издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Страна развитого конфуцианства

Китай больше «не стоит в яме» по сравнению с Россией. Китай бурно развивается, заканчивает подготовку к Олимпиаде в Пекине, строит метро и задыхается от пробок. В Китае деревенские бизнесмены-коммунисты имеют обороты в 150 млн. долл. в год, строят гостиничные комплексы и свои киностудии... и кормят большую часть жителей родной деревни. Культурный шок от быстрорастущей китайской экономики испытала НАТАЛЬЯ МИЧУРИНА.

Путешествие в Китай всегда связано с сюрпризами. Об этом вам скажет любой, кто бывал в Поднебесной. Третий год подряд Фонд Антона Чехова и национальная газета Китая «Китайская молодёжь» под патронажем властей двух стран организуют обмен группами региональных журналистов.

Город на колесах

Пять лет, разделяющие две поездки в Пекин, заставили другими глазами посмотреть на этот город и на то, как меняется Китай. От недавней аскетичности политической столицы Поднебесной не осталось и следа. Сегодняшний Пекин буквально весь ощетинился подъёмными кранами. И дело не только в том, что город через два года примет у себя Олимпийские игры, о чём на пути из аэропорта в гостиницу не один десяток раз напомнили щиты и билборды. Пекин уже мало отличается от любого другого мирового центра: исчезают придававшие особое очарование старому городу улочки с домишками, образующими дворики (и не только они, нещадно сносят панельные дома наподобие отечественных «хрущёвок»), на их месте растут высотки, отели, проектируемые голландцами и французами. Китайцы патологически увлечены всем ультрановым, включая архитектуру. Как анекдот, рассказывают, что мэр Москвы Юрий Лужков упрекнул мэра Пекина в том, что, мол, теряет город свою самобытность. А пекинский градоначальник с этим не согласился — здесь на многие небоскрёбы «надеты китайские шапочки», как крыши у пагод.

С улиц столицы Поднебесной автомобили практически вытеснили велосипеды, придававшие Пекину особый колорит. Светофоры для них ещё сохранились, но уже не «двухколёсные друзья» диктуют свои правила на дороге. Количество автомобилей на улицах города с населением 12 миллионов человек, достигло трёх миллионов, «почти как в Москве», не без гордости уточняют пекинцы. Вероятно, так они дают понять, что лозунг времён Мао Цзэдуна «чем беднее — тем лучше» стал абсолютно неактуальным. Теперь китайцы не стыдятся своего достатка. Респектабельные автомобили — «фольксвагены», «бьюики», «мерседесы» — стали обычным явлением в Пекине: такого количество «Ауди-А6» (которые, наверняка, собирают в Китае) я не видела и в Москве. Всего этого пять лет назад не было и в помине. Ещё совсем недавно купить автомобиль можно было лишь с разрешения партийного руководства.

В этом году жители Пекина впервые всерьёз столкнулись с пробками на дорогах, которые, конечно, ни в какое сравнение не идут с московскими. Колоссальное дорожное строительство не поспевает за растущим количеством автомобилей. Власти всерьёз рассматривают возможность ограничить покупку машин в кредит и развивают общественный транспорт. Ударными темпами строится метро, вводятся новые автобусные маршруты. Именно эти способы передвижения предпочитают горожане велосипедам, плотно набиваясь в час пик в вагоны метро и автобусы. Но в городе есть приятное постоянство — всегда дешёвое такси: 2 юаня (6 рублей) за километр.

Человеческое богатство

В Пекине очень много такси — частных, государственных. Такси решают не только транспортные проблемы, но и проблемы занятости. Чтобы получить работу в стране с населением 1,3 миллиарда человек, надо выдержать жёсткую конкуренцию. Как-то утром у входа строящегося комплекса довелось видеть спящих людей, желающих получить работу и, вероятно, дежуривших у входа на стройплощадку с вечера. Зарплата в 200 долларов — предел мечтаний огромного количества китайцев. Однако, как утверждают живущие в Китае не один год журналисты, для столицы это ничтожные деньги.

Именно человеческий ресурс является одной из ключевых составляющих китайского экономического чуда. Людские ресурсы в стране очень богаты: более трёх четвертей населения живёт в деревнях. И многие непременно хотели бы оставить их в поисках лучшей доли в мегаполисах. Только жёсткая система прописки, действующая в Китае, сдерживает перемещение населения из бедных регионов в богатые. Новый лозунг Китая «стать богатым — почётно» привёл к тому, что социальное расслоение в стране стало весьма заметным. Китайские власти признают неутешительную статистику: голодают 40 миллионов граждан. И даже обещают бороться с бедностью.

Недавно в оборот китайцев вошло выражение «новая социалистическая деревня». Речь идёт не о поставках племенного скота и техники на село. Слишком мелко для государства, претендующего на роль сверхдержавы. Скорее, наоборот. Это понятие включает развитие в деревнях новых производств, а также туризма. К слову, 2006 год объявлен в Китае годом «деревенского тура». В стране как атрибут моды вводится постижение деревенской жизни, «проживание в деревенском доме, принятие деревенской пищи, выполнение деревенской работы». Деревенский тур ждал и нас.

Социализм в отдельно взятой деревне

Деревня Чжэнг в пригороде Пекина, куда нас привезли коллеги из «Молодёжки», даже отдалённо не напоминала сельскую местность. Российские власти назвали бы её технопарком. Но чтобы никого не запутать в терминологии, постараюсь описать китайскую деревню будущего.

На площади 2,9 квадратных километра расположены комплекс жилых домов, гостиница «пять звёзд» на 200 мест, аквапарк с 30 бассейнами, курорт на термальных источниках, филиалы столичных института связи и театрального института, центр высоких технологий, школа, местный дом культуры и отдыха, к которому прилагается поле для гольфа. Всё это, как выясняется из разговора с одним из сельских руководителей, результат предпринимательской деятельности одного из местных коммунистических лидеров, создавшего акционерную компанию «Хонфу». Она ведёт основной бизнес на территории деревни, развивая стройиндустрию и строительство. Хотя здесь же работают ещё несколько десятков компаний.

Деревней в общепринятом смысле Чжэнг была лет двадцать назад. Перемены начались с первым «ведром золота» (так в Китае называют успешный старт бизнеса) «Хонфу». Компания заработала его, когда в 1986 году собранная из чжэнгцев группа строителей под руководством молодого 22-летнего местного партийного лидера (сейчас он президент группы «Хонфу») получила первый подряд в Пекине, взяв кредит 50 тыс. юаней. Потом компания организовала производство стройматериалов. Далее было вхождение в турбизнес, строительство гостиницы и обустройство термальных источников. Теперь это преуспевающая компания с оборотом 1,2 млрд. юаней или 150 млн. долларов, обеспечившая в прошлом году доход каждому своему акционеру, большая часть из которых крестьяне, 17,8 тыс. юаней.

Спросите, в чём тут социализм, когда имеет место чистой воды капитализм? Может быть, термин оправдывает пакет социальных гарантий, которые получает каждый зарегистрированный в деревне житель? Во-первых, это право на бесплатное образование в местных вузах. Во-вторых, право на работу. В-третьих, право на получение 60 квадратных метров жилья на территории посёлка по цене 600 юаней (что в российской валюте составляет 1800 рублей), в то время как для остальных он будет стоить 4 тыс. юаней. Ну и, естественно, каждый прописанный в Чжэнг житель имеет право на часть прибыли «Хонфу», даже если и не является акционером компании. Администрация деревни, владеющая 16% акций «Хонфу», из своих дивидендов и налоговых отчислений формирует социальные выплаты для своих жителей, в том числе небольшие пенсии. В Китае пенсионная система только начала формироваться и до недавнего времени таких выплат не было вовсе.

Исполнительный директор «Хонфу Групп» Хао Южэнг говорит, что власти предусмотрели в своё время для Чжэнг одну немаловажную льготу — распоряжаться землёй по усмотрению акционеров «Хонфу», которые вошли в компанию своими земельными паями. В Китае власти редко соглашаются на вывод земли из сельхозоборота, прежде всего, из соображений продовольственной безопасности. Но у «Хонфу» другой случай. Серьёзной статьёй доходов компании является арендная плата за использование земли. Одним из плательщиков, к примеру, стала немецкая машиностроительная компания, построившая на крестьянской земле завод.

Интересуемся, по какому принципу в компании выбирали вузы, чьи филиалы открыты в Чжэнг. Хао Южэнг объясняет, что Пекинский институт связи готовит кадры для местного информационного центра, а театральный станет кузницей кадров для нового проекта «Хонфу». В компании собираются построить павильон для кино- и телесъёмок. Под занавес Хао Южэнг показывает гостиничный комплекс на термальных источниках, безусловной «жемчужиной» которого является копия императорского дворца. Хит дворцового интерьера — копия императорской кровати. Она обошлась заказчикам в 1,8 млн. юаней. Сутки проживания в царских апартаментах — 20 тыс. долларов. Сейчас они пустуют, и сюда приходят отдыхающие как на экскурсию, а вот на время Олимпийских игр 8 — 24 августа 2008 года апартаменты выкуплены.

Олимпийский старт

Предоставляя нам возможность увидеть деревню Чжэнг, китайские коллеги заранее могли предугадать нашу реакцию. Она была сродни культурному шоку. Да и у самих китайцев поездка вызывала сильные эмоции. Сопровождавший нас шеф-корреспондент «Китайской молодёжки» в Москве Гуань Цзаньбинь признался, что и сам хотел бы стать деревенским жителем. Надо сказать, что у пекинцев становится популярным жить в загородных посёлках. Вероятно, это обстоятельство очень радует компании, владеющие дорогами, которые за пределами городов в Китае платные. Из 20 тысяч жителей деревни лишь 1400 имеют местную прописку и соответствующие льготы. Остальные либо арендуют жильё у местных жителей, либо покупают его у «Хонфу». Приобретение жилья в столице выльется в копеечку. В зависимости от района города цена квадратного метра колеблется в пределах от 6,4 тыс. до 24 тыс. юаней. Несмотря на то, что власти разными способами пытаются сдерживать цены на жильё, к примеру, в Пекине иностранец не имеет шансов купить квартиру, в городе опасаются, что с приближением Олимпиады жильё может заметно подорожать. Но это, как показалось, единственное неприятное ожидание жителей столицы от предстоящих игр.

Для китайцев выбор Пекина столицей Олимпиады — уже практически исполненная столетняя национальная мечта. «В начале прошлого века, за 20 лет до участия китайцев в олимпийских играх, китайская пресса уже ставила вопрос о том, когда Пекин сможет принять Олимпиаду», — рассказывает пресс-секретарь Олимпийского комитета Сан Вайд. Ожидается, что на игры приедут около 550 тыс. иностранных болельщиков и порядка 1 миллиона китайцев.

Большинство олимпийских объектов уже готовы. В будущем году строители собираются сдать главный водный стадион «Водный куб» и стадион «Гнездо птицы», где будут проходить церемонии открытия и закрытия игр, а также основные футбольные матчи. Выбранная архитектура зданий вызывает много споров из-за их, как кажется некоторым пекинцам, кричащей и неоправданной авангардности. Работы на одном и на другом ведут совместно с иностранными компаниями, которые также являются наряду с государством соинвесторами стадионов. После Олимпиады оба объекта будут переданы государством в аренду компаниям-застройщикам на срок 30 лет. И если «Водный куб» будет использоваться в основном как парк на воде, то в «Гнезде птицы», кроме непосредственно стадиона, будут работать несколько ресторанов, гостиница.

Сейчас в Пекине всё напоминает о грядущей Олимпиаде. Пять мальчиков счастья, ставших символами игр-2008, не оставят тебя без внимания. Они не только ежедневно смотрели на нас со страниц газет. На площади Тъяньанмэнь, аккурат напротив мавзолея Мао Цзэдуна, пять огромных кукол играют в футбол. Продукцией с олимпийской символикой торгуют только в специальных магазинах. Нас считают нужным предупреждать о том, что игрушки, разложенные одной из торговок на тротуаре, безусловная подделка. Все об этом знают, но никто не будет гнать эту женщину с улицы. Она зарабатывает на жизнь.

Культурный слой

Китай по-прежнему остаётся местом незабываемого шопинга. На Жемчужном рынке, куда традиционно привозят туристов со всего света, ажиотаж. Здесь можно торговаться, снижая цену в четыре раза. Двоих пожилых немцев процесс захватил настолько, что они вынуждены были купить огромный чемодан, чтобы сложить в него свои покупки. Узнав о том, что двум русским журналистам удалось купить на Жемчужном рынке хорошие фотоаппараты, Гуань Цзаньбинь не без иронии поинтересовался: разве на Жемчужном рынке бывают «хорошие фотоаппараты»? И предположил, что это подделка. Далее состоялся обмен короткими репликами: «Как можно подделать Sony?» «Китайцы — умные. Они могут».

Сами китайцы на рынках покупки не делают, предпочитая магазины, где продают вещи хорошо известных торговых марок по фиксированным ценам. Иногда кажется, что китайцы одержимы идеей подлинности вещи. Поэтому принимающая сторона испытала лёгкий шок, узнав, что в свободное время мы решили отправиться на Подзяюань. У рынка не лучшая репутация: местные торговцы не прочь всучить лаоваю (так китайцы называют иностранцев, слово это хоть и переводится как «уважаемый гость», но носит ироничный оттенок) под видом древней вещи имитацию. Здесь и блошиный рынок, и антикварные лавки, и просто место, где можно купить сувениры — традиционные для Китая поделки из нефрита или дерева.

Подзяюань — вожделенное место для собирателей древностей. «Среди развалов безделушек и домашней утвари можно нарваться на бесценный артефакт, в стране с большой историей и высокой плотностью населения такое вполне возможно», — говорит один знаток. В любом случае, настоящие антиквары приходят сюда во всеоружии, имея при себе не одну лупу. Китай знаменит так называемой садовой археологией. Бизнес прост: дед заказывает у мастера копию старинной вещи и зарывает её буквально у себя в саду, в земле она быстро старится, и уже внуки несут её на тот же Подзяюань под видом вещи времён династии Минь.

Принцип определённости

Терпение, так необходимое садовым археологам, характерно для всех китайцев. Это отчасти стало залогом успеха реформ, начатых в стране в 1978 году. Один из отечественных китаистов нашёл образ, хорошо характеризующий позицию, с которой стартовал Китай: «Когда Россия стояла на табуретке, Китай стоял в яме». Наши коллеги из «Молодёжки» признают, что интерес к России в Китае растёт по мере сближения позиций руководства двух стран. Главный редактор «Молодёжки» Ли Сюецянь рассказывает, что китайцы с интересом ждут новостей о том, кто станет преемником Владимира Путина на посту президента. «Вам вообще нужно сделать так, чтобы Путин остался на третий срок», — то ли в шутку, то ли всерьёз заметил он.

Китайская экономика уже 27 лет продолжает своё быстрое развитие со среднегодовым приростом 9,3%, что гораздо больше среднего роста по миру в целом. Но сегодня ни одному китайцу не придёт в голову говорить с русским на позициях младшего брата, несмотря даже на самое доброе отношение. В России так долго не было стабильности, сокрушаются наши китайские коллеги. А китайцы в вопросах и политики, и бизнеса придерживаются завидного постоянства. Здесь не принято ругать прежних правителей. И, несмотря на главенство коммунистических идей, страна живёт по законам конфуцианства. Никому из инвесторов не приходит мысль ставить под сомнение долгосрочные договорённости с китайскими властями. Так что, говоря о ситуации в России, современный китаец, скорее, смотрит на россиянина с сочувствием.

Продолжение см. в следующем номере «Конкурента»

Фото: Виктории КОМАРОВОЙ,Ирины СОЛОВЬЁВОЙ, Агентство China Youth daily

Читайте также

Подпишитесь на свежие новости

Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Важное
Adblock
detector