издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Воздушный разведчик Балтики

Воздушный
разведчик Балтики

Леонид БОГДАНОВ,
журналист

Эскадрилья
пикировщиков нанесла удар по
одному из вражеских конвоев в
Балтийском море. На обратном курсе
погода резко испортилась: повалил
мокрый снег, залепляя стекла кабин.
Летчикам пришлось пилотировать по
приборам. Чтобы избежать
возможного столкновения в воздухе,
командир приказал:

— Выходить на
свои высоты. Возвращаться
самостоятельно.

Как было
определено заранее, строй
рассыпался. Каждому Пе-2 предстояло
теперь строго выдерживать курс,
скорость, высоту. И это в условиях,
когда ни зги не видно, кругом густая
снеговая каша и самолеты
обледеневают. Такой полет требует
большого умения и выдержки.

На свой
аэродром благополучно вернулся
только один экипаж — Александра
Курзенкова. Остальные, не
пробившись сквозь пургу, посадили
машины на другие аэродромы.

За этот
слепой полет командующий ВВС
Краснознаменного Балтфлота
генерал-лейтенант авиации М.И.
Самохин объявил благодарность
экипажу пикировщика с внеочередным
присвоением званий: пилот
Александр Курзенков стал младшим
лейтенантом, штурман Григорий
Давиденко — старшиной,
стрелок-радист Николай Якушев —
старшим сержантом. Командующий
решил и дальнейшую их боевую
судьбу, назначив в полк воздушных
разведчиков.

О воздушных
разведчиках написано до обидного
мало. И это несправедливо, хотя в
какой-мере и понятно. Работа
воздушных разведчиков внешне не
так эффектна, как бой истребителей,
удар штурмовиков или атака
бомбардировщиков. Но без
разведчиков, без их напряженного и
самоотверженного ратного труда
были бы невозможны успехи других
воздушных бойцов.

Александр
Курзенков стал на Балтике
прославленным воздушным
разведчиком. И мы вправе гордиться,
что он — уроженец города Зимы. Так
это утверждал и наш известный
историк И.И. Кузнецов в своей книге
"Золотые звезды иркутян".
Однако выпущенный позднее
биографический словарь "Герои
Советского Союза" (т.1, с.825) указал
другое место рождения Александра —
село Таширово Наро-Фоминского
района Московской области.

Где же на
самом деле родился будущий ас
Балтики?

Помогли юные
следопыты Зимы. Несколько лет назад
они разыскали старшего брата
Александра, жившего в Москве,
Сергея Георгиевича Курзенкова,
полковника в отставке, тоже Героя
Советского Союза, и установили, что
Наро-Фоминск — родина их родителей,
а сами братья — сибиряки. Сергей
родился в Омске, а Александр,
действительно, в Зиме. Зиминский
ЗАГС официально подтвердил дату
рождения Александра Курзенкова: 12
сентября 1920 года.

— В этом году
еще бушевал по стране огонь
гражданской войны. Потому время
было трудное и голодное, —
вспоминал Сергей Георгиевич. — Наша
мать продолжала работать до
последнего дня. Роды застали ее на
картофельном поле, где и появился
на свет мой брат Саша. Через
несколько лет вся семья вернулась в
Подмосковье, в родной город отца
Наро-Фоминск. Там Саша ходил в
школу, потом поступил в ФЗУ при
Московском автозаводе. Став
токарем, работал в
инструментальном цехе. Так же, как
я, увлекся авиацией…

Авиация была
"модой" 30-х годов, а летчики для
мальчишек — кумирами, перед
которыми они благоговели. Для
Александра таким кумиром стал
собственный брат. Сергей в 1935 году с
отличием окончил Ейскую школу
морских летчиков. Через пять лет ее
успешно окончил и Александр.

Войну Сергей
встретил под Мурманском в
истребительном авиаполку
Северного флота, а Александр — на
юге, летчиком-бомбардировщиком
Черноморского флота. Обоим
пришлось участвовать в боях с
первых дней войны и пройти через
многие испытания. Так, например,
Александр принимал участие в
налете наших бомбардировщиков на
румынский порт Констанцу. Был
подбит и на горящем самолете сумел
совершить вынужденную посадку
возле Одессы. К счастью,
бомбардировщик не взорвался и с
помощью местных жителей его
удалось спасти.

Некоторое
время спустя Александр получил
новое назначение — в формирующийся
полк пикирующих бомбардировщиков.
Здесь он освоил новый самолет —
двухмоторный пикирующий
бомбардировщик Пе-2, детище
авиаконструктора В.М. Петлякова. В
состав экипажа были назначены
штурман Григорий Давиденко,
застенчивый паренек из-под Черкасс,
и стрелок-радист Николай Якушев со
Смоленщины, широкий в плечах,
наделенный завидной силой,
добротой и меткостью снайпера.

Боевые
полеты скрепили дружбу экипажа, и
"три мушкетера", как их
прозвали в полку, стали неразлучны
и на земле.

Полеты над
морем имели свои особенности. Как
правило, Балтика не радует погодой.
Низкая и густая облачность, частые
туманы, сливающаяся с горизонтом
серая поверхность воды и маленькие
точки кораблей и катеров
противника, которые надо было еще
разыскать в этом необъятном
просторе волн, где отсутствуют
какие-либо ориентиры, — все это
требовало от летчиков, летавших над
морем, особого мастерства.
"Мушкетеры" этим мастерством
овладели. Потому-то они повредили
сторожевой корабль и канонерскую
лодку противника, а попав в снежную
пургу, вырвались из ее смертельных
объятий и приземлились на своем
аэродроме.

А вообще, не
было случая, чтобы они не выполнили
боевого задания.

Как-то нужно
было береговую полосу Финского
залива, длиною в 30 километров,
занятую фашистами, заснять
перспективно с высоты триста
метров. Экипажу было ясно, что при
такой высоте по "петлякову"
будут стрелять все кому не лень. Что
же делать?

Решение
нашел Александр. Он предложил с
высоты семи тысяч метров разогнать
"пешечку" до звона в отвесном
пике, а выйдя из него, на заданной
высоте пронестись вдоль берега со
скоростью семьсот километров в час.
И тогда вражеские снаряды будут
рваться за хвостом самолета.

С разрешения
командира полка провели опытный
полет вдоль ладожского берега.
Вроде, получилось.

Через день —
боевой вылет. Набрали высоту семь
тысяч метров. "Петляков" с ходу
брошен в отвесное пике.
Фотоаппарат, включенный штурманом,
пощелкивал затвором.

Зенитки
неистово были по ним, но снаряды,
как они и предвидели, рвались
далеко за хвостом самолета. Не
ожидали гитлеровцы, что у
"петлякова" может быть такая
скорость.

"Одним
словом, — писал адмирал В.Ф. Трибуц,
бывший командующий
Краснознаменным Балтфлотом, —
каждый разведывательный полет
требовал от летчика и штурмана
большой силы воли, огромного
физического напряжения,
виртуозного управления самолетом и
знания тактики противника. Не
каждого включали в экипаж
разведчика. Сюда посылали лучших из
лучших. И нужно отдать им должное:
экипажи действовали точно, четко, а
встречаясь с врагом, сражались
отважно, стараясь во чтобы то ни
стало доставить в штаб добытые
данные. Так действовали командир
разведовательного полка Герой
Советского Союза Ф.А. Усачев,
летчики Л.Н. Немков, М. Н. Тоболенко,
Н.В. Шапкин, А.Г. Курзенков, Г.И.
Давиденко, В.А. Горин и другие".

Замечу, что
Курзенков и Давиденко в один день
стали Героями Советского Союза, и
на их счету более двухсот боевых
вылетов на бомбардировку кораблей
и других объектов врага, на дальнюю
разведку. Участвовали они и в 13
воздушных боях.

Но оба не
дожили до Дня Победы всего
несколько часов. Они погибли 8 мая,
возвращаясь из разведки в районе
Лиепаи. Так трагически оборвалась
жизнь нашего земляка Александра
Георгиевича Курзенкова, ставшего в
годы войны прославленным асом
Балтики.

Читайте также

Подпишитесь на свежие новости

Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Важное