издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Первый полет

Первый
полет

Первый русский летчик Борис
Иллиодорович Россинский родился в
Москве 116 лет назад. В одном
переулке с ним жил основатель
русской авиаконструкторской школы
— профессор Николай Егорович
Жуковский, который, беседуя с
любознательным мальчиком-соседом,
привил ему любовь и стремление к
бескрайнему небесному океану.

В 1904 году по
совету Жуковского юный Борис
Россинский поступил в Московское
высшее техническое училище (МВТУ).
Незадолго до этого, 17 декабря 1903
года, американцы братья Уилбер и
Орвилл Райт подняли в воздух
летательный аппарат собственной
конструкции.

Пять лет
спустя первый полет в России на
управляемом планере, изготовленном
своими руками, совершил Борис
Россинский. Летательный аппарат
бесшумно промчался над рекой на
высоте 12-13 метров. Полет длился
около трех минут. Один из друзей
Бориса сфотографировал его в
воздухе, и снимок, конечно, попал во
многие газеты и журналы.

Узнав о
достижении своего ученика,
Жуковский предложил, чтобы его
полет зафиксировала специальная
комиссия. 29 ноября 1909 года
Россинский на глазах членов этой
комиссии снова поднялся в воздух на
планере и приземлился, как и в
прошлый раз, на другом берегу
Клязьмы.

Первый
русский летчик стал легендарной
личностью. По его инициативе в МВТУ
был создан воздухоплавательный
кружок, которым руководил
профессор Жуковский. Однако в
области авиастроения
практического опыта все же не
хватало. Поэтому в 1909 году с целью
изучить конструкции аэропланов и
их моторов Борис Россинский по
настоянию Жуковского едет в Париж.
Там он встретился с известным
французским летчиком и
конструктором Луи Блерио, который
устроил его практикантом на
парижский моторный завод, где
русский летчик прошел путь от
слесаря до контролера. Вскоре
Россинскому, видя его способности,
французы поручили испытывать,
налаживать и устанавливать на
самолеты моторы. И вот, наконец,
осуществилась заветная мечта: он
впервые поднялся в воздух на
аэроплане.

Через
некоторые время русского авиатора
хорошо знала вся Франция: о нем
писали в парижских газетах, его
успехи отмечали Блерио, Дюмон,
Фарман. Все это произошло за один
год пребывания Россинского во
Франции. На прощание Блерио подарил
ему свой самолет.

С разрешения
Московской городской Думы летчик
построил на Ходынском поле ангар, в
котором жил возле своего самолета,
не расставаясь с ним ни днем, ни
ночью. Москвичи наблюдали его
полеты над Ходынкой. Так рождался
первый московский аэродром,
который существует и поныне.

Слава о
Россинском гремела по всему миру, к
нему приезжали изучать методику
полетов даже авиаторы из других
стран. Но чтобы заработать на свой
нелегкий летный хлеб, ему нередко
приходилось совершать
показательные полеты на ипподроме
вслед за заездом лошадей. В афишах
так и писали: "Сегодня бега и
полеты".

Рядом с
Ходынским полем в те годы
обосновался один из первых
российских авиационных заводов —
"Дукс" (ныне Производственный
центр им. П.А. Воронина ВПК "МАПО
"МИГ"), куда в 1912 году
Россинский устроился
летчиком-испытателем. Со стапелей
завода тогда сходили в основном
самолеты зарубежных конструкций:
"Фарманы", "Ньюпоры" и
другие.

Россинский
поднял на крыло более полутора
тысяч таких машин. В разгар первой
мировой войны он испытывал по
пять-шесть самолетов в день.

Грянула
революция. Хозяин завода скрылся,
производство замерло. Тогда
революционный комитет по авиации
избрал своим председателем
Россинского. Он немедленно
направил делегацию в Петроград к
Ленину. Выслушав "ходоков",
председатель Совнаркома
распорядился срочно выделить
деньги для авиационного завода, что
было беспрецедентным случаем по
тем тяжелейшим временам.
"Дукс" благодаря этой
поддержке сохранил авиационный
профиль и даже увеличил выпуск
самолетов.

Что касается
Россинского, то он оставался
председателем ревкома вплоть до
того, как комитет был заменен
Управлением ВВС Красной Армии. Под
его началом была так называемая
Летучая лаборатория,
научно-исследовательской работой
которой руководил Жуковский.
Лаборатория внесла большой вклад в
повышение безопасности полетов и
улучшение боевых и летных качеств
самолетов.

1 мая 1918 года,
во время воздушного парада на
Московском аэродроме, Россинский,
демонстрируя чудеса высшего
пилотажа, сделал восемнадцать
"мертвых петель" — в честь
восемнадцатого года. На земле
летчика пригласили подняться на
вышку павильона, где Ленин встретил
его аплодисментами: "Браво,
браво, дедушка русской авиации!".

Через пять
лет после этой встречи страна
отметила 15-летие авиационной
деятельности Россинского. Он был
награжден орденом Трудового
Красного Знамени, получил звание
заслуженного пилота-авиатора СССР
и персональную пенсию.

Впоследствии
правительство подарило ему новый
самолет, на котором знаменитый
авиатор с агитационными лекциями
посещал самые отдаленные уголки
нашей необъятной Родины. Авиация
страны переживала бурный период
своего развития. Над Россией взошло
целое созвездие имен
летчиков-героев, чьи рекорды
вызвали восхищение всего мира.

Во время
войны старейшего авиатора
прикомандировали к отряду особого
назначения, но на фронт, несмотря на
его просьбы, не пустили.

К 60-летию
Бориса Иллиодоровича за заслуги
перед Отечеством наградили орденом
Ленина. Умер он в 1976 году…

В
Производственном центре им. П.А.
Воронина, выпускающем знаменитые
МИГи, многие ветераны хорошо помнят
Россинского, который нередко
наведывался к ним на родной завод
потолковать об авиации, вспоминал о
прежней Ходынке, о дореволюционном
"Дуксе".

Здесь, в
музее трудовой славы, Россинскому
посвящена почетная экспозиция.
Кстати, и осмотр музея начинается с
велосипеда с маркой "Дукс",
некогда принадлежавшего Борису
Иллиодоровичу, — самой первой
продукции этого старейшего
авиационного предприятия России.

Олег
ДЕМЧЕНКО.

Читайте также

Подпишитесь на свежие новости

Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер