ГЭС и как найти кадры для гидроэнергетики, а также о многом другом рассказывает Андрей Вотенев.  

– Когда и при каких обстоятельствах вы пришли работать на Братскую ГЭС?

– 30 сентября этого года исполнилось 30 лет с того дня, когда я пришёл на Братскую ГЭС. Был, правда, шестилетний перерыв на Усть-Илимской ГЭС. В восьмидесятые, после окончания Алма-Атинского энергетического института, проработал три месяца в Восточном Казахстане, а потом полтора года служил в Советской армии, где у меня был приятель из Братска. Когда демобилизовался, думал, куда бы перебраться из Средней Азии и как жить дальше. Был бы приятель, скажем, из Новосибирска, отправился бы в Новосибирск. А так приехал в Братск, почти месяц жил в гостинице «Турист» в Энергетике. Был на нескольких предприятиях (в Северных электрических сетях, в управлении главного энергетика «Братскгэсстроя», «Сибтепломаше»), везде меня согласны были взять на работу: красный диплом и служба в армии за плечами. Не брали только на Братскую ГЭС – не было прописки. Но потом из этого положения нашли выход: в «Братск­гэсстрое» взяли направление в общежитие и приняли меня электрослесарем пятого разряда на ОРУ-500 (открытое распределительное устройства напряжением 500 кВ. – «ВСП»). До того, конечно, было собеседование с директором станции. Так и начал работать. 

– Нелегко было променять тёплую Алма-Ату на холодный северный Братск?

– Не Алма-Ату – мои родители к тому моменту уже переехали в Ташкент. Отец был военным, его туда перевели служить. Если в Алма-Ате всё было более-менее привычным и родным, то в Ташкенте не было вообще никаких знакомых. Плюс ко всему, пока я служил в армии, настал 1985 год и в Средней Азии начались волнения националистического толка. Оттуда многие уезжали, особенно те, у кого был какой-то опыт и потенциал. 

– Сегодня пост директора легендарной станции, воспетой поэтами, на вас не давит? 

– Нет, не давит. Но приходится какую-то часть своего рабочего и нерабочего времени отдавать общественной жизни. Я – член правления клуба деловых людей Братска и Общественной палаты города. Положение обязывает присутствовать на ряде торжественных мероприятий, которые проводят городская администрация и общественные организации. 

– В интервью одному из местных СМИ по случаю годовщины на руководящем посту вы говорили про коллектив. Насколько он изменился за эти годы и по сравнению с тем временем, когда вы только пришли на Братскую ГЭС?  

– За последние пять лет средний возраст работников станции остался примерно на том же уровне. 

А когда я пришёл сюда в 1986 году, здесь трудились люди, которые вводили в работу первые гидроагрегаты и обеспечивали качественную эксплуатацию одной из крупнейших подстанций Сибири. На ОРУ-500, в частности, были сотрудники монтажных организаций, которые после ввода Братской ГЭС остались в её штате. Тогда у нас ещё не существовало цеха релейной защиты, автоматики, измерения, а была электротехническая лаборатория. Там люди и книги писали, например, Борис Александрович Гесс написал книгу по эксплуатации систем тиристорного возбуждения, материалы которой использовали в работе не только советские специалисты, но и наши коллеги за рубежом. Приходила новая техника, и на Братской ГЭС проводилось довольно много научно-практических экспериментов и научной работы, направленной на поддержание статической и динамической устойчивости крупных электро­энергетических систем. Мы были крупнейшей в мире гидроэлектростанцией, в это же время строились мощные линии на 500 кВ и запускались энергоёмкие потребители. Это было время ответственных опытных работ, в результате которых можно было  проверять серьёзные расчёты на практике, необходимо было зафиксировать, внести в регламенты и ГОСТ Минэнерго СССР. Этим занимались специалисты релейной защиты и автоматики Братской ГЭС. Мы помним и чествуем тех профессионалов, которые работали на станции с 1961, 1962 и 1963 годов. 

– Если смотреть демографическую статистику, то молодёжь из Братска, к сожалению, уезжает. Сложно ли найти молодых специалистов? 

– Нет, не сложно. Периодически отток специалистов у нас происходит волнами – «Транснефть-Восток», например, предпочитает брать готовые кадры в «Иркутскэнерго», в том числе на Братской ГЭС. Но с заменой тех людей, которые увольняются, мы проблем не испытываем. Разве что раньше необходимого специалиста можно было найти за месяц, сейчас же уходит два-три. При этом мы готовим молодых сотрудников в Братском государственном университете, у нас в Братске есть энергокласс. Есть вчерашние студенты, которые окончили университеты в Иркутске, Красноярске, Новосибирске, Москве и возвращаются на Братскую ГЭС. Перспектива трудиться здесь их привлекает. Я очень рад принимать на работу и работать с людьми, которые с детства впитали любовь к профессии энергетика.   

– Ещё к слову о возрасте. Со­всем недавно на Братской ГЭС отметили 55-летие пуска первого гидроагрегата, в следующем году исполнится полвека с официального приёма станции в эксплуатацию. Большой ли это срок для гидрогенерирующего оборудования? 

– Да, это большой срок работы. По советскому ГОСТу у электроэнергетического  оборудования он ограничен 25 годами, у турбин – 40. Гидроэнергетическое оборудование делали с запасом, но вы в курсе, что мы меняем рабочие колёса турбин. Сейчас мы близки к завершению работ по замене релейных защит на микропроцессорные. Полностью меняем систему тиристорного возбуждения. Если условно брать по две машины в год, то реализация этой программы занимает девять лет. Любая микропроцессорная техника должна обновляться в течение 2–5 лет. Это процесс бесконечный. Но при этом надо до окончания программы модернизации смотреть дальше и представлять себе, как будет выглядеть пакет систем следующего поколения, планировать технико-экономические задания. Мы заранее задумываемся над этими вопросами. 

В продолжение темы модернизации: идёт замена коммутационного оборудования подстанций Братской ГЭС. На ОРУ-500 мы заменили все воздушные выключатели на элегазовые, меняем транс­форматоры тока и трансформаторы напряжения. Перешли на ОРУ-220, также производим замену разъединителей, выключателей. Естественно, все работы выполняем в рамках той инвестиционной программы, которую мы защитили на следующий год.

– Каков объём средств?

– В прошлом году – около 1,2 миллиарда рублей с учётом замены рабочих колёс. Сумма на этот год поменьше. Если говорить о гидроагрегатах, то помимо рабочих колёс турбин есть другие узлы, которые нуждаются в замене и реконструкции. К примеру, система регулирования. Проводим замену котлов маслонаполненной установки вместе с насосами. Сначала делаем диагностику узлов и агрегатов и по её результатам определяем. На подстанции 220 кВ Братской ГЭС 12 из 20 линий с ОРУ-220 идут на Братский алюминиевый завод – если менять линейные защиты, то полукомплект нужно одновременно ставить и у нас, и у них. Значит, надо работы синхронизировать. 

– К вопросу о замене рабочих колёс: как в условиях продолжающегося маловодья ведут себя те из них, которые вы уже установили? 

– Хорошо. Мы своевременно взялись за проект по замене рабочих колёс. Правда, задача была немного другая: при том, что Братская ГЭС регулирует частоту в Объединённой энергосистеме Сибири, как можно меньше потерять в коэффициенте полезного действия гидроагрегатов. При той же воде произвести больше энергии. А тут маловодье… Одним словом, попали в струю.

– Какова сейчас выработка Братской ГЭС? 

 – Практически всю осень, до конца ноября, было задание [Объ­единённого диспетчерского управления Сибири]: вырабатывать 60–67 миллионов киловатт-часов в сутки. В этих рамках и держались. Сейчас мы перешли на 45–47 миллионов киловатт-часов в сутки. Если считать с момента пуска первого гидроагрегата, Братская ГЭС произвела 1 триллион 139 миллиардов 342 миллиона киловатт-часов. 

– Триллионный рубеж, если не ошибаюсь, станция первой в Евразии перешагнула 13 января 2010 года. 

– В 2015 году мы произвели 16 миллиардов 611 миллионов, в этом – пока 16 миллиардов 936 миллионов киловатт-часов электроэнергии. Думаю, по итогам 12 месяцев останемся примерно на уровне прошлого года.   

Читайте также
Свежий номер
Фоторепортажи
Мнение
Пресс-релизы
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Adblock
detector