издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Семь десятилетий у станка

  • Автор: Георгий ДРОБИНИН

Давно, ещё с советских времён, в тресте «Востоксиб- электросетьстрой» с вниманием относятся к ветеранам своего предприятия. Высококвалифицированных работников не торопят с уходом на пенсию. Ориентируются не на возраст, а на реальное состояние здоровья и личное желание сотрудников, многие из которых посвятили энергетическому строительству в Прибайкалье большую часть своей трудовой жизни. Но, даже зная всё это, я не сразу поверил, что в сто шестой механизированной колонне ВСЭСС работает некий токарь-шлифовальщик высочайшей квалификации, трудовой стаж которого превышает уже... семь десятилетий.

— О-о! Так это наш Иннокентий Михайлович Даниловцев, — сразу догадался, о ком я веду речь, директор МК-106 Александр Борейко. — Он всего-то на три дня моложе Октябрьской революции! В ноябре будем отмечать его 90-летие. Только ему не дашь столько ни на вид, ни по работе. Здоровье его, слава Богу, не подводит. Он токарь-шлифовальщик. Целый день на ногах. До сих пор прекрасно работает без очков, зато с… микрометром… 7 января встретил его в магазине, спрашиваю: «Как отдыхается?». А он отвечает: «Да устал уже от безделья. На работу хочется».

Таким я его и увидел: у автомобильного коленчатого вала с микрометром в руках. Работа токаря-шлифовальщика больших физических нагрузок не требует, если не считать, что весь день ему приходится работать стоя. Зато требует она предельного внимания и терпения. Ещё бы, ошибка при шлифовке коленчатых валов, на которую по всем инструкциям имеет право Иннокентий Михайлович, составляет менее микрона (менее одной тысячной доли миллиметра), или в три раза меньше толщины человеческого волоса. Замерив только что обработанный диаметр, он протягивает мне микрометр: «Посмотри, что у меня получилось». Отодвинув измерительный прибор на расстояние вытянутой руки, я пытаюсь посчитать деления, а ветеран, бросив короткий взгляд на микрометр, объясняет: «Ещё одну соточку мне убрать осталось».

— Вы что же, до сих пор так хорошо видите? — удивился я. — Там же деления, как мне показалось, только под лупой рассмотреть можно.

— Не жалуюсь. Очков не носил никогда. Одинаково хорошо вижу и вблизи, когда читаю, и вдали, когда машину веду.

— Вы водите машину?

— Конечно. А иначе как на свою дачу попаду. Она в двадцати километрах от дома. Права я получил ещё в 1937 году. С тех пор и вожу машину. Шофёром никогда не работал, но вот на охоту, на рыбалку с друзьями…

— Раньше улицы полупустыми были, а теперь машин столько! Не страшно?

— А чего бояться-то, если столько лет езжу. Правила движения я знаю прекрасно, сам их не нарушу. А главная защита от дурака на дороге — внимание. Его отсутствием я тоже не страдаю.

— А работаете давно?

— Давно, конечно. Общий трудовой стаж — 74 года. С 1932 по 1934 год учился в профессионально-технической школе имени Куйбышева. Вышел из неё токарем 4 разряда. Начинал на Иркутском авиационном заводе, где меня сразу поставили на расточку блоков автомобильных двигателей. Многие цеха тогда ещё строились. Потом на железной дороге работал. А в 1952 году, в апреле, когда я уже членом партии был, меня вызвали в обком КПСС и вручили направление на строительство Иркутской ГЭС. Этого треста ещё не было, но в составе дирекции было специальное подразделение, на основе которого в 1960 году и был создан «Востоксибэлектросетьстрой». Я всегда занимался капитальным ремонтом автомобильных двигателей: расточка, шлифовка. В бригаде 10 человек было: восемь мотористов, один обкатчик и я, бригадир, десятый. Начинали мы в деревянном здании, но уже в 1953 году нам построили кирпичные мастерские. С тех пор я вот в этих самых стенах работаю. Только вместо десяти нас теперь всего двое. Но справляемся. Хотя ещё один человек лишним бы не был. Мне моя профессия нравится, а вот молодёжи — почему-то не очень. У меня учеников много было, но они не остаются. Кто-то в институт уходит учиться, а кто-то ищет работу полегче да поденежней…

Иннокентий Михайлович рассказывает, как в то далёкое время они своей бригадой обустраивали мастерские. Собственными руками изготовили даже дугообразную кран-балку. «Вон там, — показывает в окно ветеран, — вырыли яму для костра. Вечерами разводили огонь, грели специальный швеллер и гнули его по шаблону. Получилось. Видите, до сих пор верой и правдой служит. И после меня ещё поработает».

— Как чувствуете себя? Здоровье не подводит?

— Со здоровьем всё нормально. Вот только иногда, если что-то холодное съем, голос пропасть может. Больше пожаловаться не на что.

Иннокентий Михайлович вырастил двух дочерей и сына. Двух внуков и внучку. Теперь помогает растить двух правнуков и двух правнучек. Дочери по возрасту могли бы уже и оставить работу, да характером, видно, в отца пошли. Обеим — за 60, но продолжают работать. У сына сердце подвело — получил инвалидность. Но тоже подрабатывает, потому что дома сидеть — занятие несерьёзное.

Не увидев в мастерских пепельницы, спросил Иннокентия Михайловича, курит ли он.

— Может, потому и на здоровье не жалуюсь, что никогда не курил, — предположил ветеран. — Никогда! Даже из детского баловства не выкурил ни одной папироски. А вот отец курил сильно. Однажды резал он себе табак, а я взял его в рот, чтобы попробовать. Меня как откинуло! С тех пор даже мысль не приходила закурить. Это хорошо, потому что и здоровье крепче, и сделать успеваю больше.

На снимке: И.М. Даниловцев, токарь-шлифовальщик с 74-летним стажем работы.

Фото автора

Читайте также

Подпишитесь на свежие новости

Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Важное
Adblock
detector