издательская группа
Восточно-Сибирская правда

"Мы против наркомании"

"Мы
против наркомании"

Виталий ЖМУРОВ,
председатель региональной
ассоциации

Вот уже 15 лет мы живем под
знаком плюрализма: все мнения,
неважно какие, имеют равные права
на существование. Демократия без
плюрализма немыслима — большинство
должно чувствовать, что оно всегда
право. Плюрализм у нас, между
прочим, ранее использовался
врачами, в основном для обозначения
группового секса —
"групповухи". Так вот,
"групповуха" появилась и в
отношении к наркомании. Ситуация
сегодня столь серьезна, что молчать
о ней более нельзя. Свобода слова
предполагает необходимость
серьезно думать, прежде чем что-то
сказать. Впрочем, не суть важно, что
говорят, главное, зачем это делают.
Вокруг наркомании вращается много
разных мнений, но о самом важном,
как это обычно и бывает,
упоминается вскользь, либо царит
гробовая тишина. Зато хорошо видно,
что делается, а поступки, как
известно, — лучшие переводчики слов
и недомолвок. Я намерен здесь
поделиться тем, что понял из
услышанного от многих людей о
наркомании. Итак, вот эти мнения.

1.
Наркомания — это преступление.
И каждый наркоман
является потенциальным
преступником. В начале своей
уголовной карьеры он все тащит из
дома, остаются разве что голые
стены. Затем он торгует
наркотиками, зарабатывает себе на
дозу. Позже, когда окончательно
деградирует, он ворует, грабит,
готов продать свою мать, не
остановится и перед убийством.
Попутно он вовлекает в наркоманию
сверстников и малолеток,
распространяет ВИЧ-инфекцию,
причем может это делать вполне
сознательно. Прекратить прием
наркотиков он явно не хочет —
пожелай это, переломался бы всухую,
без больницы. И если уместно тут
говорить о гуманности, то надо в
первую очередь подумать о тех, кто
страдает от наркомана. Ему же место
за решеткой, в резервации, в
спецшколе, в тайге или тундре, его
надо раз и навсегда изолировать от
общества. Незачем заниматься
всякой там ерундой — лечением,
воспитанием, реабилитацией.
Профилактика наркомании — чушь.
Какие могут быть лекции,
публикации, прочая болтовня и
никому ненужное словоблудие? От
такой профилактики ничего, кроме
вреда, нет.

Позиция,
мягко говоря, агрессивная. Те, кто
ее защищает, отлично понимают, что
осуществить ее сегодня просто
нереально — девать десятки тысяч
наркоманов некуда. Я уже не говорю
об оценке такой позиции. Но имею
право сказать, что ее сторонники
вчера и пальцем не пошевелили,
чтобы такого не было сегодня. Это их
равнодушие, попустительство и
атрофированное гражданское
чувство стали одной из причин
эпидемии наркомании и СПИДа.
Сегодня демонстрацией
непреклонной воли они хотят
очистить свою совесть, если вообще
смогли ее сохранить. Но скорее
всего — циники хотят заработать
себе дешевый политический
авторитет у отчаявшегося
избирателя.

2. В
наркомании подростков виноваты
прежде всего родители,
в нормальных
семьях такого нет. Так пусть они
теперь сами лечат своих детей,
платят, приковывают их к батарее,
куда-нибудь пристраивают подальше
от людских глаз и вообще несут всю
полноту ответственности перед
обществом. Подобное мнение часто
можно услышать из уст пока что
благополучных людей и, что особенно
удручает, в школе. Многие матери и
отцы могли бы вспомнить, как
учителя склоняют их на
родительских собраниях. Чуть что —
двойки, прогулы, подрались дети или
выкинули какой-то номер — кругом
виноваты родители. Школа,
разумеется, ни при чем — она учит
читать, считать, решать задачки,
делать все по программе. Учит,
добавим, многому из того, что
никогда не пригодится в жизни.
Воспитание же — дело семьи. Верно
сказано: в чужом глазу и соринка
видна. А что делать с наркоманами и
теми, кто будет ими завтра? Пусть
ими занимается кто-то другой, кому
положено. А нам, в школе, нужны
отличники, медалисты, проценты
поступивших в вузы, потому что
нужны спонсоры.

3. Мы
должны научиться жить в сообществе
с наркоманами
и больными СПИДом.
Надо научиться правильно вести
себя, если ребенок — наркоман или
вот-вот им станет, быть готовым к
тому, что в больнице можно получить
ВИЧ-инфекцию, нужно привыкать,
терпеть, смириться с этим
неизбежным злом. Мудрость жизни в
том и состоит, чтобы не желать того,
чего нельзя получить.

Трудно
сказать, чего на самом деле хотят
проповедники такой терпимости. Как
бы то ни было, у них нет ответа на
вопрос, как правильно вести себя в
семье с наркоманом. А как быть, если
он не один, а их двое, что теперь
далеко не редкость? Я знаю случай,
когда в семье три сына, и все —
наркоманы, причем с ВИЧ-инфекцией.
Правду молвят: за чужой щекой зуб не
болит. Вот, пожалуй, это и есть
главный мотив прекраснодушных
речей.

4.
Наркомания по большому счету —
благо
,
как бы при этом ни страдали
родители больных. Слабым — не место
в этой суровой жизни. Если человек
выбрал добровольно путь к гибели,
ему не то что трудно помочь, ему
вообще помогать не следует. Да,
звучит это жестоко, но что мучит, то
и учит — говорит пословица. Выбора
нет: благодаря наркомании и СПИДу
человечество очистится, наконец, от
нежизнеспособной своей части.
Мольер был провидцем, когда сказал,
что медицина есть величайшее
заблуждение человечества. Надо
поддерживать только пригодных к
активной деятельной жизни, а с
больными, инвалидами, юродивыми
лучше расставаться и делать это без
сантиментов и сожаления.

Когда я
слушал все это, мне вспомнился
Бухенвальд, геноцид и другое в том
же роде. Хотелось спросить: а кто
будет решать: кого оставить жить,
кому умирать. А главное — найдется
ли, наконец, хоть кто-то, кто
осознает свою долю ответственности
за то, что у нас было и происходит
теперь?

5.
Наркомания — это химическая война.
Если взглянуть на
это не глазами ее жертв, а с другой
стороны линии фронта, логика
рассуждений тут такова. Богатые
страны Запада, живущие в изобилии,
имеют оружие массового поражения и
беззастенчиво, нагло диктуют свои
правила игры всему миру. Но,
изнеженные комфортом, развращенные
демократией и отравленные
свободой, они бессильны перед
наркотиками. Для них наркотики —
опаснее ядерного оружия.
Наркотическая война уже сегодня
приносит ощутимые плоды. Только в
США, например, около 20 млн. человек
принимают наркотики. Сходной
является ситуация и в Европе. Для
химической войны Россия еще более
уязвимая мишень, нежели Запад.
Народ деморализован, растерян,
запуган, каждый думает только о
себе, молодежь потеряла всякие
ориентиры в жизни. СМИ и реклама
неустанно внушают ей, что жить надо
ради удовольствия, в кайф, что надо
ловить момент, только бы чем
насладиться, а пивные бароны споили
подростков и подготовили
благодатную почву для наркомании.
Достаточно выбить пару поколений, и
русские никогда уже с колен не
поднимутся. Вероятность успеха
более чем велика: правительству на
наркоманию наплевать, законов нет,
в Совете безопасности наркомания
не вошла даже в десятку
приоритетов, правоохранительные
органы недееспособны, армия
бессильна, а народ, как говорил
Пушкин, безмолвствует.

6.
Наркомания — спасение от пустоты и
абсурда жизни.
Человек рожден для
счастья, иначе зачем жить. Секс,
наркотики, все, что угодно, иначе —
пустота, тоска и смертная скука.
Жизнь — не количество прожитых лет,
а те радости, которые человек успел
познать. Эта позиция свойственна
значительной части нашей молодежи,
и взрослые сделали, кажется, все
возможное, чтобы она в это поверила.
Еще Л.Н. Толстой заметил, что погоня
за наслаждением и культ
чувственного удовольствия —
большое несчастье, это форма
самоубийства. Каковым и является
наркомания.

7.
Наркомания — это прекрасная
возможность сделать хороший
бизнес.
Рассуждения
наркодельца просты, как
трехлинейка, и бьют наповал.
Сегодня в России поклоняются
единственному богу — золотому
тельцу. Достоинства человека
определяются размером его
кошелька. Идет перераспределение
собственности. О морали тут лучше
не заикаться. Где хрустят баксы,
нравственность молчит. Мы,
наркодельцы, бедных в принципе и не
трогаем, они нам не нужны, взять с
них нечего. С тем, что попадаются и
они, ничего не поделаешь, лес рубят
— щепки летят. Нас в первую очередь
интересуют богатые, то есть те
самые воры, с которыми ни один
порядочный человек не сядет по
нужде на одном гектаре. Вот им уж
точно придется поделиться
денежками. Не спасут их детей и
внуков ни заборы, ни охранники, ни
бронированные джипы. Вот этих деток
мы и сажаем на иглу. Потом будем
лечить, реабилитировать, тут нам
помогут свои люди в белых халатах и
с маленьким солнцем в груди. Лет
через 5-7 все это богатое жулье будет
хоронить своих золотых детей, но и
на кладбищах есть наши ребята, они
вытряхнут из их мошны последнее.
Пусть толпа кричит о смертной казни
— громче всех орут наши парни, чтобы
пар из людей выпустить. Пусть
треплют языки общественники и
активисты. Для нас это хорошее
прикрытие — вроде, что-то делается,
борьба идет. Мешать мы им не будем, к
тому же и они не внакладе, они
повышают свое самомнение, им почет,
а где-то перепадает кое-что от
власти. А чиновников купить, ментов,
судей и адвокатов денег нам хватит,
депутаты законы пишут под нашу
диктовку, мы открываем ногой двери
в самые высокие кабинеты. У нас
деньги, власть, и никто не спросит,
не посмеют, откуда мы их получили.
Нас никто не знает, но мы можем все.
Мы — реалисты, такова жизнь, и мы
только следуем ее законам.

8.
Наркомания и СПИД — наказание
погрязшего в грехах и пороках
человека.
Настал его судный
день. Если человеку пришла пора
погибнуть, он давно это заслужил.
Наступил финал сатанинской
цивилизации, и люди тут совершенно
бессильны — не может утопающий
вытащить себя на берег.

Это позиция,
которую можно встретить в
некоторых сектах, паразитирующих
на человеческом горе. Единственное,
что оправдывает сектантов, так это
то, что они не одиноки в своем
отношении к несчастьям людей.

9. Я уже не
говорю о тех, кто предпочитает
жить только
для себя и ни во что не вмешиваться.
Моя хата с краю, и
чтобы ни случилось, мне все равно.
Таких свидетелей жизни немало, они
заняли место по ту сторону добра и
зла, будучи равнодушными к тому и
другому. Что-то делать они не
собираются, надеясь отсидеться в
своей улитке, вероятно, потому, что,
уже не раз обманутые, ни во что и
никому не верят.

И, наконец,
последняя,
10-я
позиция
, менее других заметная
и влиятельная. Ее высказывают люди,
напоминающие собой разрозненные и
потерявшие связь друг с другом
остатки наголову разгромленной
армии.
Они
говорят о возрождении
самосознания, патриотизма,
нравственности, духовности,
национальной культуры.
Одним словом, в
наш практичный век это потомки
Дон-Кихота. Они, по-видимому, хорошо
знают, что надо делать, каким
образом, во имя чего. Им особенно
сильно мешает одно: обстановка
плюрализма, когда трезвые голоса
едва слышны, как некогда передачи
радио из-за бугра, потому, что их
глушили.

Может быть, с
"групповухой" пора кончать?

Читайте также

Подпишитесь на свежие новости

Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Важное