издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Отец не бьет, отец воспитывает...

Отец не
бьет, отец воспитывает…

Елена ТРИФОНОВА,
"Восточно-Сибирская правда"

"Семья без
страха, общество без насилия" —
под таким девизом в Иркутске прошел
семинар, организованный в рамках
новой программы американской
некоммерческой корпорации
"Проект Гармония". Насилие в
семье — проблема глобальная,
поэтому и бороться с ней нужно всем
миром. Программа "Сотрудничество
местных сообществ по проблеме
насилия в семье" предполагает
совместную работу американских и
иркутских специалистов. У нас такие
специалисты есть, есть целые
организации, занимающиеся этой
проблемой. Прежде всего, это Союз
женщин "Ангара" и Иркутский
кризисный центр для женщин.
Обменяться опытом с иркутянами из
Америки приехали люди, в силу своей
профессии каждый день
сталкивающиеся с жертвами насилия:
прокурор, полицейский, сотрудник
приюта для женщин, пострадавших от
насилия, и консультант для
мужчин-обидчиков. В рамках семинара
для специалистов в области
здравоохранения, образования,
социальной защиты, охраны
правопорядка втечение десяти лней
проводились "круглые столы" на
различные темы. Среди них —
"Изнасилование и сексуальные
оскорбления", "Методика и
методология работы с жертвами
домашнего насилия", "Программа
работы с агрессорами" и другие.

Родное
чадо стоит шлепнуть?

Все это темы
серьезные, достойные отдельного
разговора и, бесспорно, требующие
вмешательства специалиста. Но была
среди них одна, в которой мы все
считаем себя профессионалами, —
"Влияние домашнего насилия на
детей". Когда речь идет о
воспитании нашего ребенка, мы
твердо уверены, что знаем, что для
него хорошо, и специалисты здесь
нам не совет. Уж кто лучше отца и
матери видит, когда родное чадо
стоит шлепнуть, где на него
прикрикнуть. Разве это насилие? И
вообще, отец не бьет, отец
воспитывает. Речь при этом не идет о
клинических случаях насилия, когда
родители смертным боем бьют своих
чад, хотя таких семей
предостаточно. Легкий подзатыльник
или порка пойдут ребенку только на
пользу. Эту "аксиому" мы
впитали с молоком матери.

Согласно
исследованиям, проведенным
специалистами кризисного центра
среди третьеклассников одной из
иркутских школ, 48 процентов детей
регулярно подвергаются порке.
Основными причинами недовольства
родителей дети называют плохое
поведение и плохие отметки. На
самом деле все гораздо сложнее. Мы
бьем детей потому, что били нас и
нам "это не причинило вреда".
Мы вымещаем на детях обиду на
собственных родителей и
отказываемся в этом признаться.
Большинство детей после битья
испытывают страх, боль, ненависть,
обиду, унижение. Настораживает, что
некоторые отметили радость, кое-кто
— смелость и чувство вины. Есть и
такие, кто не испытывает вообще
ничего. Дети начинают думать, что
насилие — это проявление любви.
Кстати, на этой почве взрастает
много извращений. Перечисленные
чувства вряд ли ведут к осознанию и
просветлению и менее всего имеют
педагогическую ценность. Тем не
менее дети после полученного урока
прекрасно понимают, что от них
требуется: "не нарываться"— 6%,
хорошо учиться — 40%, хорошо себя
вести — 7%. Им некуда деваться, они
принимают предложенную модель
отношений и начинают к ней
приспосабливаться.

Что из этого
получается?

Посеешь
ветер — пожнешь бурю

Получается,
что уже в детстве мы имеем
маленького приспособленца и
лицемера. Пример из практики
Иркутского кризисного центра.

Мальчик 15
лет, 9 класс:

— Я
психически ненормальный, пусть
одноклассники не лезут, пусть
знают, с кем имеют дело. Дерусь, а
что, вы хотите, чтобы я был слабым,
чтобы меня никто не боялся, меня же
растопчут! Дома я другой, там я
стараюсь не высовываться, веду себя
тихо, а то можно от отца и кулаком по
"болвану" заработать.

Комментарий
психолога.

Поведенческая
ситуация отчетливо показывает, как
и почему ребенок перенимает
отцовскую схему поведения.
Вырастая в ситуации насилия, он
весь мир воспринимает как
угрожающий, от которого требуется
непрерывно защищаться. А лучшая
защита — нападение. Как отец
самоутверждается в семье за счет
слабого — собственного сына, так и
мальчик самоутверждается в кругу
ровесников, демонстрируя силу и
агрессивность. Ту же схему он будет
демонстрировать, когда вырастет в
своей семье, в социуме, везде, где
будет ощущаться угроза его
самооценке.

Ребенок
усваивает главное: кто сильнее, тот
и прав. И можете не сомневаться, по
этому принципу он будет строить
собственную семью. В отношениях
маленький человечек выбирает свою
роль либо жертвы, либо агрессора,
третьего не дано. Причем мальчикам
наш менталитет усиленно навязывает
вторую (не плачь, ты же мужчина, ты
должен быть сильным), а девочкам —
первую (ты должна быть послушной и
аккуратной, ты же девочка).
Усвоенная в детстве модель насилия
воспроизводится потом и в
социальных институтах: в армии,
школе, государстве. Люди,
воспитанные посредством ремня и
крика, наиболее восприимчивы к
политической демагогии, ими легко
манипулировать. Это они готовы
вырезать найденных политиками
козлов отпущения — представителей
"нечистых рас", сексуальных
меньшинств и т.д. Привычка
слушаться сильного рождает
готовность подчиниться любой
власти, напоминающей власть
родителей.

Но это еще
далеко не все. Домашнее насилие
может отрицательно сказаться на
психическом здоровье ребенка. У
него появляется повышенная
тревожность и агрессивность,
заниженная самооценка и проблемы с
учебой. Другой вариант — плохое
поведение и правонарушения. Более
того, такой ребенок психически уже
готов стать наркоманом или
алкоголиком. Безжалостная
статистика утверждает, что 90
процентов осужденных в детстве
испытывали на себе семейно-бытовое
насилие. Западные исследователи
отмечают, что распространенность
умственной отсталости среди детей
обычно составляет 2-3 процента, а
среди детей, подвергающихся
жестокому обращению, она доходит до
30-40 процентов.

Нам
закон не писан

В
благополучной Швеции еще в 1978 году
был принят закон, запрещающий любые
виды телесных наказаний. При опросе
общественного мнения 70 процентов
респондентов высказались против
данного закона. В 1997 году эта цифра
упала до 10 процентов. Менталитет
шведского населения радикально
изменился всего за 20 лет. В условиях
российского социума это пока
невозможно. Кроме предрассудков и
вековых традиций, хвататься за
ремень нас подталкивают тяжелые
экономические условия жизни. Мы
просто срываем зло на ребенке за то,
что не хватает денег на еду, нечем
платить за квартиру, муж — пьяница,
а начальник — хам. И все-таки мы
должны понимать, что делаем и
помнить о последствиях телесных
наказаний.

Начиная с 1998
года на базе иркутской школы N 24
работает Центр по защите прав
детства и юношества. Это
партнерский проект некоммерческой
общественной организации Союза
женщин "Ангара" и кризисного
центра. Цель его работы — создание
процедуры и механизма защиты прав
ребенка по личному обращению. При
центре работает детская телефонная
линия. Вторая линия организована
при сотрудничестве с восточным
факультетом — ИрГТУ. Обе линии
принимают все звонки без
исключения и от взрослых, и от
детей. "Динамика телефонных
обращений постоянно растет,—
говорит директор кризисного центра
Людмила Свистунова. — За этот год к
нам обратилось более 5 тысяч
человек. Это не значит, что насилия
стало больше, просто люди начинают
осозновать, что проблема
существует и ее нужно решать."

Горячие
линии кризисного центра:
(3952)51-19-66, 39-83-50.

Читайте также
Фоторепортажи
Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Adblock
detector