издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Турист на Байкале: во благо или во вред?

Турист
на Байкале:
во благо или во вред?

Георгий
КУЗНЕЦОВ, "Восточно-Сибирская
правда"

В Иркутске и Байкальске
состоялись заключительные
презентации результатов работы
проекта Тасис "Центры поддержки
предприятий в Байкальском регионе
и изучение возможностей развития
целлюлозно-бумажных комбинатов".

Напомню, что
Тасис (Tacis) — это программа
технического содействия развитию
стран Восточной Европы и бывшего
СССР, организованная и
финансируемая Евросоюзом.
Байкальский регион — Иркутская
область и Бурятия — одна из
территорий, где программа
Евросоюза реализуется особенно
активно. У нас, как правило, в любой
момент времени в работе находится
несколько проектов. При этом
наиболее крупные из них поделены на
подпроекты или компоненты разной
степени автономности.

Презентации,
на которые была приглашена пресса,
общественность, профессионалы и
представители власти, касались
двух компонентов названного
проекта: будущего БЦБК и
возможности развития
"цивилизованного туризма" в
Слюдянском районе как одного из
альтернативных направлений
развития экономики южного
Прибайкалья.

Замечу, что
тема будущего БЦБК особого
интереса у собравшихся не вызвала,
поскольку не несла в себе ничего
принципиально нового. Главными
вариантами решения проблем,
скопившихся вокруг БЦБК,
предлагались "возможности
развития целлюлозно-бумажных
комбинатов". Это следует уже из
названия проекта. То есть Тасис, в
ущерб собственному
профессиональному имиджу,
очередной раз с незначительными
изменениями предлагал пути, нами
уже изученные и отвергнутые, такие,
к примеру, как модернизация
целлюлозного производства.

Иностранные
эксперты почему-то никак не могут
понять, что производство целлюлозы
на Байкале для нас, сибиряков, это
не только экономическая и
экологическая, но и сложнейшая
гуманитарная проблема. Целлюлозный
комбинат на берегу нашего озера,
как образно выразился однажды
член-корреспондент РАН Михаил
Грачев в интервью
"Восточно-Сибирской правде",
это "лошадь в церкви": прямого,
измеримого вреда от пребывания
этого животного в храме может и не
быть, но будет оскорбление души.
Байкал для нас не просто водоем, не
только великий природный и научный,
но еще и колоссальный духовный
ресурс: назовите другой природный
объект, о котором было бы сложено
столько легенд и сказаний у разных
народов. Назовите другой природный
объект, который бы называли
священным православные христиане,
шаманисты, буддисты и
представители прочих религий.

Поэтому в
ближайшие десятилетия любые
проекты РАЗВИТИЯ целлюлозной
промышленности на Байкале
изначально обречены на провал.

Туризм — дело
другое. Тот туризм, что существовал
на Байкале до сегодняшненго дня,
был романтичным и познавательным. Я
бы даже сказал — духовным: костры на
берегу, рыбалка только удочкой,
лирические песни до утра,
самодеятельные стихи и рисунки,
посвященные священному озеру,
пешие, подчеркну — ПЕШИЕ, переходы…

До
сегодняшнего дня на Байкал (если не
брать во внимание незначительные
исключения) в качестве туристов
приезжала определенная категория
людей — любители природы.
Естественной, девственной, не
испорченной и не оскорбленной
"цивилизацией" природы. Такой
туризм не противоречил духовным
устоям Байкала и не успел себя
скомпрометировать. Такой туризм
остается в сознании россиян, как
минимум, приемлемой, а может быть, и
желанной экономической
альтернативой производству здесь
целлюлозы. В формирование такой
точки зрения прибайкальцев немалый
вклад внесло руководство БЦБК,
обустроив вблизи Байкальска
горнолыжную базу. Скажу больше, эта
база начала с ювелирной
осторожностью, как и требует
духовная материя, приучать
массовое сознание к тому, что
"бескорыстный" туризм,
оказывается, может быть
экономически выгодным, может быть
ИНДУСТРИЕЙ! Более того,
индустриальный туризм способен
обеспечить рабочие места для
некоторой части сегодняшних
целлюлозников, которые могут
остаться без работы при неизбежном
(рано или поздно это все равно
произойдет) закрытии БЦБК.

Есть у этой
альтернативы существенный
недостаток — малая изученность.
Этот пробел и постарались
заполнить иркутские финские
эксперты, провернувшие немалый
объем кропотливых
исследовательских работ.

По локальным,
неглубоким исследованиям,
проводившимся раньше различными
структурами по несогласованным
методикам, а также по умозрительным
заключениям с учетом жестких
экологических ограничений и крайне
низкой платежеспособности россиян,
сложилось мнение, что развитие
туристической индустрии на южном
Байкале вряд ли окажется
эффективным.

Андрей Ляпин,
один из экспертов нынешнего
проекта, в своем отчете подчеркнул:
"Наша статистическая система не
дает практически никакой
информации деловым людям, желающим
заняться туристическим бизнесом на
южном Байкале. Противоречие
совершенно очевидно: в жизни мы
видим тысячи людей с рюкзаками на
Кругобайкалке и Хамар-Дабане, а
официальные данные убеждают нас,
что этих людей на Байкале нет и не
было…"

К сожалению,
на момент презентации письменный
отчет о проведенных исследованиях
был еще не готов, а воспринять на
слух, осознать и осмыслить сотни
названных цифр сложно. Тем не менее,
судя по количеству вопросов,
заданных экспертам проекта, можно
утверждать, что эта тема
собравшихся заинтересовала.
Полученные результаты, несомненно,
будут востребованы.

Эксперты, к
примеру, утверждают, что в 1999 году
за летний и зимний туристические
сезоны в Слюдянском районе
побывало примерно 64 тысячи
туристов. Туро-дни (а это главнейший
показатель для организаторов
туристического бизнеса) при этом
исчисляются сотнями тысяч — в
среднем каждый турист находился в
Слюдянском районе 4-6 дней. Но около
половины приезжавших не
пользовались никакими услугами
туристических предприятий и,
следовательно, не принесли
практически никакой материальной
прибыли территории. Они и
представляют собой главный резерв
повышения прибыльности туризма.
"Диких" туристов нужно и можно
превратить в организованных.

Эксперты
Тасис утверждают, что, несмотря на
низкие зарплаты, ежегодный прирост
отдыхающих на горнолыжной базе
БЦБК, к примеру, где все услуги
платные, может достигать 10
процентов. Число участников
конференций и фестивалей в
Байкальске может ежегодно
увеличиваться на 11 процентов. А
организованная (т.е. оплачивающая
туруслуги и приносящая прибыль
территории) часть "любителей
природы" может прирастать с
каждым годом аж на 20 процентов. При
создании определенных условий
большие перспективы роста имеет, по
мнению экспертов, такая
специфическая категория туристов,
как "рыбаки и охотники", да и
другие категории.

Обоснованно
оспорить выводы экспертов или
согласиться с ними, напомню, было
трудно потому, что всю информацию
приглашенные принимали на слух. По
той же причине возникли споры и
разные толкования (порой до
обратных значений) одних и тех же
данных в кулуарных обсуждениях. И
самое, пожалуй, главное: не знаю,
будет ли присутствовать в
письменном отчете экспертов
экологический блок, связанный с
развитием туризма, но в устном
отчете эта важнейшая сторона
проблемы отсутствовала. А между тем
туристический бизнес, несмотря на
его внешний романтизм, относится к
экологически вредным видам
деятельности.

Раиса
Зайкова, ведающая на БЦБК
проблемами охраны окружающей
среды, после презентации, похоже,
даже расстроилась: "По поводу
перепрофилирования комбината мы не
услышали практически ничего
нового".

А вот
материалы по туризму Раиса
Матвеевна назвала ошеломляющими,
но не в смысле радужности
перспектив, а совсем наоборот:
"Оказывается, зимний туризм, на
который мы сделали ставку,
бесперспективен! Он не может
существенно увеличиться в объемах,
как бы мы ни старались и сколько бы
подъемников ни делали на своей
горнолыжной базе…"

Летний же
туризм, несмотря на выкладки
экспертов, Р. Зайкова считает не
очень перспективным. Во-первых,
из-за местных погодных условий
(летний Байкальск — одно из самых
"мокрых" мест на Байкале), а
во-вторых, из-за жестких
экологических ограничений. Она
утверждает, что по новым
экологическим нормам, которые
сейчас находятся в стадии
согласованя, Слюдянский район
сможет принимать в
трехкилометровой прибрежной
полосе менее 200 туристов в день.
Между тем, из прогноза авторов
проекта Тасис вытекает, что в
пиковые туристические периоды сюда
будет наезжать до 5-7 тысяч
отдыхающих…

— Зачем
помимо одной экологической
проблемы, я имею в виду наш БЦБК,
искусственно создавать вторую?! —
говорит Зайкова. — Если мы
стремимся к безусловному
исполнению Закона "Об охране
озера Байкал", то нельзя
развивать здесь туризм в таких
объмах…

Правда, Раиса
Матвеевна подчеркивает, что ее
слова — это пока даже не мнение, а
только первое, может быть, и не
вполне обоснованное впечатление.
Работа по туристическому
компоненту проекта Тасис проделана
большая. Удивительные и во многом
неожиданные данные и выкладки
экспертов необходимо изучить более
детально.

Читайте также

Подпишитесь на свежие новости

Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Важное