издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Добровольно-обязательный импорт

Способна ли наша деревня накормить город?

Недавно в Брюсселе прошло заседание Совета Евросоюза по по сельскому хозяйству и рыболовству, в котором приняли участие министры из 25 стран. Среди прочих вопросов особое внимание они уделили возникновению инфекционной лихорадки жвачных животных под названием «синий язык». Сейчас, как утверждают некоторые средства массовой информации, «она бесчинствует в Европе».

Для домашних животных, крупного и мелкого рогатого скота вирус инфекционной лихорадки представляет немалую опасность. Скотина, подхватившая заразу, либо гибнет, либо болеет, и продуктивность её снижается. Вирус пока найден в Испании, Германии, Франции, Бельгии и Нидерландах — странах с наиболее высокой продуктивностью молочного скота, откуда мы получаем по импорту немало продукции. И хотя, по мнению учёных-вирусологов, «синий язык» не представляет большой опасности для человека, поскольку вирус гибнет при термической обработке, но… Отнюдь не всё молоко потребляется в переработанном виде. А как быть сибирским любителям строганины? И вообще, вы согласились бы брать в магазине, допустим, йогурт французской компании, если бы узнали, что он приготовлен из молока от больной коровы?

Странные вещи творятся в высокоразвитом мире. «Бешенство» коров, диоксин в продуктах животноводства, массовое заболевание ящуром, повлёкшее в Англии сжигание целых ферм, птичий грипп. И вот ещё одна напасть — «синий язык». Придёт время, и ветеринары, вирусологи, эпидемиологи сядут вместе и попытаются понять, почему цивилизованный мир не способен предупредить новые болезни и не столь всесилен в борьбе со старыми. А пока…

Пока Россию кормит Запад. На восемь миллиардов долларов мы закупали продовольствия, недавно на «круглом столе», проходившем в Иркутске в рамках БЭФа, прозвучала цифра 17 миллиардов. Более трети продовольствия идёт из-за рубежа, и львиную долю в нём составляют мясо и мясопродукты. Ладно бы не умели, не могли бы, или природные условия были бы у нас такие, как в Антарктиде. Ничего подобного. Даже в условиях Восточной Сибири производили в прошлом немало животноводческой продукции, которая по своим гастрономическим достоинствам превосходила то, что давали западные регионы страны. Взяться бы по-настоящему за возрождение аграрного сектора — скольких бы бед, потерь удалось бы избежать. Но увы. Импортом продовольствия Россия продолжает поддерживать западного фермера. И от генеральной линии отступать не намерена.

«Минэкономразвития прогнозирует двукратный рост импорта продовольствия в 2009 году», — сообщает «Российская аграрная газета». На чём строятся такие прогнозы? Газета ссылается на мнение директора департамента Минэкономразвития А. Клепача, который считает, что рост доходов населения «ведёт к опережающему спросу на высококачественные товары, и отечественное производство не может удовлетворить этот спрос в полном объёме».

Ты вник, уважаемый читатель, в суть заявления? То есть только избавилась Германия от ящура, Франция от «коровьего бешенства», Китай от чумы свиней — и повезли (разумеется, с согласия российской ветеринарной службы) говядину, свинину, молокопродукты к нам. Повоевали мы с Соединёнными Штатами, или они с нами в связи с тем, что условия содержания птицы там не соответствуют требованиям наших ветеринарных норм, — и сняли запрет на ввоз окорочков оттуда. Получается, что для Минэкономразвития импорт — спасение от всех бед.

Дальше. Отечественное производство, по словам директора департамента, не может удовлетворить «спрос… на высококачественные товары». Что это, как не плевок в лицо нашим переработчикам? Ведь свиные туши из Германии, мороженая говядина из Бразилии идут в основном на переработку, а не на рынок в виде мяса. Они проходят глубокую переработку, подвергаясь воздействию высоких температур (куда больших, чем 100 градусов). Используя то или иное количество импортного сырья, иногда и все 100% его, наши мясоперерабатывающие комбинаты готовят колбасы, копчёности, рулеты, грудинки, различные деликатесы и т. д.

Другое дело — птица. Однако те же американские окорочка — это чаще всего продукт питания бедных студентов. Многие же иркутяне предпочитают товар Ангарской птицефабрики или «Саянского бройлера». Из мясной продукции большим спросом пользуются изделия Усольского свинокомплекса. Разбираются колбасы, копчённости, полуфабрикаты Иркутского и Ангарского мясокомбинатов.

Это, конечно, же не значит, что импорт у нас в регионе никто не приемлет. Кого-то особенно привлекают молочные изделия иностранных фирм. Но в некоторых магазинах ещё недавно можно было встретить интересные ценники на испанские, германские мясные изделия. Старая цена, допустим, 180 руб., перечёркнута, тут же жирным шрифтом написана новая — 140 руб. Представляете, привезли колбасу откуда-то из-под Барселоны, не продали и в конце концов снизили цену. А ведь колбаса, как и осетрина, не может быть второй свежести. После потребления уценённой как бы к праотцам не отправиться. Не случайно так много импорта бракуется во время различных проверок.

Как в таком случае оценивать устремления ведомства Грефа?

Чтобы ещё сильнее расчистить российский рынок для импорта, надо более основательно посадить отечественное производство. К такому выводу невольно приходишь после знакомства с другой информацией, которую преподносит нам та же «Российская аграрная газета». Вот что она сообщает: «На днях против предложения Минсельхоза РФ увеличить расходы на компенсацию затрат сельхозпроизводителей на ГСМ в очередной раз выступило Минэкономразвития РФ. Директор экономического прогнозирования МЭРТа Андрей Клепач на международной конференции Российского зернового союза заявил, что до конца года будет остановлен рост стоимости «горючки» после скачка на 16% в июле-сентябре, и потому аппетиты Минсельхоза чрезмерны». Оказывается, в 2007 году Минсельхоз предлагает увеличить расходы на компенсацию аграриям до 15 миллиардов рублей. Однако, как заявил Андрей Клепач, «бюджетные проектировки 2007-2009 гг. не позволяют рассчитывать на существенное увеличение расходов на поддержку сельского хозяйства». По его словам, не планируется увеличение расходов на поддержку АПК по сравнению с 2006 годом.

После того, как рыночные реформы перешли из стадии хаотической в более организованную, все мы стали замечать… Приближается посевная — цены на горючее возрастают. Начинается жатва — опять дрогнул ценовой маятник. Как отмечалось на съезде Агропромышленного союза (2005 г.), за 14 лет цены на топливо выросли в 65 раз, а на пшеницу — всего в 12 раз. Государство компенсирует такое изъятие крестьянских доходов? Да ничего подобного. На 2005 год на сельское хозяйство было выделено 0,9% расходной части бюджета, или 26,5 миллиарда рублей. На 2007 год намечено выделить всего 0,7% от бюджета. Отсюда и требование Минсельхоза о компенсации части потерь, которые несёт село из-за роста цен на горючее. Но министерство Грефа в упор не видит российскую деревню и знать не хочет её проблемы.

Позиция Минэкономразвития вызвала гнев и возмущение у руководителей регионов, местных министерств сельского хозяйства и учёных. Все сходятся в одном: те меры приведут к ещё большему осложнению ситуации в аграрном секторе, качественно ухудшат продовольственную обстановку, дадут новый импульс росту сельской безработицы, усилят миграцию из деревни в город и так далее. Но это не очень-то волнует высоких чиновников. Правительство уже подписало соглашение с США о покупке мяса на три года вперёд. Перед собственным крестьянством государство не берёт такие обязательства.

Предельное сокращение финансовых вливаний в аграрный сектор вынуждает аграриев рассчитывать только на доходы от реализации своей продукции. Однако у горожан, основных покупателей, падает платёжеспособный спрос. Если в 1990 году на среднюю пенсию можно было купить 370 литров молока, то теперь — не больше 150 литров. То есть платёжеспособный спрос по молоку упал чуть ли не в два с половиной раза.

На днях были обнародованы данные последних социологических опросов, проведённые фондом «Общественное мнение». Оказывается, хлеб, «продукт номер один», не по карману 19% россиян — «изредка» и десяти процентам семей — «часто». 38% селян признались, что у них постоянно или эпизодически нет денег на хлеб. Близкая к этому ситуация в малых городах. Даже в богатой столице у 10% москвичей возникают время от времени трудности с покупкой буханки. Безрадостную картину подтвердили и материалы социологического центра Юрия Левады. 11 процентам россиян денег не хватает на продукты, у 28 процентов опрошенных покупка одежды вызывают финансовые трудности. В первом полугодии 2000 г. за порогом бедности прозябали 53,5 миллиона человек, а в прошлом году, если использовать для расчётов данные Минэкономразвития, — 26,3 миллиона. Ещё одна информация к размышлению. 7,5 миллиона россиян имеют зарплату ниже прожиточного уровня. А прожиточный минимум во втором квартале этого года должен составить 3560 рублей.

Так какие же слои населения намеревается кормить Минэкономразвития увеличенным вдвое импортом в 2009 году? В том числе продуктами, завезёнными из стран, где вчера свирепствовали ящур, бешенство коров или бесчинствовал «синий язык»? Что скажут по этому поводу иркутские и усть-ордынские аграрии?

Фото Николая БРИЛЯ

Читайте также

Подпишитесь на свежие новости

Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Важное