издательская группа
Восточно-Сибирская правда

«Водная шизофрения»

Китай пошёл по миру с протянутой трубой. И в минувший вторник добрался до Иркутска. Проект водовода от Байкала до китайского города Эрлянь почти в 2 тысячи километров был презентован на заседании Восточно-Сибирского отделения Академии проблем водохозяйственных наук. Несмотря на то что автор сразу заявил: «Это только идея», научная общественность достала калькуляторы и просчитала всё. И даже уровень падения Байкала в случае откачки в Китай 500 млн. куб. м воды в год. «Как только начинается март, начинается водная шизофрения», – резюмировал один из участников.

«Давайте обсудим спокойно, корректно, как положено», – ещё вначале попытался унять коллег заместитель директора по научной работе Института географии Сибирского отделения РАН Леонид Корытный. Он заметил, что даже «самые нелепые» проекты достойны рассмотрения. Учёные плотоядно ухмыльнулись. И начали слушать. Идея протянуть трубу от китайского города Эрлянь до Байкала возникла у главного редактора проекта «Азиатское иллюстрированное обозрение» Владимира Бережных. Возникла, как он сам пояснил, случайно. В октябре Бережных был в Китае на втором Эрляньском экономическом форуме. Городок Эрлянь на границе с Монголией ещё в 2006 году имел население 16,3 тысячи жителей, в  2010 – уже более 100 тысяч. По китайским меркам численность – на скромную деревеньку. Но у деревеньки свой экономический форум, и по итогам первого местного БЭФа народное правительство Китая выделило Эрляню 60 млн. долларов на первый этап реализации проекта транспортного экспортного коридора на участке от Эрляня до Улан-Батора, Улан-Удэ и Иркутска длиной около 1750 км. 

Эрлянь ширится и растёт и к 2020 году планирует увеличить население до 200 тысяч. Но больше не будет, сообщил Владимиру Бережных мэр Эрляня господин Мэн Сяньдун. Питьевой воды на всех не хватит. В Китае эта проблема решается радикально. Взяли и повернули реки с севера на юг. КНР всерьёз занялась постройкой системы водоводов на своей территории. У Эрляня есть возможность присоединиться к проекту водовода опреснённой воды от Бохайского залива до города Шилин-Хото и далее на озеро Лобнор. Так, наверное, оно и было бы, не задай Владимир Бережных господину Мэну Сяньдуну вопрос: а почему бы не построить водовод параллельно транспортному коридору в Иркутск? Бережных, по его словам, даже и ответа не ждал, а китаец среагировал быстро: если будет на то российская политическая воля, «мы его построим за 2-3 года». «Он сказал это с такой уверенностью, что я тоже уверился: у них давно это всё просчитано», – говорит Бережных. Китайцы готовы покупать воду. 

Автор идеи даже поделился некоторыми техническими деталями проекта. «Есть инфраструктура для транспортировки воды. Это труба», – поведал он. Годовые объёмы «откачки» воды в Китай – около 100 млн. куб. м в год. Цифру эту взял Бережных, как может показаться сначала, не с потолка. Она эквивалентна сбросам в Байкал БЦБК. У китайцев, судя по всему, аппетиты и того выше. Если переводчик правильно перевёл Владимиру Бережных ответ мэра, то потребность Эрляня не менее 500 млн. куб. м в год. 

– А сколько это кубов в секунду? – тут же заинтересовался директор Байкальского музея Владимир Фиалков. В зале поднялся гул – учёные схватились за блокноты, телефонные калькуляторы и, не выходя из зала, начали экспертизу мифического водовода. Ангара выносит из Байкала около 63,3 млрд. куб. м воды в год, примерно столько же поступает с притоком. 500 млн. куб. м в таком объёме вроде бы незаметны. Однако это невосполнимые потери. Вода по трубе уйдёт и никогда не вернётся. Если сток уменьшится, наверняка пойдут энергетические потери на Ангарском каскаде.  

– Вы не задумывались о том, что Байкал является водохранилищем многолетнего регулирования для Ангарского каскада? И в условиях экстремальной водности это будет для нас очень и очень неприятно, – считает заведующая сектором прогнозирования природно-климатических процессов лаборатории энергетической безопасности  ИСЭМ СО РАН Тамара Бережных. – 63,3 кубокилометра – это средний многолетний приход. А бывают крайне маловодные годы – около 30 кубокилометров. 

Она заметила, что Монголия сейчас ведёт активные работы по отбору воды с притоков Селенги, которая на 50% наполняет Байкал. В этом случае постройка водовода в Китай – это «двойной отбор воды». Да и гнать воду по трубопроводу в 2 тысячи километров, когда она уже через 10 км теряет свои микробиологические и газовые составляющие, – это глупо, считают учёные. В мире имеется опыт перекачки питьевой воды всего на 300 км. На выходе через две тысячи километров вместо питьевой будет болотная вода. 

Учёных смутили и аппетиты господина Мэна Сяньдуна. Заведующий лабораторией георесурсоведения и политической географии Института географии СО РАН доктор географических наук Леонид Безруков посчитал, что потребность трёх городов Пекинской агломерации при минимальных затратах питьевой воды на человека – это почти три кубокилометра в год. А вот маленький Эрлянь при таких же условиях мог бы обойтись 20 млн. куб. м в год. Куда ему ещё 480 млн. куб. м – вопрос. Потому что подавать 20 млн. куб. м по водоводу почти в 2 тысячи километров – это нонсенс. 

– Что эта труба нам даст? – спросила Тамара Бережных.

– Она деньги нам даст, – заявил Владимир Бережных. Но какие, уточнить не смог, ведь он пришёл пока только с идеей, а не с финансово-экономическим планом. Он предложил ориентироваться на цены платы населения за воду на Западе – около двух евро за кубометр. И за основу «взять хотя бы половину». Заведующий лабораторией биогеохимии Лимнологического института СО РАН кандидат геолого-минералогических наук Александр Сутурин считает, что такие объёмы китайцам нужны по вполне прозрачной причине: сразу на выходе трубы из России они поставят завод и будут разливать «Байкальскую воду». «3-4 европейских завода по полтора-два миллиарда литров годового выпуска на Байкале дадут прибыль гораздо большую, чем любой из водоводов», – считает Александр Сутурин. Вопросы сыпались на Владимира Бережных, как ковровая бомбардировка. Так что Леониду Корытному даже пришлось унимать коллег: «Да не специалист Владимир Викторович!». 

«Как только начинается март, начинается водная шизофрения», – заметил Александр Сутурин, дипломатично оговорившись, что «к присутствующим это не относится». – Мне либо звонят, либо приходят от одного до трёх человек в день с предложениями по байкальской воде». По его словам, за последние пять лет было озвучено пять предложений по проведению труб с Байкала в самые разные места. Список авторов идей внушительный: Владимир Жириновский, Сергей Миронов, Юрий Лужков. Соратник Виктора Черномырдина Владимир Полеванов с коллегой по фамилии Давиденко и вовсе написали книгу «Байкал – козырной туз России». «Так вот там предлагается переброска трубопровода до Португалии!» – поведал Александр Сутурин. 

«Достаточно безответственная идея», – резюмировал один из учёных. «Не стоит так резко, это ведь всего лишь идея», – заметил Леонид Корытный. В ответ Владимир Бережных сказал, что всё это убедило его продолжать свой проект. «Я могу сказать одно: нам более страшен Китай, совершенно лишённый водных источников, обозлённый и бряцающий оружием», – сказал Бережных, чувствуя, видимо, за собой поддержку многомиллиардного китайского народа. Уже после обсуждения, когда учёные расходились, кто-то выдвинул гениальную идею: раз уж авторы сравнили объёмы откачки воды в Китай со сбросами БЦБК, так, может, китайскую трубу «заварить» на трубу стоков комбината? Пусть БЦБК отправляет стоки напрямую в Эрлянь. 

Читайте также
Свежий номер
Фоторепортажи
Мнение
Проекты и партнеры