издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Семь футов тебе под килем, "корабль милосердия"!

Иркутской городской детской клинической больнице исполнилось 110 лет Когда прожитый век остается за плечами, каждый новый этап -- событие. Если речь о детской больнице, принимающей на себя беды и несчастья сотен и сотен маленьких пациентов и несущей свой крест самоотверженно, хотя и негромко, то это событие особого смысла.

Иркутской Ивано-Матренинской нынешней осенью
исполнилось 110 лет. Она отсчитывает свой возраст не
годами и даже не десятилетиями, а поколениями тех,
чьи судьбы были спасены и спасаемы сейчас в ее стенах. И это
достойный, высокий счет!

— Мы, — говорит мне главврач Иркутской городской
детской клинической больницы
Татьяна Ивановна Ляшенко, — сегодня лечим
правнуков тех, кого лечили когда-то.

А я думаю: собрать бы под одним переплетом все
«скорбные листки», то бишь истории болезней, изо
дня в день, из года в год определяющие больничные
будни, какой бы неожиданный, необычный, но
объективный срез бытия Иркутска, истории его
лечебного дела можно было бы высветить. От старого
хирургического корпуса, возведенного на деньги иркутского
золотопромышленника Ивана Базанова, до первой в Иркутске кафедры
детской хирургии, основанной вернувшимся с Великой Отечественной
Всеволодом Андреевичем Урусовым; от первых тридцати
больничных коек до современного многопрофильного
лечебного учреждения, на базе двадцати отделений
которого развернуто девять кафедр Иркутского
государственного медицинского университета и
Иркутского государственного института
усовершенствования врачей.

Ивано-Матренинскую вообще можно считать колыбелью
детского здравоохранения в нашем регионе. В таком
сравнении нет и доли лукавства.

— И детская областная клиническая больница, и клиника
академического педиатрического института намного
моложе нас, — замечает Татьяна Ивановна Ляшенко. — Детские
врачи, закончившие Иркутский мединститут в середине, даже в
конце прошлого века, в своем большинстве
проходили интернатуру, заканчивали ординатуру у
нас. Так что мы с полным правом считаем, что почти
все ныне практикующие педиатры Приангарья выпестованы
Ивано-Матренинской. И, знаете, мы каждого
оперившегося у нас отпускали в самостоятельный
полет с легким сердцем.

Легкость сердца сродни его щедрости и доброте.
Для врачей, для медицинских сестер, в чьих руках
жизнь ребенка, — качество столь же профессиональное,
сколь и нравственное. Сто десять лет, как ни смотри,
срок достаточный для того, чтобы летопись Иркутской
городской клинической детской больницы читать,
сообразуясь не с привычной хронологией, а с именами,
составившими эпохи ее пути. Скажем, эпоха главврача
Марии Васильевны Голицыной, о которой старейшие
работники Ивано-Матренинской вспоминают как о
человеке «с серьезным характером, державшем в
разумной строгости всю больницу». Или эпоха
главврача Елизаветы Наумовны Стояновой,
возглавившей строительство терапевтического корпуса.
Или эпоха главврача Зинаиды Григорьевны Дубовик, при
которой был надстроен пятый этаж хирургического корпуса,
совсем приближенная к сегодняшнему дню: Зинаида Григорьевна
еще нынешним летом работала, оставив по возрасту «капитанский
мостик», педиатром приемного покоя. Наконец, настоящее время
Ивано-Матренинской — моя собеседница Татьяна Ивановна Ляшенко.
Заступив на нелегкую вахту, она вот уже пятнадцать лет ведет
«корабль милосердия» курсом, проложенным ее
предшественницами. А чего стоят имена Людмилы
Ермиловны Кузминой и Александры Ефимовны Амбросовой
— известнейших далеко за пределами Иркутска
педиатров, показать своих малышей которым любая мать
почитала великой удачей!

… Знаете, чем трудны для газетчика вот такие, приуроченные
к добрым событиям, материалы? Всегда подстерегает
опасность либо впасть в перечисление фамилий, либо
обидеть кого ненароком, опустив его имя. Но как, скажите,
наособицу представить читателям каждого ветерана
или каждого молодого специалиста, только влившегося в
коллектив? Наверное, разумнее представить саму
Ивано-Матренинскую как некое единое целое, аккуммулировавшее
опыт, знания, верность детскому врачеванию всех, кто
в ней трудится: более тысячи человек, спаянных традициями,
которые отчеканило время.

— Мы не делим врачей на «своих» — больничных, и
«чужих» — работников кафедр. Потому что
делаем одно дело. Так уж у нас повелось:
врачи-практики занимаются наукой — это в порядке
вещей. Сегодня в Ивано-Матренинской четыре доктора
медицинских наук, 16 кандидатов, и защита
диссертации кем-либо из коллег радует всех.
Мы в медицине,
— размышляет вслух Татьяна Ивановна, —
учимся своему ремеслу всю жизнь.

И неожиданно спрашивает:

— Знаете, кого можно считать хорошим врачом, а кого
плохим? Хороший врач тот, кто всегда сомневается,
плохой тот — кто всегда уверен в себе…

Пусть никого не смущает парадоксальность этого
утверждения. Медицина вообще такая сфера
человеческой деятельности, в которой взявший
ответственность за здоровье пациента балансирует
на кончике иглы. Детская медицина — в особенности.
Потому что так устроено природой: то, что является
нормой во взрослом организме, в детском —
патология; и далеко не всякий педиатр отважится
взять на себя функцию неонатолога. Именно потому,
что в Ивано-Матренинской прекрасные, не самоуверенные,
а умеющие размышлять и сомневаться врачи, в ней
летальность намного ниже, чем в целом по России.
Она вытягивает самых трудных. Спасти не удается лишь
в случаях врожденных патологий, не совместимых с
жизнью, да еще когда полученные в результате аварий травмы
не оставляют детскому доктору ни малейшего шанса на
победу.

Что ж делать, таковы реалии всякого больничного
уклада, в которых черное и белое, надежда и отчаяние
четко разделены меж собою. Но чтобы надежда не
покидала больничные палаты, а тьма не застила бы
свет, собирается у каждого тяжелого маленького
пациента, в каком бы из двадцати отделений он ни
лежал, консилиум самых опытных, самых эрудированных,
а потому не чурающихся советов докторов. И
общим умом, общей интуицией, общими знаниями
вытягивают ребенка, часто даря ему второй день рождения.
Такова традиция; таков порядок, заведенный чуть ли
не с первых дней существования Ивано-Матренинской
больницы. В бесконечной их череде не было, да и быть
не могло, ни одного аккуратно разлинованного и
спокойного. Но вот что удивительно: вершащиеся
перемены жизни, кому-то приносящие одни неприятности,
для Ивано-Матренинской, по словам Татьяны Ивановны
Ляшенко, оборачиваются «интересным временем».

— У кого-то перестройка, — говорит она,
— связана только с негативными чувствами, а у
Ивано-Матренинской больницы появилась возможность
более рационально организовать свою службу. Мы
разделили с детской областной клинической больницей
профили. Скажем, взяли на себя детскую гинекологию,
отделение реанимации новорожденных, восстановительную
медицину. Областная больница, к примеру, приняла к себе
детскую онкологию, заболевания крови. Точно так же
мы нашли контакт с педиатрической клиникой
академического института, специализирующейся на
лечении ребят более старшего возраста. И в итоге
образовалось в Приангарье единое лечебное поле, дающее
возможность оказывать помощь детям почти по всем
существующим в современной педиатрии патологиям.

… В праздничные для городской детской клинической
больницы дни меньше всего хотелось бы рисовать образ
этакого «везунчика», который, не ведая преград,
перешагивает кордоны столетий. Нет нигде в мире, а
в России тем более, лечебного учреждения, в котором
средств хватает на все про все. Ивано-Матренинская
— не исключение. «Питается», как и все остальные,
из двух карманов: бюджетного и ОМС. Ни тот, ни
другой не гарантирует нормального существования.
Скажу больше: Ивано-Матренинская знавала такие
темные мгновения, когда у нее не было даже наркозных
аппаратов. И еще: как у всех российских врачей,
базовая зарплата докторов этой больницы всего тысяча
рублей. Правда, на эту тысячу начинают
«накручиваться» надбавки: за стаж, за категорию, за
разряд. Но ведь все это не сразу, не в тот день,
когда молодой врач, впервые переступив порог палаты,
остается один на один со страданием ребенка!
Возможно, кому-то покажется неуместной сермяжная
правда на юбилейном пиру. Но, собственно, почему?
Разве патока «праздничного елея» целебней горечи
реальных истин? Важно ведь совсем иное: отношение
тех, кто посвятил себя детскому здравоохранению, к
той ноше, которую приходится нести. Так вот: к
своему 110-летию Ивано-Матренинская подошла, ни разу
не усомнившись в цели, в миссии, ей уготованной. Не
в этой ли верности итог ее выносливости и оптимизма?

Татьяна Ивановна Ляшенко, с которой я встретилась за
несколько дней до назначенного на 19 октября
торжества, не сомневалась в том, что свою
детскую больницу придет поздравить «весь Иркутск».

— Лишь бы музыкальный театр вместил всех, кто хочет
разделить с нами нашу радость…

В минувшую среду я убедилась в том, как она была
права…

Читайте также

Подпишитесь на свежие новости

Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Важное