издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Через голубой Дунай

Через голубой
Дунай

28 марта на
берег голубого Дуная в районе
чехословацкого города Комарно
вышли части 252-й стрелковой дивизии,
в рядах которой находился уроженец
Иркутска С.И. Хейфец. Выпускник
офицерских курсов в сорок
четвертом, Семен Ильич участвовал в
схватках с врагом в период
Ясско-Кишиневской операции и тогда
же заработал свои первые боевые
награды. К Дунаю он подошел, уже
имея драгоценный боевой опыт.
Поэтому-то в звании всего младшего
лейтенанта Хейфец командовал
стрелковой ротой.

Утром на
следующий день командир полка
собрал офицеров подразделений и
зачитал им боевой приказ комдива
генерал-майора И.А. Горбачева на
форсирование Дуная.

— Кто хочет
выполнить задачу первым? — спросил
подполковник Чернышевич.

Поднялся
исполняющий обязанности командира
стрелкового батальона старший
лейтенант А.И. Пестерев.

— Товарищ
подполковник, разрешите моему
батальону…

Это был
батальон, в который входила рота
Хейфеца.

— Мы были
дружны с Алексеем Ивановичем, —
вспоминал Семен Ильич. — Пестерев
тоже сибиряк. Родился в Кяхтинском
районе Бурятии и был даже на год
младше меня. Еще до войны работал он
у нас на Лене, в Усть-Куте. На фронте
такие обстоятельства очень
сближают людей, конечно, тоскующих
по родным местам. А в боях старший
лейтенант проявил себя волевым и
настойчивым командиром, на
которого можно положиться.

В их
батальоне насчитывалось тогда
всего около ста бойцов. В роте
Семена Ильича — 23 или 24 человека.
Все части и подразделения дивизии
понесли чувствительные потери
более чем за два месяца непрерывных
боев.

Весь день
офицеры батальона вели тщательное
наблюдение за действиями
противника, изучали его оборону и
расположение огневых точек на
противоположном берегу. Готовили
переправочные средства: лодки,
позаимствованные у местных
рыбаков, да свои надувные,
резиновые. Надежда на то, что ночь
будет темная и прикроет своим
крылом, не оправдалась. Гитлеровцы
с наступлением темноты пускали все
время осветительные ракеты и
вешали "люстры" над рекой.

Все же в час
тридцать батальон в составе двух
стрелковых рот, взвода
противотанковых ружей и приданного
саперного взвода начал
форсирование Дуная. Конечно,
фашисты заметили десант, но до поры
до времени огня не открывали.
Только когда до берега оставалось
метров 150—200, они ударили из
пулеметов и автоматов, рядом с
лодками, переворачивая их, стали
рваться снаряды и мины, послышались
стоны раненых.

В этой
начавшейся сумятице Семен Ильич не
растерялся. Он приказал открыть
ответный огонь и тут же, не
дожидаясь, когда нос лодки ткнется
в берег, спрыгнул в воду:

— Вперед, за
Родину! Ура!

— Ура-а! —
подхватили десантники, выпрыгивая
на берег.

На дамбе
закипел рукопашный бой. Стихли
пулеметные очереди. Только коротко
огрызались автоматы да щелкали
одиночные выстрелы. Уже через
несколько минут часть дамбы была
очищена от врага, а к утру на ней
закрепился весь батальон.

Вскоре враг
предпринял первую контратаку,
которую отбили без особого труда.
Потом контратаки следовали одна за
другой. Противник ввел в бой танки и
бронетранспортеры. Бронебойщики
лейтенанта Потапова, подбив
несколько машин, заставили
фашистов отступить.

— Но и наше
положение ухудшилось, — вспоминал
Семен Ильич. — Был разрушен
командно-наблюдательный пункт
батальона, а главное разбита рация,
что затруднило связь с полком.
Оставались еще сигнальные ракеты, и
мы могли вызывать артиллерийский и
минометный огонь. Но скоро и они
кончились. Подходили к концу и
боеприпасы. Одним словом, положение
на плацдарме становилось
критическим…

Танковый
снаряд разорвал командира
бронебойщиков лейтенанта Потапова,
прозванного москвичом, хотя был он
уроженцем Калужской области. Но
учился и работал до войны в Москве и
любил рассказывать о столичной
жизни.

Погиб и
замполит старший лейтенант
Кильдяков, умевший находить слова,
что западали в солдатские души.

Теперь
комбат сам старался поднять боевой
дух.

— Скоро к нам
прибудет подкрепление, — говорил он
бойцам. — До его прихода надо
продержаться. Фашистов бить только
залповым огнем.

И когда
противник начал очередную атаку,
батальон встретил вражеские цепи
залповым огнем. Тут же, по приказу
своего командира, бойцы поднялись
из полуразрушенных окопов и с
криком "Ура!" бросились на
гитлеровцев.

Натиск
десантников был столь ошеломляющ,
что они достигли окраины Комарно и
завязали уличный бой. Семен Ильич в
нем уже не участвовал — он был
тяжело ранен.

Вскоре, как и
обещал комбат, сюда подтянулся весь
полк. Он стал пробиваться навстречу
морякам Дунайской флотилии,
вступившим в город с востока.
Совместными усилиями солдат 252-й
стрелковой дивизии и моряков
Комарно был освобожден. Всем
офицерам десантного батальона, в их
числе и нашему земляку С.И. Хейфецу,
было присвоено звание Героя
Советского Союза. Д.С. Потапову и
М.А. Кильдякову — посмертно.

Читайте также
Фоторепортажи
Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Adblock
detector