издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Эдуард Яроцкий: Коррупция поставила нас на грань выживания

Уже девять месяцев в Иркутске работает гражданская адвокатура "Достоинство" на базе общественной организации малого и среднего предпринимательства "Опора России". В числе проблем, которыми занимаются юристы "Достоинства", - расследование случаев коррупции, с которыми сталкиваются граждане. За девять месяцев в "Достоинство" обратилось более четырехсот человек. Рассказывает руководитель программы на территории Иркутской области, руководитель регионального отделения организации "Опора России" Эдуард Яроцкий.

— С какими проблемами обращаются граждане в
«Достоинство»?

— В месяц мы получаем более 50 заявлений. Среди них
жалобы на действия правоохранительных органов, обращения
в связи с проблемами во взаимоотношениях водителей и
инспекторов ГИБДД, есть жалобы и на работников ЖКХ.
Крышу кому-то не сделали, ремонт вовремя не произвели. Люди
отказываются платить за коммунальные услуги.

Потом идет прокуратура, примерно два случая в месяц. И
дальше — жалобы на здравоохранение, образование,
контролирующие органы (санэпиднадзор, различные
инспекции).

Есть серьезные дела. Неделю назад приходил мужчина
жаловаться на прокуратуру, он просил его заявление
не регистрировать. Хотя у нас имеется технология, по которой
мы регистрируем человека под псевдонимом. Люди стали
бояться даже собственной тени.

Бывает еще так. «Наехала» на человека санитарно-
эпидемиологическая служба (СЭС). Мы ему говорим: давай
мы тебе поможем, сделаем как надо, потому что их претензии
к тебе действительно не правомочны. И как вы думаете,
что делает этот предприниматель? Кода ему всю законную
процедуру противодействия объяснили, он
говорит: я, ребята, тут как-нибудь сам… Как правило, человек
идет, что называется, до конца, если он загнан в угол, когда
больше нет другого выхода. А если он хочет только
какой-то частный вопрос решить, то ограничивается устной
консультацией.

— Противодействие коррупции, по-моему, должно
начинаться с осознания гражданином своих прав…

— Да. Поэтому мы все случаи, с которыми к нам
обращаются, обобщаем и выпускаем серии просветительских
брошюр. В них рассказываем, как грамотно писать жалобы в
различные органы власти. Например, жалобу на отказ в
регистрации по месту жительства, жалобы на отказ в
регистрации прав на недвижимое имущество, на отказ в
регистрации автотранспортного средства и возмещение
ущерба, в регистрации правонарушения, на неправомочные
действия сотрудников ГИБДД или на бездействие
сотрудников милиции. То есть речь идет о тех ситуациях, в
которых то или иное должностное лицо может реально
поживиться. А когда чиновник видит профессионально
написанную жалобу, то он уже задумается. Если человек
приходит к нам с такими вопросами, мы выдаем ему эти
брошюры, чтобы он мог грамотно составить жалобу.

Следует сказать, что все обобщенные нами случаи
специальным письмом мы отправляем в Москву, чтобы
проблема решалась на федеральном законодательном уровне.
Так, например, наша общественная организация была одним
из авторов поправок к «Закону о милиции». То есть при
уточнении этого закона был учтен и опыт работы людей,
которые занимались антикоррупционными делами.

— И что это за поправки?

— Например, был внесен пункт, который запрещает
милиционеру приостанавливать деятельность какого бы то ни
было предприятия. Теперь это может сделать только суд после
соответствующего разбирательства. Конечно, тот же самый
«Закон о милиции» все равно еще не совершенен, но
обнадеживает тот факт, что общественность может реально
влиять на законодательство. Потому есть надежда, что
проблема коррупции будет решаться.

— Как на обращения юристов гражданской
адвокатуры реагируют те, кто нарушает права граждан?

— У нас было дело, связанное с тем, что незаконно
арестовали человека, незаконно произвели выемку
документов. А почему? Потому что одна московская
структура заинтересовалась объектом, который вел наш
арбитражный управляющий. Мы опротестовали действия
прокуратуры. Теперь преследование прекращено, принесены
соответствующие извинения арбитражному управляющему.

Или другой случай. В одном Доме творчества незаконно
уволили сотрудницу. Мы написали протест. Гражданка
восстановлена и продолжает работать. Другому человеку
отказали в устройстве ребенка-инвалида в специальный
детский сад, наши юристы законным путем помогли устроить
ребенка.

В целом мы отмечаем изменение в отношении чиновников к своим
обязанностям. Но не так быстро и радикально, как хотелось
бы. Очень часто чиновник становится в позу «благодетеля», а
посетитель вроде как пришел за одолжением. Но надо четко
определиться: чиновник — это наемный работник, который
служит обыкновенным людям. То есть чиновник существует
для народа, а не народ для чиновника. Вмешательство наших
специалистов в возникающие конфликты помогают понять это
обеим сторонам. Чиновника это приучает к ответственности
перед людьми. А граждане, в свою очередь, отучаются от
правового нигилизма. Люди начинает понимать, что у любой
проблемы есть решение законными способами. И не только на
уровне бытовых конфликтов…

Было у нас большое проблемное дело с прокуратурой. На
собрании одного акционерного общества обвинили человека в
клевете. Достаточно высокого уровня чиновник имеет в этом
АО финансовый интерес. И один из руководителей
этого АО на собрании акционеров озвучил эту информацию.
Его обвинили в клевете, дело дошло до суда. Когда он
пришел к нам, мы оформили соответствующим образом
документы, и дело было отозвано.

— Один из элементов коррупционности — это конкурсы и
тендеры, через которые происходит распределение
бюджетных средств, — продолжает Эдуард Яроцкий. —
Предпринимателю очень выгодно получить бюджетный заказ
на поставку оборудования или подрядные работы. Это
стабильный доход, решение многих проблем. Здесь очень
просто сработать на так называемом «откате». Это
значит, надо отдать заказ или подряд предпринимателю,
который потом поделится с чиновником частью
полученной прибыли. Мы скрупулезно анализируем такие
случаи.

Сегодня в «Достоинстве» есть заявление организации,
руководители которой считают, что их незаконно не
допустили на участие в конкурсе. Они пишут: «Наша
организация не была допущена к проведению конкурса. Сама
процедура принятия решения напоминает коррупционный
сговор, так как решение было принято за закрытыми
дверями».

Таких случаев происходит немало. Что же делать?
Необходимо создать более объективные критерии для
проведения конкурсов и тендеров. Очень важно, чтобы к
ним был допущен и малый бизнес, которому пока
трудно участвовать в конкурсах на равных с «более
состоятельными клиентами». Ведь даже если вы возьмете
конкурсную документацию, то за нее требуется заплатить.
Пакет документов стоит полторы тысячи рублей. Стоимость
одной страницы получается 100-115 рублей. Соискатель
покупает. Но если вы тендер не выиграли, то
вам эти полторы тысячи никто не вернет. Мои
принципиальные соображения поддержал глава федерального
антимонопольного агентства Артемьев, с которым мы
виделись недавно на Всероссийском форуме «Бизнес и
власть».

— Вы говорили, что проблемы жилищно-
коммунального хозяйства также являются одним из
направлений вашей программы. А как сфера ЖКХ
связана с коррупцией?

— Коррупция — это в том числе и бездействие властей.
Многие предприниматели говорят, что они уже сейчас готовы
сделать все необходимое для улучшения работы ЖКХ, не
увеличивая стоимость коммунальных услуг. Существует
немало примеров, когда предприниматели заключали договор,
получали деньги напрямую с жильцов и качество услуг
улучшалось. А предприниматели получали прибыль. Но кода
коммунальные конторы почувствовали, что они лишаются
кормушки, чиновники сказали: нет, ребята, мы заключать
договор больше не можем. Потому будем работать с вами по-
другому. Вот нам нужно отремонтировать подъезд, мы
составляем смету и заключаем с вами договор на ремонт
подъезда…

— То есть чиновники из ЖКХ стремятся
контролировать ситуацию и в новых условиях?

— Им хочется быть промежуточным звеном, чтобы
собирать свой «урожай» на этом поле. Сошлюсь в качестве
примера на один из микрорайонов города Иркутска. Не буду
его называть, скажу только, что это довольно новый
микрорайон.

Серьезный предприниматель решил взять в
эксплуатацию жилищный фонд этого микрорайона. Ему один
из руководителей города предложил поговорить с
начальником соответствующего жилищного треста.
Предприниматель отправился к начальнику. Говорит: «Я
возьму весь микрорайон. Первым делом установлю за свой
счет водяные и тепловые счетчики. Буду рассчитываться с
Иркутскэнерго, с Водоканалом и по другим необходимым
платежам. Деньги от жильцов будут идти напрямую мне. Но
вы дайте определенные гарантии, что у меня завтра не заберут
эти дома. А чиновник треста спрашивает: «А где в этой
схеме я?» Интересы чиновника с его раздутым аппаратом
предприниматель не учел. История закончилась тем, что
предпринимателю не только не дали никаких гарантий, но и
вовсе отказались подписывать с ним договор.

Выиграл в конечном итоге чиновник. А нам все время
рассказывают о том, что в ЖКХ не хватает денег и все такое.
Нет, денег хватает, и можно даже работать с прибылью, нужно
просто научиться хозяйствовать в этой сфере, исходя из
интересов потребителей услуг и тех, кто эти услуги оказывает.
Без всяких промежуточных звеньев.

— Эдуард Борисович, считаете ли вы, что
современная законодательная база нуждается в каком-то
дополнительном законе о коррупции? Или она достаточна
для того, чтобы уже сегодня эффективно бороться с этим
злом?

— Да, действительно, нужны соответствующие законы,
уточняющие, дополняющие, новые. Нужен целый ряд
документов и на уровне федеральном, и на местном. Нужен не
просто один закон, а он должен перекликаться сразу со
многими законами. Все должно быть увязано. Но известно,
что лучшее — враг хорошего, уже сегодня существует ряд
документов, законов, которые позволяют достаточно
эффективно бороться с коррупцией. Было бы, как говорится,
желание.

Вот простой пример. Вышел Указ президента по борьбе с
коррупцией, создана комиссия. Скажите, где отчеты, где
результаты работы этой комиссии? Чтобы дело сдвинулось,
чтобы законы заработали, нужна политическая воля
руководителей государства.

Результаты исследований, проведенных специалистами
Всероссийского центра по изучению общественного мнения
(ВЦИОМ), говорят о том, что за последние пять лет
количество людей, которые считают, что коррупцию нельзя
победить, увеличилось. Например, по данным генеральной
прокуратуры, только один или два процента взяточничества
приводят к уголовному наказанию. Люди смотрят
телевидение, читают газеты, в которых говорят, что чиновник
крадет. А чиновника не заключают под стражу, а переводят,
скажем, на другую должность. Народ видит, что коррупция
ненаказуема.

Я думаю, что общество и, как мне кажется, так
называемая политическая элита понимают, что точку
возврата мы вот-вот пройдем. Если мы не будем заниматься
этой проблемой, то коррупция «сожрет» государство. Мы
станем банановой республикой, в которой чиновники
работают на тех, у кого карман набит туже. Мне кажется, что
уже сложилось понимание того, что воевать с коррупцией нужно
не отдельными акциями, а
бороться с этим злом постоянно и целенаправленно,
на всех уровнях власти и с помощью
гражданского общества.

Читайте также

Подпишитесь на свежие новости

Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Важное
Adblock
detector