издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Стратегия «Большого Иркутска»

В мае Дума города Иркутска обсудила Стратегию развития столицы Приангарья до 2025 года. Утверждение этого документа внесено в повестку июньской сессии. Идеями о том, как должно идти развитие областного центра, депутат городской Думы Олег Геевский поделился в интервью Дмитрию ЛЮСТРИЦКОМУ.

– Каково ваше впечатление от новой Стратегии Иркутска?

– Стратегия – нужный и своевременный документ, она требует детального обсуждения, широкой общественной дискуссии. На мой взгляд, в администрации города это понимают. В ходе обсуждения нам нужно наполнить разработанную схему конкретными предложениями, деталями, выдвинуть своё видение ситуации.

Считаю, что сегодня наша общая задача – обеспечить Иркутску опережающее развитие. Почему мы вынуждены говорить об опережении? Казалось бы, в Иркутске последние несколько лет рождаемость превышает смертность и есть все основания ожидать, что население будет расти. Но против нас так называемый «западный дрейф», который вышибает активных и талантливых. Народ уезжает, покидает насиженные места в поисках более комфортного существования. Происходит перетекание: иркутяне уезжают в Москву и Питер, в Новосибирск и Красноярск. На их место прибывают бывшие жители Якутии, Забайкальского края, севера нашей области, и всё равно баланс остаётся не в нашу пользу. Неужели здесь живут только те, кто по каким-то причинам не может позволить себе уехать? Если так, то это приговор – если не нашим внукам, то их детям.

– Но почему это происходит? Казалось бы, Иркутск живёт благополучно, появляются целые новые кварталы. Что не так?

– В первую очередь людьми управляют идеи, а уже потом – менеджеры. Мало нарисовать новую развязку, спроектировать ещё один микрорайон. Отсутствие общей идеи сужает наши возможности. Самый современный торговый центр, поставленный не на том месте, забьёт соседние улицы автотранспортом, создаст проблемы. Если мы выстроим генплан на основе стратегии, таких ошибок не возникнет.

Иркутску нужна идея развития. Уже под идею необходимо создавать «дорожную карту», увязывать разработку стратегии и генплана города, и тогда это выливается в конкретные проекты.

Например, то же новое жильё можно строить по-разному: планировать парковые зоны, благоустройство или выдавать максимум квадратных метров, чтобы как можно больше людей смогли решить свой жилищный вопрос. У каждого подхода будут свои горячие сторонники: те, кто уже решил свои насущные проблемы, будут выступать за «город-сад», а те, кто нуждается в доступном жилье, будут голосовать за новые квартиры.

Я готов спорить с популярным лозунгом «Будет стабильность – будет и развитие». Не будет идеи – не будет и развития. Идея диктует нам систему ценностей, а без чётких ориентиров мы будем топтаться на месте. Яркий пример – Байкал. Казалось бы, чистейшее озеро мира – это наше очевидное и неоспоримое преимущество. Но мы не привыкли жить, чётко выстраивая приоритеты, и в результате разрываемся между двумя несовместимыми подходами. Нельзя и туристическую зону организовать, и целлюлозный комбинат у озера оставить.

– Что ещё можно назвать идеей Иркутска, кроме того же Байкала?

– Я считаю, что нам уже пора мыслить в категориях «Большого Иркутска». Взять Иркутский район: он давно уже интегрирован в интересы областного центра. За прошедшее десятилетие возникли поселения, в которых жители формально являются жителями Иркутского района, но работают в Иркутске. Более того, в Иркутске эти люди интенсивно перемещаются по автомобильным дорогам, покупают не только дорогостоящие предметы, такие как мебель и бытовая техника, но и ширпотреб и продукты. То же самое относится к части населения Ангарска и Шелехова: достаточно оценить загрузку магистрали М-53 в утренние и вечерние часы, чтобы понять, что существенная часть населения этих городов тесно связана с Иркутском.

В меньшей степени это касается – но касается! – Усть-Орды, для которой Иркутск тоже остаётся привлекательным, Листвянки и даже Байкальска, где вся туристическая инфраструктура ориентирована на приезжих из Иркутска, Ангарска и Шелехова. Кстати, с вводом объездной дороги вокруг областного центра, удобно связавшей две крайние точки «Большого Иркутска», доступность Байкальска для ангарчан только увеличилась.

Процесс слияния Иркутска и Шелехова уже идёт: между ними появился микрорайон Луговое. «Новый город» прорабатывает строительство города-спутника в Малой Елани, который будет опираться на передачу избыточных мощностей ТЭЦ Ангарска в Иркутск.

Количество горизонтальных связей между Иркутском, Ангарском и Шелеховом всё увеличивается. Скоро к ним добавится мощнейший инструмент плоскостного развития – природный газ. Нитка от северных месторождений пройдёт через Саянск на Ангарск, появится реальная перспектива завести газ в Иркутск. Это открывает океан возможностей – от новых экологически чистых ТЭС до малой энергетики на уровне отдельно взятого дома – и одновременно работает на связку Иркутск – Ангарск.

– Но почему «Большой Иркутск»? Почему, например, не агломерация?

– Мы говорим сегодня о «Большом Иркутске», потому что запланировать развитие отдельно взятого муниципалитета сегодня сложно. Рассматривая Иркутск как территорию в границах нынешнего муниципального образования, мы упускаем из виду очень существенные факторы. Это для меня главное, а имя – да называйте как хотите. «Большой Иркутск» – потому что интегратором развития Шелехова и Ангарска всё равно будет областной центр. Или «Большое Прибайкалье» – потому что в Иркутске всё будет вертеться вокруг Байкала.

Семь лет назад Алексей Козьмин уже предлагал идею агломерации Иркутска. Но мы все вместе оказались к этой идее не готовы. Население восприняло этот проект как очередную блажь власть имущих, мэры увидели угрозу посягательства на городской суверенитет. В Иркутске агломерация была дискредитирована и забыта, но подобные проекты без излишнего фанатизма и истерии успешно развиваются в Белгороде, Ростове, Новосибирске.

Раз агломерация так пугает, не будем говорить об изменении границ муниципальных образований, не в них дело. В конце концов, в каждом городе сложилась уникальная среда, свой собственный менталитет, который формировался на протяжении нескольких десятилетий. Нам нужно выстраивать горизонтальные связи, а не двигать границы.

– Кто должен взять на себя инициативу по проработке идеи «Большого Иркутска»?

– На пути разработки любой стратегии, выходящей за рамки отдельного муниципального образования, есть непреодолимая преграда. Это закон о принципах местного самоуправления, прямо запрещающий муниципалитетам финансировать вопросы, находящиеся за пределами их ведения.

Например, чтобы организовать движение скоростного трамвая между Иркутском и Ангарском (ещё одна нереализованная идея прежних лет), мало просчитать потребности одного города. Это нужно делать параллельно сразу в двух точках: считать пассажиропотоки, заказывать проектные решения, прорабатывать вопросы с РЖД. Как минимум это подразумевает наличие площадки, на которой стороны могли бы выверить идеологию проекта, обозначить свои интересы, урегулировать конфликтные моменты.

Таким инструментом может быть, например, внебюджетный фонд развития – такая модель была реализована при губернаторе Александре Тишанине. Однако есть печальная российская практика: как только финансовые и властные ресурсы делегируются всевозможным фондам, находящимся вне сферы ведения государственных контрольных органов, резко возрастает риск злоупотреблений. 

Поэтому для увязки планов развития нескольких муниципалитетов «Большого Иркутска» и конкретизации задач по дорожной сети, инфра-структуре, энергетике, жилищному и социальному  строительству, кроме доброй воли, необходим координатор.

– Кто может выступить таким координатором?

– Уверен, что это должны быть правительство Иркутской области и Законодательное Собрание региона. Увязку развития «Большого Иркутска» может взять на себя градостроительный совет при губернаторе Иркутской области. Инструментом превращения идей в конкретные проекты может стать созданный с участием государственных и муниципальных структур институт развития города, который будет формировать технические задания для проектировщиков. А в исполнителях проектов у нас недостатка нет: это и высшая школа, и Иркутский научный центр СО РАН.

По существу, губернатору уже приходится заниматься решением проблем «Большого Иркутска». Когда недавно Марковское муниципальное образование отвело для индивидуального строительства участки на территории, формально принадлежащей Иркутскому району, но исторически используемой в качестве парковой зоны населением Академгородка, возник острый конфликт. Его удалось урегулировать в рабочем порядке, но не обошлось и без вмешательства губернатора региона Сергея Ерощенко. Решение таких вопросов как раз находится на стыке полномочий муниципальных образований, правительства региона, губернатора, Законодательного Собрания и Общественной палаты города Иркутска.

– «Большой Иркутск» – к этому термину нужно привыкнуть…

– Эта идея базируется на простых и понятных ценностях. Люди хотят жить в нормальных условиях, видеть перспективу и смысл. Повторюсь: проработка стратегии «Большого Иркутска» должна начаться не с пересмотра границ, а с идеи. Если мы сами не продумаем идеологию развития «Большого Иркутска», нам её никто не подскажет. Такой поиск уже начат, ряд интересных дискуссий прошёл в рамках обсуждения Стратегии города и проектов областного развития. Теперь пора его перенести в плоскость практических решений.

Сегодня мы находимся на переломе. У нас новый губернатор, идёт обновление команды на муниципальном уровне, скоро предстоят выборы Законодательного Собрания. Давайте начнём новый политический цикл с обсуждения, как нам обустроить «Большой Иркутск». Думаю, мы можем продолжить этот разговор здесь, на страницах газеты «Конкурент», и вообще на любой заинтересованной площадке: в средствах массовой информации, в Общественной палате, в Думе. Уверен, что такой разговор нужен и полезен.

Читайте также

Подпишитесь на свежие новости

Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Важное