издательская группа
Восточно-Сибирская правда

"Я буду выздоравливать каждый день и всю оставшуюся жизнь", -- сказал на "круглом столе" один из наркоманов.


буду выздоравливать каждый день
и всю оставшуюся жизнь", — сказал
на
"круглом столе" один из
наркоманов.

Идея
провести "круглый стол" и
обсудить со специалистами и
представителями власти опыт
реабилитации наркоманов зрела в
редакции давно. В выпуске
"Дурман" мы часто рассказываем
о проблемах реабилитационных
центров. В Иркутске их четыре, они
работают по разным программам и, на
наш взгляд, успешно: имеются
десятки примеров отлучения
наркоманов от иглы. Однако
совершенно очевидно, что бесценный
опыт спасения молодых людей от
смертельного недуга не
поддерживается ни официальной
наркологией, ни властями.
Специалисты, работающие с
наркоманами и их семьями,
испытывают, прежде всего, дефицит
знаний о реабилитационных центрах,
использующих нетрадиционные
методы. Вот так и возникла идея
собрать медиков, педагогов,
сотрудников правоохранительной
системы, представителей
общественности и власти за одним
столом со специалистами,
занимающимися реабилитацией
наркоманов, и их выздоравливающими
питомцами.

На
"круглый стол" явилось раза в
три больше гостей, чем было
приглашено. И это еще раз
свидетельствует: проблема спасения
молодежи стоит очень остро, пора
уже городу повернуться к ней лицом.

Вот далеко не
полный список участников
"круглого стола": Геннадий
Истомин — зам. председателя
областного Законодательного
собрания, Людмила Короткевич —
начальник городского департамента
здравоохранения, Нина Алаева —
начальник департамента
образования, Ольга Столяровская —
зав. отделом по делам семьи и
детства городской мэрии, Надежда
Зазнобова — главврач регионального
центра "Анти-СПИД", Владимир
Кондратьев — врач этого же центра,
Светлана Белозерова, Эльвира
Торбеева — подростковые наркологи
облнаркодиспансера, Лариса Аузина
— председатель движения "Сибирь
без наркотиков", Виталий
Коренков — и.о. замполита
исправительного учреждения N 4 ГУИН,
Ирина Соколовская — инспектор
отдела ГУВД по профилактике
правонарушений среди
несовершеннолетних, Андрей Ефимов
— зам. директора Черемховского
городского молодежного центра,
Валентина Чемякина — председатель
Ангарской общественной
организации "За спасение
детей-наркоманов", Ханс Шизер —
профессор Чикагского университета
и др. Реабилитационные центры
Иркутска представили: "Иркут"
— директор Галина Редькина,
"Сибирь" — воспитатель Антон,
"Новая жизнь во Христе" —
пастор протестантской церкви
Алексей Кущенко и служители центра
Сергей и Тимофей. Самой
представительной выглядела
делегация реабилитационного
центра, работающего по программе
"12 шагов": на "круглый
стол" пришли около двух десятков
наркоманов в ремиссии от 3 месяцев
до года, а также
психолог-консультант центра,
доцент ИГУ Марина Юркова, семейный
психолог Юлия Старикова,
врач-психиатр Максим Медведева,
программный директор центра,
врач-психотерапевт Игорь Ванкон.
Ему первому и предложили слово для
знакомства с центром и программой
реабилитации.

Игорь
Ванкон, программный директор
центров, работающих по "12
шагам":

— Наркомания
— коварная, злая болезнь. Это
смертельный недуг, который
поражает именно молодых людей. Как
врач, я хорошо понимаю, какая
опасность грозит нашим детям. И
самая большая радость, какую я
когда-либо испытывал в своей жизни,
— это радость видеть рядом с собой
ребят, которым мне удалось помочь
вырваться из ада наркомании.

Сегодня на
"круглый стол"
"Восточно-Сибирской правды"
вместе со мной пришли ребята из
реабилитационного центра,
работающего по программе "12
шагов". Не все, но многие из тех,
кто был моими пациентами и кто
сегодня выздоравливает.
Реабилитационные наркоманов по
программе "12 шагов" в Иркутске
я начал в декабре прошлого года,
приехав сюда по приглашению
областной организации
Всероссийского общества трезвости
и здоровья. За это время через центр
прошли примерно 60 больных. Около
трех десятков из них сегодня
выздоравливают. Они могут жить
дальше: учиться, работать, иметь
самого, растить детей.

Конечно, им
нужно помогать. Одни больницы и
реабилитационные центры решить
проблему наркомании не могут.
Необходима поддерживающая
атмосфера в обществе. Чтобы помочь
больному, надо воздействовать не
только на него, но и на его
окружение, прежде всего семью. По
программе "12 шагов" у нас
сегодня занимаются и родители, и
жены наркоманов — для этого создана
группа созависимых.

О самой
программе "12 шагов" вы,
наверное, слышали. Она возникла в
Америке, но применяется сейчас во
всех странах. В мире два с половиной
миллиона выздоравливающих по этой
программе алкоголиков и
наркоманов.

Вопрос
из зала:

— Есть ли у
центра лицензия, разрешающая
лечебную деятельность?

Игорь
Ванкон:

— Но мы не
лечим лекарственными препаратами.
И у нас не медицинская
реабилитация. Мы оказываем только
психологическую помощь. Это центр
духовной и социальной
реабилитации. Мы помогаем
разобраться с внутренними
проблемами, изменить нравственные
ценности, прививаем навыки
самоанализа, учим избегать
стрессовых ситуаций. Короче,
пытаемся поучить наркоманов
трезвому образу жизни.

Геннадий
Истомин, зам. председателя
областного Законодательного
собрания:

— Ну хорошо,
вы не занимаетесь медицинской
реабилитацией.Но вы говорите о
наркомании как о болезни, значит вы
лечите.

Марина
Юркова, психолог-консультант
центра "Перекресток семи
дорог":

— Я думаю,
необходимо уточнение, чтобы не
оказаться в плену слов. Да, центр,
которому сами ребята дали название
"Перекресток семи дорог", по
сути своей реабилитационный. Во
всем мире давно пришли к выводу, что
в нашем случае нужно лечить не
только тело, но и душу человека.
Идеальным, но пока в силу инерции
нашей медицины недостижимым было
бы использование традиционных и
нетрадиционных методов помощи
нашим пациентам необходимо
сотрудничество. Ведь "ломку"
можно снять в медицинском
стационаре, а психологическая
зависимость от наркотика остается
на всю жизнь. Разве не заслуживает
поддержки само стремление
наркомана противостоять этому аду?

Вопрос
из зала:

— Как вы
собираетесь совершенствовать
работу центра?

Игорь
Ванкон:

— "12
шагов" — это основные принципы, в
рамках которых должна вестись
работа по реабилитации. Форма этой
работы может меняться. Начинали мы
с дневного стационара: утром к нам
приходили пациенты, мы с ними
занимались, вечером они
возвращались домой. В ноябре
прошлого года областной
организацией общества трезвости
открыт полный стационар, курс
реабилитации в котором длится
примерно месяц. Это центр имени
Святителя Иннокентия Иркутского. В
центре "Перекресток семи
дорог", созданном общественной
организацией "Сибирь без
наркотиков" также по программе
"12 шагов", мы хотели заняться
более длительной реабилитацией
наркоманов; в том числе социальной.
Но возникла проблема с помещением
за городом.

Месяц назад я
приехал из Штатов, где знакомился с
организацией реабилитации
наркоманов. Там вся работа идет по
программе "12 шагов", но центры,
конечно, различаются — и по срокам
реабилитации, и по цене, и по
условиям содержания, и по форме
собственности. Реабилитационная
работа — процесс творческий. Я
думаю, что разнообразнее
предлагаемая помощь, тем больше
людей будет выздоравливать.

Владимир
Кондратьев, врач центра
"Анти-СПИД":

— Меня
подкупает открытость центра. Но
давайте смотреть правде в
глаза:наркоманы — это та группа
риска, что питает ВИЧ-инфекции. Есть
ли в вашем центре
ВИЧ-инфицированные, проходят ли
ваши пациенты обязательное
обследование на ВИЧ?

Игорь
Ванкон:

— Такое
условие при приеме в центр мы не
ставим. На реабилитацию приглашаем
всех, у кого есть желание
избавиться от наркотиков и кто
готов выполнять правила,
оговоренные в контракте. Но в
процессе работы мы разъясняем, что
нужно серьезно относиться к своему
здоровью. Как правило, наши ребята,
выходя из центра, сами идут на
обследование. ВИЧ-инфицированные у
нас на реабилитации есть, и их
становится все больше.

Рома,
выздоравливающий наркоман (стаж
трезвости полгода?:

— Я заработал
ВИЧ своей прежней наркологической
жизнью. Когда узнал, что
ВИЧ-инфицирован, думал: все, жизнь
кончилась. Благодаря программе
"12 шагов", я чувствую себя
обычным человеком, у меня нет
страха перед СПИДом. Не знаю, что бы
делал без этой программы. Может,
меня бы уже и в живых не было.

Надежда
Зазнобова, главврач центра
"Анти-СПИД":

— Но все же
хотелось бы сейчас более конкретно
услышать, о том, какое место в вашей
работе занимает профилактика
наркозависимости и, значит,
ВИЧ-инфекций? Я задаю этот вопрос не
просто так. Вот данные: на 10 апреля в
области было выявлено 4624
ВИЧ-инфицированных; только в самом
Иркутске—3446 заболевших. Почти все
они — наркоманы. И, как правило, до
тридцати лет. Тут есть над чем
задуматься.

Игорь
Ванкон:

— К нам
приходят уже наркоманы.
Профилактическую работу с ними
вести поздно, их нужно спасать. А
что касается действенной
профилактики, то я убежден:
начинать ее нужно с раннего
детства. Я знакомился с тем, как это
делается в Америке, в Канаде, где
ребятишкам с детского садика
рассказывают, что такое игла
наркомана, и что ждет человека, если
он начнет колоться. Не нужно
бояться говорить детям правду—
только так мы можем подготовить их
к жизни. Специалисты нашего центра,
вместе с выздоравливающими
наркоманами и их близкими ведут
профилактическую работу, участвуют
в общественном движении "Сибирь
без наркотиков", во всех акциях,
проводимых областным комитетом по
молодежной политике. Проводятся
встречи, беседы, лекции.

Антон,
воспитатель из "Сибири",
наркоман со стажем трезвости около
трех лет:

— Наркоманы
ходят по школам и рассказывают о
себе. А не является ли это рекламой.
Вы же говорите о том, что кололись,
но смогли бросить.

Алексей
Суриков, старший консультант
"Перекрестка семи дорог",
наркоман со стажем трезвости более
года:

— У меня
много благодарственных писем из
институтов и школ, от учителей и
ребят из Иркутска, Усолья,
Черемхова. Какая же это реклама
наркотика? Когда я рассказываю
всего лишь чуть-чуть о тех годах,
наркоманом, у одних это вызывает
озноб, у других — слезы. Активные
наркоманы сидят при этом молча.
Когда они пытаются строить из себя,
я говорю: "Я был таким же, и я
ничего не добился".

Я кололся
пять лет, последний год — героином.
Я откровенно рассказываю ребятам,
как я жил: потеря работы, попадания
в милицию, проблемы в армии, я чуть
не потерял семью. Перед тем, как
пришел к программе "12 шагов", я
был уже на грани самоубийства. Мой
отец утонул, брат стал пить и
повесился. Я был следующим.

Я объясняю
ребятам, что наркомания — это лишь
верхушка айсберга. А вот то, что
скрыто от посторонних: твои
комплексы и страхи; ты не понимаешь
мать, мать не понимает тебя. Ты
пытаешься уйти от своих проблем и
прибегаешь к наркотику. Это все
равно, как у вас болит зуб — вы
кладете на него таблетку. Только от
анальгина разрушается зуб, а от
наркотика — вся жизнь. Обо всем этом
мы говорим открыто на встречах с
ребятами. Нас часто зовут на беседы
в школы, институты, иногда мы ходим
вместе с нашими родителями. Приходи
к нам, послушай, приглашаем вместе
работать.

Вопрос
из зала:

— Известно,
что наркомания неизлечима. А ты
считаешь себя уже здоровым?

Алексей
Суриков:

— Нет, я себя
здоровым не считаю. Наркомания —
это болезнь на всю жизнь. Программа
"12 шагов" учит: каждый день и
всю оставшуюся жизнь я буду
выздоравливать. Я живу сегодняшним
днем. Вот наступил новый день, и я
должен прожить его так, чтобы он был
счастливым. Для меня самого, для
близких, просто для окружающих.

Вопрос
из зала:

— Сколько
стоит курс реабилитации в вашем
центре?

Игорь
Ванкон:

— В центре
святителя Иннокентия Иркутского —
10 тысяч рублей.

Тот же
голос:

— Ну вот
видите — где же взять такую сумму?

Реплика
журналиста:

— Тут надо
пояснить, что по "12 шагам"
работают в Иркутске два центра.
Один из них коммерческий — от
общества трезвости, а другой —
"Перекресток семи дорог" —
создан общественной организацией.
И там другая ценовая политика.

Лариса
Аузина, председатель общественного
движения "Сибирь без
наркотиков":

— Разрешите,
я дополню. Центр "Перекресток
семи дорог" арендовал помещение
у частного лица в селе,
расположенном за 200 километров от
Иркутска. Поэтому месячная
стоимость реабилитации составляла
в этом центре довольно приличную
сумму — 5 тысяч рублей. Сейчас это
частное лицо договор с нами
перезаключать вообще отказалось.
Мы думаем о том, как бы не оказаться
под открытым небом. Ищем помещение
ближе к Иркутску, чтобы сократить
транспортные расходы, и с невысокой
арендной платой. Потому что
понимаем, как трудно семье
наркомана найти деньги на
реабилитацию. И мы ни в коем случае
не собираемся извлекать никакой
прибыли из помощи наркоманам.
Главное, что нам нужно сегодня:
поддержка и понимание, сочувствие
общества. Вот будь у нас сейчас
помещение, мы бы смогли открыть
свой телефон доверия, каким-то
образом "вплести" наших детей
в нормальную, полезную другим
жизнь. К примеру, мы планируем
открыть мини-производства, клуб
трезвости. Вариантов — масса.
Только поддержать нас надо.

Алексей
Суриков:

— Да, ребята с
огромным удовольствием, например,
город пошли бы убирать. Дайте нам в
руки грабли — и мы чистоту наведем к
9 мая.

Ольга
Столяревская, зав. отделом по делам
семьи и детства мэрии:

— Кто вам
даст грабли? Для этого вам надо
договор заключить с коммунальными
службами.

Алеша:

— Мы готовы
заключить такой договор.

Ольга
Столяревская:

— Вот и
заключайте, если надо.

Геннадий
Истомин:

— На мой
взгляд, нам всем не хватает
понимания важности самого
существования подобных
реабилитационных центров. Та же
программа "12 шагов" помогает
человеку жить рядом с наркотиком и
не поддаваться ему, бороться с ним.
Конечно, такие центры нуждаются в
нашей поддержке…

Реплика
журналиста:

— Наконец-то,
когда наша область захлебнулась в
эпидемии ВИЧ, проснулись наши
депутаты, наши власти.

Геннадий
Истомин:

Вы не правы!
Именно депутаты стояли у истоков
внедрения программы "12 шагов"
в Приангарье. Мы проводили в
Иркутске международную
конференцию по борьбе с
алкоголизмом и наркоманией,
которую пригласили профессора
Шизера, присутствующего и сейчас
здесь, и известного своей
непримиримостью к алкоголю доктора
Углова. И по нашему приглашению
приехал в Иркутск Игорь
Геннадьевич Ванкон. И
реабилитационный центр
"Иркут" не мог бы появиться и
начать действовать без поддержки
депутатского корпуса и
администрации. Но сейчас очень
важно создать единый
координационный орган. Можно
назвать и по-другому, суть не в
названии, а в том, чтобы была у нас
возможность действительно
объединить все усилия. Мне видится
такой координационный совет именно
при губернаторе. И еще необходимо
создание целевого бюджетного фонда
для поддержки всей работы по
профилактике наркомании и
реабилитации наркозависимых. Могу
сказать, что депутатами разработан
проект закона " О профилактике
наркомании и токсикомании в
Иркутской области", который на
майской сессии областного
Законодательного собрания будет
рассмотрен в первом чтении. Мы
предусмотрели в нем и возможность
финансирования необходимых
мероприятий и контроль за порядком
и качеством оказания помощи
наркоманам. Я надеюсь с принятием
такого закона станет легче решать
насущные проблемы: обеспечение
помещениями, материальной
поддержки реабилитационных
центров. Судя по сегодняшнему
разговору, это крайне необходимо и
обществу, и специалистам,
занимающимся с наркоманами, и самим
наркозависимым.

Реплика
журналиста:

— Как только
речь заходит о лечении и
реабилитации наркоманов, мы слышим:
для этого нет денег, нет закона, нет
условий. Но при желании многое
можно преодолеть. Вот как эти
проблемы пытаются решать
протестантская община в Иркутске.

Алексей
Кущенко, пастырь церкви:

— Мы
оказываем бесплатную помощь
наркоманам. Реабилитационный центр
существует на добровольные
пожертвования и сборы от
богослужений. Родители, приводя
ребенка в центр, обычно спрашивают:
"Сколько платить?" Мы говорим:
"Если есть возможность, можете
пожертвовать рублей 500. Если денег
нет — церковь берет расходы на себя.
Не нужно беспокоиться". Мы
понимаем, что многие семьи
наркоманов доведены до крайней
нищеты. Те, кто приходит на
воскресные богослужения, обычно
жертвуют на нужды церкви: опускают
деньги в специальную бочку. Из этих
средств мы платим за аренду
помещения и покупаем продукты в
центр.

Вопрос
из зала:

— Что у вас за
программа? Чем вы занимаетесь с
наркоманами?

Сергей
Донцов, служитель центра "Новая
жизнь во Христе".

— Я сам
кололся 5 лет. Лежал во многих
больницах, меня лечили и
иглоукалыванием, и по Довженко.
Ничего не помогало, пока не попал в
центр при христианской церкви. Это
было два года назад. В Иркутск я
приехал из Красноярска, где работал
в таком же реабилитационном центре.

24 часа в
сутки я рядом с наркоманами,
занимаюсь с ними по Библии.
Реабилитация длится четыре месяца.
За это время ребята должны
научиться жить праведной жизнью
без греха, поменять нравственные
ценности. Попав в центр, им
приходится расстаться не только с
наркотиком, но и алкоголем,
сигаретами, привычкой
сквернословить. Грех остается в
прежней жизни. Мы принимаем в центр
во время ломки. Никакие медикаменты
у нас не используются. Многое
наркоманы говорят, что ломка в
нашем центре протекала у них не так
болезненно, как бывало раньше. Бог
дает силы.

Вопрос
из зала:

— Сколько
наркоманов проходят у вас
реабилитацию, в каких условиях они
живут?

Алексей
Кущенко:

— Сначала мы
снимали квартиру в районе
Батарейной. Сейчас домик в
заброшенном пионерлагере. За его
аренду платим тысячу рублей в
месяц. На маленькой площади,
примерно 25 квадратных метров, живут
до 15 наркоманов. Кровати
расположены в два яруса. Очень
тесно: если все встанут —
свободного места нет.

Сейчас мы
ищем другое помещение для этой
группы. Собираемся также, если
найдем помещение, открыть еще одну
группу. Решается вопрос с передачей
нам в аренду или продажей
пионерлагеря под городом
Шелеховом. Три месяца мы этим
занимаемся, но добиться пока ничего
не можем. Желающих попасть в наш
реабилитационный центр очень
много: и наркоманы, и родители
звонят по телефону, приходят в
церковь, просятся. Вопросы, с
кадрами мы можем решить — центр
готовит будущих служителей. А вот с
помещениями — большие сложности.

Вопрос
из зала:

— Каковы
результаты работы центра?

Алексей
Кущенко:

— Центр
работает чуть больше четырех
месяцев. Пока только двое прошли
реабилитацию, еще у двоих она
заканчивается на днях. Уходят,
бросают центр примерно процентов 30.

Мать
наркомана:

— Завтра
будет четыре месяца, как мой сын
находится в этом реабилитационном
центре. Ему 19 лет. Три года он
кололся. За это время в квартире
ничего не осталось, он все проколол.
Мы пытались бороться, увозили его
на Север: он жил там полгода, но
после возвращения через месяц
опять сел на иглу. Приходилось
держать его в Жердовке, в
психиатрической лечебнице. Он
очень страдал. Сейчас я не могу
узнать своего мальчика. Я смотрю на
него и спрашиваю себя: "Неужели
это мой сын?" Его оставляют в
церкви служителем, и он этому рад.

Реплика
журналиста:

— В Иркутске
есть еще два реабилитационных
центра — "Иркут" и
"Сибирь". Они работают по
программе "польский монар".
Воспитатели в "Иркуте" и
"Сибири" — в прошлом активные
наркоманы, которые сами проходили
реабилитацию в Калининградском
центре по той же программе.
Работают они в Иркутске без помощи
программных директоров,
самостоятельно.

Антон,
воспитатель реабилитационного
центра "Сибирь".

— Медицина не
всегда в состоянии помочь
наркоману. Мы сами помогаем друг
другу, потому что знаем проблему
изнутри. Эту болезнь не вылечишь
лекарствами. Медицинского лечения
у нас в центре нет. Реабилитация
строится, во-первых, на
трудотерапии. Наши ребята много
работают. У них жесткий режим.
Во-вторых, используется метод
групповой терапии. Мы пытаемся
изменить человека — это возможно,
если у него самого есть огромное
желание покончить с наркотиками и с
прежней жизнью. Срок реабилитации —
в среднем год. За это время наркоман
преодолевает себя, становится
твердым. Хотя мысли о наркотиках
остаются, но с ними уже можно
справиться. Большое значение имеет
постреабилитационный период. Наши
выпускники, мы их называет
неофитами, нуждаются в поддержке.
Центр остается для них родным
домом, куда они часто приезжают.

Что касается
проблем существования самого
центра — их немало. Главная
проблема — трудоустройство наших
ребят после реабилитации. Здесь
нужна помощь. Нам не хватает
средств на питание, бензин,
материалы, необходимые, чтобы
организовать труд. У нас в центре
нет телефона.

Рома,
наркоман из "Перекрестка семи
дорог":

— Я встретил
недавно девчонку, к которой
большущий клок волос на голове
выстрижен. Она сказала, что ее так
наказали в вашем центре.

Антон:

— У вас одна
программа, а у нас другая. Да, у нас
применяются различные наказания, в
том числе и такие.

Галина
Редькина, директор центра
"Иркут".

— Наш центр
работает по той же программе, что и
"Сибирь". Я занимаюсь только
административно-хозяйственными
вопросами. Реабилитация на плечах
воспитателей. Они не смогли придти
на этот "круглый стол", потому,
что работы много, требуется их
присутствие: в центре новенькие
ребята, корова отелилась.
"Иркут" работает второй год. В
отличие от других центров, с
трудоустройством выпускников у нас
проблем нет благодаря нашим
учредителям: ИАПО, мясокомбинату,
ассоциации "Мы против
наркомании". Кроме того, мы сами
ищем спонсоров. Мелькомбинат
недавно помог углем, комбикормовый
завод, другие предприятия нам
помогают — кто стройматериалами,
кто чем может. Губернатор обещал
поддержку. Областная администрация
выделила 85 тысяч рублей на
обустройство, центру передан
пионерский лагерь "Искра" в
безвозмездное пользование.
Городская администрация также
выделила 50 тысяч рублей, на них
куплен автомобиль. Кроме того,
авиазавод оказывает большую
финансовую поддержку.

Родители
платят за реабилитацию ребенка
всего две тысячи рублей в месяц. Но
это не жесткое условие. Кто не может
— мы берем ребенка бесплатно, ищем
спонсоров.

Мать
наркомана:

— Зачем же вы
вводите всех в заблуждение? Я
пыталась в прошлом году определить
к вам сына. Вы потребовали, кроме
ежемесячной оплаты, первоначальный
взнос 5 тысяч рублей. Уж как я вас
просила, обещала помогать центру
материалами — вы ни за что не
согласились взять сына без этого
взноса. И теперь, оказывается, у вас
столько спонсоров, все вам
помогают! Администрация выделяет и
деньги, и помещения только вам
почему-то, а другим центрам совсем
ничего. Где же справедливость? Вот
мой сын сидит с ребятами рядом, он 7
лет кололся, потом по "12 шагам"
прошел реабилитацию и шесть
месяцев он живет без наркотиков.
Почему же никто этим центрам не
помогает? "Перекресток семи
дорог" — сейчас на улице, другие
центры тоже бедствуют, никакого
внимания им нет.

Шум в
зале. Вопрос:

Каковы
результаты вашей работы? Сколько
человек выпущено "Иркутом" и
где они?

Галина
Редькина:

— Я работаю
всего шесть месяцев. За это время
выпущено три человека. Они
трудоустроены. Кстати, нельзя
называть наркоманами, как это
делают некоторые журналисты, — они
вылечились. Сколько было до меня
выпускников в центре и где они
сейчас — я не знаю. Последнее время,
при мне, центр работает стабильно.

Эльвира
Торбеева, подростковый нарколог:

А я вообще не
уверена в том, что подобную
проблему можно решить с помощью
таких реабилитационных Центров, о
которых мы сейчас говорим. Не
провоцируют ли эти программы на
соблазн испытать самих себя: мол,
"сев на иглу", смогу ли потом
преодолеть себя. Я бы не рискнула
выйти на детскую аудиторию с
рассказом о наркомании—это
разжигает нездоровое любопытство.
А как врач-нарколог считаю нужным
подчеркнуть, что лечение
наркомании, снятие "ломки" и
реабилитация наркомана — это два
процесса разные. Путать эти понятия
никак нельзя.

Мама
наркомана, говорит на слезах:

— Мой сын раз
восемь или десять лежал в
больничном стационаре — почему же
врачи сразу не предупреждают, что
могут снять только "ломку", но
никак не саму зависимость? Разве
это не обман? Тут речь заходила о
семейных расходах. Ну так я скажу:
последний раз в прошлом году мой
сын лежал в наркологическом
отделении областной
психиатрической больнице, десять
дней. Это стоило мне около четырех
тысяч рублей. Даже когда я
привозила его без сознания, в
передозировке — меня все равно
заставляли платить. Он выходил из
больницы и снова начинал колоться.
Сейчас по программе "12 шагов"
он не колется уже полгода. Так кому
я должна больше верить?

Эльвира
Торбеева:

— В
подростковом наркологическом
отделении мы лечим ребят бесплатно,
К сожалению, средств на необходимые
лекарства в лечебных учреждениях
не хватает. И расходы родителей
связаны именно с приобретением
препаратов. Это важно подчеркнуть,
чтобы не складывалось мнение о том,
что медики "наживаются" на
таком горе. Повторю— мы лечим
бесплатно! И еще я не стала бы
противопоставлять медикаментозное
лечение и ту помощь, что
осуществляется реабилитационными
центрами. Как врач я не считаю эти
Центры панацеей от
наркозависимости, но саму
альтернативу оказания помощи
наркоманам не могу не
приветствовать.

Ханс
Шизер, профессор Чикагского
университета:

— Я хочу
напомнить всем участникам
сегодняшней дискуссии о том,что во
всем мире наркомания — зло и
трагедия. И во всем мире спорят
социологи, врачи, учителя и
родители о том, как спасти новые
поколения. Я 26 лет прожил в Америке,
и, поверьте, там эта проблема столь
же остра, как и в России. Давайте
подумаем вместе о том, кому выгодно
обрекать молодежь на рабство, ибо
алкоголизм, наркомания—это и есть
настоящее рабство. Если Россия, эта
огромная страна, хочет встать с
колен, она должна обуздать
наркоманию. Я человек религиозный и
уверен, что без Божьей помощи не
справиться. Вот почему я говорю: да
поможет России Бог!

Небольшое
послесловие мы пишем спустя
несколько дней после того, как
"круглый стол" состоялся.
Хотелось осмыслить, что же удалось
из нашей первой попытки связать в
одну цепочку тех, кто работает с
наркоманами в неформальных
реабилитационных центрах, врачей,
педагогов, родителей. О том, как
жжется эта проблема,
свидетельствовал переполненный
зал,где проходила дискуссия, да и
острота разговора. Шаг сделан— и
это уже хорошо. Хотя идиллии не
получилось, да мы и не надеялись на
нее. Наивно было бы полагать, что
пропасть, существующая между
официальной медициной, официальной
педагогикой и неформальными, но
получившими признание во всем мире
методами помощи наркоманам, вот так
сразу возьмет и исчезнет. Меньше
всего нам бы хотелось
противопоставлять одно другому.
Просто есть осознание острой
социальной и глубокой,
растиражированной тысячами судеб
трагедии, справиться с которой
можно только взявшись за руки.
Насколько глубока эта пропасть,
свидетельствуют звонки,
раздающиеся у нас до сих пор.
Известный врач-психиатр, не
нашедший, к сожалению, возможности
принять участие в живом обмене
мнений, по телефону высказался в
том плане, что наркоманию можно
победить только профилактикой
среди той группы молодежи, которая
еще не "села на иглу"; попавшим
от иглы в зависимость — уже ничего
не поможет: их ожидает смерть.
Другой врач, присутствовавший на
"круглом столе", по телефону
упрекнул в том, что "было
устроено неприличное шоу с
участием наркоманов," и
предостерег: "если напишете не
то, что следует, буду жаловаться
главному редактору".

Разумеется,
это самые крайние точки, с которых
просто невозможно начинать счет
шагов навстречу друг другу. Куда
более продуктивная мысль была
высказана на "круглом столе":
"Хорошо, что есть альтернатива в
оказании больным помощи".

В связи
со всем сказанным — несколько слов
о наших опасениях. Не хотелось бы,
чтобы возобладали крайние
безаппеляционные взгляды на
возможность оказания духовной,
психологической помощи наркоманам.
В таком случае реабилитационные
центры, так искренне доверившиеся
нам, могут быть закрыты под разными
предлогами.

Теперь —
о наших надеждах: мечтается о
том,чтобы общая забота — спасение
молодости от наркотика — помогла
преодолеть взаимные предубеждения;
ведь никакие амбиции, предрассудки
или обиды не стоят ничего, если речь
идет о нашем будущем.

И,
наконец, наше предложение:
"Восточно-Сибирская правда"
открыта для самой острой дискуссии
на своих страницах. Мы будем
благодарны всем, кто захочет
принять в ней участие.

Вели
"круглый стол" журналисты
Людмила БЕГАГОИНА и Элла КЛИМОВА.

Читайте также

Подпишитесь на свежие новости

Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Важное