издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Александр Любимов: «Надо соотносить свои желания… С «Форд-Фокусом»

Российские СМИ в 1990-е переэксплуатировали свободу, считает телеведущий, один из авторов программы «Взгляд» Александр Любимов. Это привело к тому, что в двухтысячные журналистов активно начали «усмирять». Любимов готов отвечать за личные журналистские ошибки в 90-х, но в целом за поколение свободных, но безответственных СМИ отвечать не собирается. При этом он признаёт право современных «усмирённых» журналистов не испытывать фанатизма в работе, а иметь кредит на «Форд-фокус». «Я сначала как-то переживал, а потом пережил», – говорит телеведущий. На прошлой неделе гендиректор РБК-ТВ провёл мастер-класс на фестивале «Байкальская пресса».

«Не читал ваши творческие достижения»

Александр Любимов остаётся легендой отечественного телевидения. Некоторые уже, правда, путают названия «Взгляд» и «Вид». Но то, что это был символ свободы, не забывают. Любимову, в отличие от многих коллег по журналистскому цеху, удалось без особых репутационных потерь пройти двухтысячные. Не всем так повезло. Коллега Эрнст, с которым Любимов когда-то «на пузе», втайне от милиции, вывозил кассеты с отснятым материалом, прочно ассоциируется сейчас с властью. Любимов, в своё время бывший первым замруководителя телеканала «Россия», теперь возглавляющий РБК-ТВ, принадлежащее Михаилу Прохорову, имеющий звонкий ряд госнаград, так и остался символом свободных 90-х. Возможно, дело в личности. 

В Иркутск Любимов прибыл с мастер-классом на фестиваль «Байкальская пресса». «Не читал и не видел ваши творческие… – Тут он задумался и подобрал слово: – Творческие достижения». Он действительно подкупает тем, что на равных с любым человеком, априори подозревая за ним талант и «творческие достижения», хотя человека, по сути, ещё не знает. Любопытство к людям и вера в то, что они хорошие и интересные в общем, выделяют его в ряду других крупных медиаперсон. «Любопытство и трудолюбие – главные качества журналиста», – говорит Любимов. Безусловно, этот человек культивирует общепонятную обаятельность как политический инструмент. И это продаваемо. Он действительно нравится всем: и оппозиционерам, и власти. И даже тем, кто его критикует. 

«Повлияла ли программа «Взгляд» на развал СССР?» – вопрошали журналисты и даже пытались выяснить, не финансировалась ли из-за рубежа команда «Взгляда». «Если вам кажется, что она повлияла, то я польщён. Сами и финансировали, я с 1998 года в бизнесе». – «Почему у вас на столе яблоки?» – «Не знаю, положили». – «Куда делся Познер?» – «Никуда не делся, программу ведёт». – «Испытываете ли вы ностальгию по эпохе Ельцина?» – «Я не испытываю ностальгии ни по чему, мне интересно, что я ещё сделаю, а не то, что уже прошло». 

«За поколение я отвечать не готов, могу отвечать за себя»

Давая оценку современному состоянию прессы, Любимов признал: в 90-е «свободы слишком было в избытке», именно поэтому сегодня в России сложилась ситуация, когда журналисты «не совсем ко двору, не совсем в чести». Двухтысячные годы показали, что их пытались всячески «усмирять». «Не знаю, как у вас тут, но в целом по стране, и федеральные СМИ переэксплуатировали эту свободу, – сказал Любимов. – Аудитория, как следствие, довольно серьёзно разочаровалась в четвёртой власти, в том, что СМИ могут защищать чьи-то интересы, помогать». 

Тут же, на мастер-классе, выяснилось, что разница в оплате работы московского журналиста и журналиста, к примеру, из посёлка Мама Иркутской области достигает 

10 раз. «У нас такие ключевые люди зарабатывают где-то 200, журналисты – 70–120. Кстати, вакансии всегда есть, – уточнил Любимов. – Если вы сделаете что-то, что меня удивит, и это будет лучше, сильнее, качественнее, чем то, что делаю я, вы сразу получите у меня работу». Своим коллективом он доволен, но заметил: современные журналисты стали более прохладно относиться к «борьбе за идею», зато хорошо понимают, где деньги лежат. 

– Действительно, если у человека кредит на «Форд-Фокус», ждать от него больших целей, как когда мы делали «Взгляд», посвящения себя какой-то борьбе, наверное, не надо, – сказал Александр Любимов. – Требовать от него такого фанатизма, наверное, бессмысленно. Ну и глуповато. Надо соотносить свои желания с реальностью…

– … с «Форд-Фокусом».

– Ну да, с «Форд-Фокусом». Я как действую? Во-первых, считаю, что есть авторитет главного редактора. У меня свой стиль управления, я стараюсь их (сотрудников РБК-ТВ) немножко раскрепощать. Неплохо получается, мне нравится, что они делают. Это тяжёлый труд для руководителя – повышать качество своего продукта. Нужно с журналистами работать, они сами этого не сделают.

– Вам не кажется, что именно ваше поколение журналистов, которое было свободно, но и делало всё, что хотело, привело к тому, что в отношении современных журналистов действуют очень жёсткие правила? Они должны быть предельно зависимы и ответственны.

– За поколение отвечать не готов, могу отвечать за себя. Если есть вопросы по поводу моей безответственности, пожалуйста, вы их можете задать. Я переживаю за те единичные факты, которые были, а поскольку нахожусь в профессиональной аудитории, призываю вас не бояться, но нести за то, что вы делаете, ответственность, прежде всего внутреннюю. Публиковаться, быть при этом сильными и понимать, что мы все можем ошибаться. Другое дело, если вы намекаете, что я последовательно занимал какую-то политическую линию в интересах кого-то за деньги, тогда предъявите. Думаю, что это можно предъявить НТВ, уникальному журналистскому коллективу имени Владимира Гусинского. Что касается ОРТ, где я и программой «Время» руководил, и делал другие проекты, то, пожалуйста, давайте конкретно. А если говорить об ответственности, то это касается не только журналистов, это касается всех нас. Мы потихоньку, более 20 лет, осваиваем свою свободу с пониманием ответственности. 

Вообще-то нужно всегда быть готовым к ошибке. И уж если она совершена, надо извиняться, заметил Любимов и рассказал об одной, за которую ему до сих пор стыдно: 

– Командующего внутренними войсками СССР уволили из-за нашего сюжета (программы «Взгляд». – Авт.). Наш корреспондент по-ехал в Форос и сделал сюжет о том, что под видом учений внутренних войск была заблокирована резиденция президента СССР. Это была неправда, но сюжет был убедительный. Потом судьба так распорядилась, что мы с ним встретились в гостинице «Космос», где тот работал руководителем службы безопасности. Он сам ко мне подошёл. 

– Он вас простил?

– Не знаю, вряд ли он меня простил, ему было приятно, что я извинился. 

«За поколение отвечать не готов, могу отвечать за себя»

От ошибок не застрахован никто, в том числе и сейчас, когда ответственность в журналистике стала более ценной категорией, чем в 90-е, заметил Любимов. На РБК-ТВ, рассказал он, журналистов приучают быть свободными, но при этом отвечать за свои слова. Тем не менее специфика профессии такова, что «идиотских историй» избежать трудно. Одна из них произошла совсем недавно. «Умер Борис Абрамович Березовский. Случайно получилось, что мы первые об этом сообщили, – рассказал Александр Любимов. – Редактор звонил Доренко, звонил на его старый телефон. И, скажем, так достали человека, что он решил прикинуться Доренко и выступил в эфире. Для меня это странно – Серёжу Доренко знает вся страна. Очень странно, что наш редактор не узнал голос… Бывают такие вот вещи». 

– Ваше видение будущего газет?

– Вы знаете, у нас в разговорах часто путают, что такое газета. Это же люди, коллектив. Неважно, как она появляется – на бумаге, в электронном виде. Мне всё это напоминает ситуацию с «Ленфильмом». Это здание, где снимали фильмы режиссёры. За что там бороться? Нет, собираются интеллигентные люди, пишут письма президенту. Но в нашей-то памяти останется не здание «Ленфильма», а ленты этих режиссёров. Так и здесь – какая разница, каким способом вы приходите в свою аудиторию? Единственное, что любопытно, – это восприятие конкретной аудитории. К примеру, объём интернет-жизни в англосаксонских странах принципиально выше, чем в континентальной Европе. Они просто культурно различны. Во Франции, к примеру, 30% семей считают наличие компьютера в доме разрушением национального характера французов. 

«И в Иркутске, и в Вашингтоне, и в Париже…»

Александр Любимов не разделил общепринятых опасений, что блогосфера, социальные сети и самостийные интернет-СМИ могут убить профессиональную журналистику. «На YouTube 60% контента делают профессиональные телевизионщики, – сказал он. – Их доля нарастает постепенно. Да, сначала это был мальчик, который снялся полуголый в эротической позе. Хоумвидео такое. Но это всё уходит, востребованным становится качественный продукт, качественная журналистика». 

Журналисты пожаловались: блогеры бравируют тем, что у них информация появляется более оперативно. «На мой взгляд, главное отличие любого гражданина, который хочет высказаться, от журналиста в том, что человек в блоге высказывается безответственно, – заметил Александр Любимов. – И поэтому интерес к нему может быть определённое время, к его острым политическим взглядам, к его интересным едким комментариям, но в целом публика ориентируется на ответственную информацию. Не на то, что вы сообщили первым, а на то, что вы сообщили важное. Ну а то, что Интернет даёт журналистам массу возможностей облегчать их работу, по-моему, хорошо. Я не вижу здесь пересечений». По оценкам Александра Любимова, навскидку в Иркутской области «человек сто» пишут в блогах, а их читают «бездельники в офисах», которые, «пока нет губернатора», сидят в Интернете и собственно составляют аудиторию ЖЖ. По России эта цифра «самое оптимистичное – 250–300 тысяч». «Конечно, блог – это отличная вещь, удобная, интересная. Но она породила некие ожидания. Нужна качественная информация, проверенная. Тут у журналистов конкурентов нет», – считает Любимов. 

– Понятно, что рынок СМИ очень маленький, – говорит он. – Он монополизирован государством, или квазигосударством, когда финансово-промышленные группы рвутся к власти. Созданная в двухтысячные вертикаль управления контентом, в которую входят в том числе и региональные СМИ, крепкая когда-то, разваливается. Потому что сущностно они плохо обслуживают население. Да, свобода – это не такая простая история. Не бывает, чтобы было одновременно и тепло, и свободно. Уходите в другие СМИ, создавайте свои. Да, они не будут такими популярными, вы не будете, может быть, иметь таких гонораров, как там, где вы были недовольны. 

– Есть ли в нашем обществе потребность в свободе слова?

– Потребность есть всегда. Но стоит вопрос об ответственности за свободу слова. Люди сейчас очень настороженно относятся к вопросу свободы. Им хочется абстрактную ценность почувствовать, ощутить, понять. На мой взгляд, свобода сегодня – это помочь гражданам организовываться и защищать свои интересы. Возьмём, например, ЖКХ, бизнес управляющих компаний. Там такой кладезь сюжетов. Людям нужно разъяснять, что они могут сделать, как могут воспользоваться своей свободой, помогать. А просто ругать или хвалить – такое вы не продадите публике.    

Сегодня, конечно, уже исчерпан ресурс прямой, абсолютной поддержки власти или оппонирования ей, – сказал Александр Любимов. – В этом люди, зрители, читатели не видят для себя никакого позитивного выхода. Я призываю вас тщательно и внимательно исследовать власть. Это сейчас главный субъект всех отношений в нашем обществе. Полагаю, если вы исследуете её корректно, пусть даже с негативными коннотациями, то люди во власти, которые являются носителями прогресса, должны понять… Борьба за свободу слова – это всегда борьба, она идёт каждый день. И в Иркутске, и в Вашингтоне, и в Париже. Профессия наша не отменяет этого главного условия – нигде никогда свобода не даётся без усилий. 

Читайте также

Подпишитесь на свежие новости

Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Важное