издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Такие разные и такие любимые...

Такие
разные и такие любимые…

"Кого вы вспоминаете
прежде всего при слове
"учитель"? Какую роль сыграл
учитель в вашей судьбе?" С этими
вопросами мы обратились к людям,
чьи имена хорошо известны в нашей
области: они добились в жизни
многого, стали достойными,
уважаемыми людьми, профессионалами
в своем деле. О своих наставниках,
тех, кто помог им состояться
человечески и профессионально,
сегодня рассказывают:

Гелий
Александрович ЖЕРЕБЦОВ —
заместитель главы областной
администарции, председатель
президиума Иркутского научного
цетра, академик РАН:

— Мне везло
на учителей. Я учился в Тайшетской
железнодорожной, и до сих пор
большинство учителей помню по
именам, настолько яркими людьми они
были. Вот Иосиф Лаврентьевич
Кашевский — директор школы,
преподаватель истории:
удивительные вещи он открывал нам,
они до сих пор мне в жизни
пригождаются. Вот Валерия
Михайловна Малова — уроки химии у
нее были, как уроки поэзии: все
красиво, ясно, четко. Вот Василий
Федорович Лепешкин: география для
нас была как клуб кинопутешествий —
так рассказывал, будто сам везде
побывал. Но самый глубокий след
оставил физик Александр Андронович
Коляда: вот уж действительно
учитель от бога.

А среди
университетских преподавателей
главным для меня стал Валерий
Михайлович Поляков, большой ученый,
создавший мировую школу по
исследованию верхних слоев
атмосферы. Его ученики — повсюду, и
я горжусь, что в их числе. С годами
мое отношение к нему как ученика к
учителю не проходило, я всегда с
уважением относился к его
замечаниям и советам… Встреча с
Валерием Михайловичем определила
всю мою жизнь.

Елена
Сергеевна МАЗУРЕНКО — актриса
Иркутского областного
драматического театра им. Н.П.
Охлопкова, заслуженная артистка
Российской Федерации:

— Я очень
любила школ, с ней связаны все самые
светлые воспоминания. А
олицетворением всех учителей стал
для меня Петр Иванович Аникеев,
директор усольской школы N 15, где я
училась. Помню, мы только-только
переехали в новое здание, он ходил
по классам и просил, чтобы мы
бережно ко всему относились,
показывал, как можно взять совсем
чуть-чуть пасты и отчистить парту
до блеска. Вот что удивительно: он
был директором, но его никто не
боялся. Его просто любили, уважали
настолько, что и хулиганить-то при
нем было стыдно. В школе царил
порядок, все старались прийти в
сменной обуви, не потому, что
заставляли, а потому что все за
классом следили, хотели, чтобы было
чисто. Рядом с ним чувство Родины,
патриотизма, само собой
воспитывалось — такой это был
человек.

Но главное,
что он сделал, — мы с ним вместе
посадили вокруг нашей школы тополя.
Я училась тогда в 5 классе, и он нам
говорил: запомните, ребята, каждый
свое деревце и ухаживайте за ним,
дерево в жизни должен посадить
каждый. С тех пор прошло много
времени, тополя наши тоже стали
взрослыми, и школу за ними совсем не
видно. Каждый раз, когда я приезжаю
в Усолье — у меня там мама
похоронена, — я всегда говорю своим
детям: смотрите- во-он там мое
деревце, большое-большое… Я его
знаю.

Евгений
Георгиевич ГРИГОРЬЕВ — директор
центра реконструктивной и
восстановительной хирургии СО
РАМН, зав. кафедрой госпитальной
хирургии ИГМУ, член-корреспондент
РАМН:

— Очень
хорошо помню свою первую
учительницу Елизавету Васильевну
Чернявскую, я учился тогда в
Заярске Братского района. Кажется,
все свое время она проводила с нами,
а не в семье. А класс был большой,
сорванцы приличные. Но она
настолько терпеливо, по-доброму к
нам относилась, что все
неприятности, которые мы ей
доставляли, переживала как будто
легко. Во всяком случае, так
казалось. Мы любили Елизавету
Васильевну, оттого и учеба была в
удовольствие.

А первым, кто
ввел меня в профессию — это уже в
мединституте, — была Александра
Васильевна Серкина. Благодаря ей я
начал что-то понимать в хирургии. Но
главным моим учителем стал
Всеволод Иванович Астафьев. Какой
это был блестящий организатор! Уже
25 лет назад он понимал, что хирургия
не может развиваться, если будет
ориентироваться только на
скальпель, на прежние
представления, что нужны
современные, мощные технологии.
Именно он начал оснащать областную
больницу новыми прекрасными
приборами, хотя давалось это
чрезвычайными усилиями.

Умер
Всеволод Иванович недавно, я
простился с ним за 2 дня до смерти.
Был в это время в Москве, на
конгрессе хирургов, пришел к нему в
реанимацию. Выглядел он истощенным,
на себя не походил и только глаза —
Всеволода Ивановича. Он обернулся,
подозвал к себе рукой: "Ну,
расскажи, какие у тебя проблемы?"
Это у меня-то проблемы, когда ему
осталось жить два дня…

Я благодарен
всем своим учителям — и школьным, и
вузовским, и нынешним. Человек все
знать не может, учиться должен
постоянно. Хорошо, если рядом
мощные учителя. Я в этом смысле
счастливый человек.

Леониод
Аполлонович ВЫГОВСКИЙ — начальник
Главного управления общего и
профессионального образования
областной администрации,
заслуженный учитель Российской
Федерации:

— У нас в
Жигаловской школе в 50-х годах было
много мужчин. Бывшие фронтовики, с
наградами, хоть и без большого
образования — за плечами в основном
педучилище. Никаких развивающих
методик они в то время не знали,
зато мастеровитые были, рукастые:
мы вместе с ними стрелковый тир
оборудовали, школу летом
ремонтировали, сад прекрасный
разбили. И условия финансовые тогда
ведь не лучше были, но настрой
другой.

Но всеобщим
любимцем был Григорий Тимофеевич
Сазонов, преподаватель физики.
Статный, красивый, знающий свое
дело. Он совершенно покорил нас
своей мудростью, хотя говорил очень
просто и доступно. Вот уж про кого
можно сказать — пропадал в школе. С
ним вместе мы физический кабинет
оборудовали, схемы приемников
клепали… Мы были просто им
очарованы. Двоек он никогда не
ставил, хотя и всепрощенцем не был.
"Ну что же ты", — скажет только,
но для нас этого было достаточно. И
никогда не предавал нас. Что самое
важное — он нас учительскому
ремеслу учил. За 3 года общения он
так свою профессию преподнес, что
мы и не мыслили кем-то другим стать.
Из 28 моих одноклассников 14 пошли в
учителя. И я в их числе.

Сейчас
Григорий Тимофеевич на пенсии.
Когда я бываю в Жигалово, то
непременно навещаю его, и мы
подолгу разговариваем — о жизни, о
школе, о детях…

Элла
Львовна КЛИМОВА — корреспондент
газеты "Восточно-Сибирская
правда":

— Моя
школьная жизнь началась 1 сентября
в первый послевоенный год. Город
Сталино (нынешний Донецк) весь
лежал в развалинах. Поэтому сначала
мы учились в подвале. Первую
учительницу звали Раиса
Александровна Рудь. Была она
высокая, аккуратно причесанная и
словно бы застегнута на все
пуговицы. Все первые 4 года учебы я
помню ее в одном и том же темном, до
блеска потертом костюме. Нам
казалось, что она не умеет
улыбаться. Но потом мы поняли, что
улыбка — это не основное. Когда ей
нравился чей-то ответ или чья-то
работа, она могла ненароком
погладить по голове или положить
свою руку на плечо. И нам было очень
тепло от этого. Родителей она не
вызывала, плохие отметки ставила
редко, на нас не кричала. И на каждой
перемене выводила нас из подвала во
двор — на воздух, на солнышко.
Большую перемену мы ждали особенно:
она стояла на самой первой
ступеньке, у двери на улицу, и
держала в руках не то тарелку, не то
поднос с черными булочками. Их было
ровно 31, по числу детей. И, выпуская
нас на улицу, она каждому давала
булочку. Мы их мигом проглатывали.
Но мы никогда не задумывались,
почему ей булочки не доставалось.

И вот сейчас
я оглядываюсь на это время страшной
разрухи, нищеты и понимаю: школа
была доброй. Эта доброта,
полученная с черными булочками из
рук моей первой учительницы Раисы
Александровны, до сих пор помогает
мне.

Читайте также

Подпишитесь на свежие новости

Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Важное