издательская группа
Восточно-Сибирская правда

То время, когда мы любили

К 90-летию «Восточно-Сибирской правды»

«Когда мы умели летать» — следующая гумилёвская строка, через запятую от той, что вынесена в заголовок. С костылём под мышкой уже не полетаешь, но Аграфена Савельевна Лысенко скора на подъём и держится так, что при встрече с ней буквально минуту спустя костыль этот начисто забываешь. А следом не то чтобы забываешь, но просто не веришь, что гостеприимной хозяйке, заслуженному работнику культуры России 82 года. Так ясны её голубые глаза, так звонок голос, так заразителен смех. Она из тех немногих людей, к которым применимо понятие «человек-праздник». Лёгкая в общении, приветливая, обаятельная, вопреки всему сохраняющая молодость души. Ровно десять лет назад в этом же возрасте не стало её мужа – фотокорреспондента «Востсибправды» Василия Яковлевича Лысенко. Он, инвалид Великой Отечественной, почти половину своей жизни снабжал и украшал газету жанровыми снимками, портретами, фоторепортажами. Есть что вспомнить, есть что показать.

— Аграфена Савельевна, что чему предшествовало — муж или газета?

— «Восточка», конечно. С ней я познакомилась задолго до того, как в мою жизнь вошёл Василий Яковлевич. Он-то из курской деревни, в 1941-м ушёл на фронт, в 42-м его ранили под Курском, из того госпиталя переправили сюда, так он в Иркутске и остался. Работать после выписки начал в военной газете «Советский боец», потом ненадолго задержался в фотолаборатории филиала Академии наук, а в 1956 году как поступил в «Восточку», так до своих семидесяти лет и работал в ней. Инфаркт затем перенёс, потом инсульт, но как только оправился от них, продолжал снимать для «Восточки». Только уже внештатно.

А я родом из Забайкалья – Красночикойский район Читинской области. Отец военный, и с 1934 года наша семья поселилась в Иркутске. Газеты, журналы, книги были у нас дома в ходу. Вот с тех пор «Восточка» и сопровождает меня. Это уж много позже так случилось, что и своим личным счастьем я оказалась обязана ей. С Васей-то нас познакомила моя университетская подруга, которая знала его ещё по совместной работе в газете. По натуре он добрый и мягкий человек был, весёлый всегда, душа в душу жили. Зимой на лыжах по выходным ходили.

— Отдыхали вместе?

— Да ему не до этого было. Командировки! Если суммировать все его поездки по области, полгода вне дома у него получалось. Работа, конечно, сумасшедшая, тем более, первые годы он один в редакции снимал. Надо съездить, отснять материал, моментально на поезд, из вагона – в фотолабораторию, чтобы успеть в номер. Да и в городе ему передыху не было. В то время очень много было правительственных делегаций, не только наших, но и зарубежных. Естественно, Василий Яковлевич должен был оперативно обеспечивать «Восточку» фотокадрами. Кто только сюда не приезжал! Он снимал Хрущёва, как тот включает кнопочку на Иркутской ГЭС (смеётся), Косыгина, Будённого, Валентина Терешкова тоже водичку байкальскую пила из ведра, с Николаевым приезжала… Иностранцы – Фидель Кастро, шах Ирана Реза Пехлеви, Броз Тито с супругой, Урхо Кекконен, всех к Байкалу возили, на пике Черского он снимал, а «Восточка» публиковала эти снимки. Все значимые события в области запечатлевал. Он был страшно привязан к земле и на село часто выезжал, тогда газета много материалов публиковала по сельскому хозяйству.

— Словом, работа для Василия Яковлевича была главнее всего?

— Жил своей газетой, она для него была всё, «Восточка» прежде семьи и дома. Про него шутили: женат на «Восточке». Он с газетой был неразлучен, очень любил её. Дом домом, говорил, а газета есть газета. Но и его в редакции любили. Вот я сохранила поздравление на его 60-летие. В «Восточке» был свой ансамбль, назывался «Петит-Булак», и на известную мелодию песни Новикова «Вася-Василёк» этот ансамбль спел в честь юбиляра:

Тыщи снимков сделал ты

В Братске и Тайшете,

Близ Хайты и близ Мальты,

В Мондах и Тырети.

Ни денёчка не живёт

Без тебя «Восточка»,

В каждом номере даёт

Снимки Василёчка.

И припев: «Ой, милок, ой, Вася-Василёк!..» И так далее. Под текстом подпись: «От коллектива «Восточки» и от автора части строк с глубоким уважением Валерий Кашевский. 15 марта 1975 г.».

— Теперь это парадоксом кажется: жили беднее, но веселее и дружнее?

— «Восточка» вообще тогда очень интересно и интенсивно жила. Сотрудники издательства, где я с 22 лет работала, знали всех её сотрудников. Небольшой их коллектив дружил с нашим, тоже небольшим. Когда приезжали известные или прославившиеся люди, нас обязательно приглашали на эти встречи. Симонов Константин приезжал, Евгений Евтушенко, Вольф Мессинг даже сеанс устраивал! И на свои вечера тоже звали. Василий Яковлевич за фортепьяно садился и аккомпанировал журналисту «Восточки» Роману Вайнеру, он очень хорошо пел.

— А ваш муж случайно не был «курским соловьём»?

— У него тоже неплохой голос был, тенор. И врождённый абсолютный слух. Ноты знал, но обходился без них, подбирая мелодии. Играл на пианино, гитаре, аккордеоне, мандолине, а ещё у него были всякие свистульки, гармошки губные. Когда редакция переехала на Советскую, 109, они сохранили традицию совместных встреч, вечеров и праздников с издательством. Мы же были постоянно и тесно взаимосвязаны, подпитываясь из «Восточки» нужной информацией, сверяясь с её публикациями при необходимости во время работы над рукописями. А журналисты «Востсибправды» печатались у нас как авторы книг, брошюр, сборников. «Восточка» для многих иркутян родная газета, а тут уже непосредственно как одна семья.

— Служебный роман с «Восточкой»?

— Да, правильно! (Смеётся). Я по сегодняшний день вырезаю из неё и складываю в папочки нужные мне материалы или какие-то интересные публикации. Вот из последних – подборка текстов Гольдфарба о Марке Сергееве.

— Любопытно, какие же ещё газетные темы приоритетны для вас?

— Храню материалы, связанные с юбилейными датами Вампилова, с творчеством Распутина, собрала спорные мнения о Колчаке, дискуссионные публикации о роли декабристов, а также то, что связано с авторами книжного издательства и его историей, на темы краеведения всё вырезаю, поскольку занималась краеведческой литературой. «Восточка», кстати сказать, активно откликалась на все творческие и событийные новости издательства.

«Восточка», в частности, поместила на своих страницах наше коллективное письмо, когда мы все решили уйти из издательства, чтобы этим отчаянным жестом привлечь внимание властей и общественности к унизительно-бедственному положению книгоиздательства. Надеялись такой ценой спасти его. Однако рынок оказался сильнее нашего дружного костяка. Мы не вписались в рыночную экономику. Издательство всё-таки закрылось. Но невозможно забыть, как «Восточка» участвовала в перипетиях борьбы за его сохранение, поддерживала нас, публикуя наше обращение.

— Какую же судьбу вы прочите собранным за многие годы и даже десятилетия вырезкам из «Восточки», Аграфена Савельевна?

— Когда-то Семён Фёдорович Коваль, известный историк, предостерёг меня, чтобы я ничего не выбрасывала. Ведь подшивка подшивкой, а тут материалы уже систематизированы, тематически сгруппированы, по ним легче ориентироваться. Думаю, что всё собранное я просто передам попозже в музей города Иркутска. Как я уже передала туда материалы о замечательном главном редакторе издательства Александре Андреевиче Ровинском – старом большевике, сосланном в Сибирь на поселение, одном из первых почётных граждан Иркутска. И он, и директор Константин Владимирович Чуйко были люди очень порядочные, образованные, добрые и умели работать с коллективом, который при них и сформировался, задавая тон новичкам, проникавшимся постепенно тем же духом. Мы, семеро сотрудниц, до сих пор держимся вместе, друг у друга бываем, праздники и дни рождения отмечаем, а с остальными перезваниваемся.

Нам и потом повезло с руководителями – с директором издательства Юрием Бурыкиным и главным редактором Ростиславом Филипповым, который полюбил наш коллектив и работал с удовольствием. Оба они журналисты, а Слава ещё и поэт, мы тоже все члены Союза журналистов, так что дружба с «Восточкой» не ослабевала при них, а только крепла.

— В ваших семейных альбомах вижу много коллективных снимков востсибправдовцев… Узнаю многих, но не всех.

— Фотоархив Василия Яковлевича – это тысячи негативов. У меня есть тетрадь большая, где он фиксировал все свои снимки, что и когда сделал. Я передала в областной архив 600 с лишним негативов и храню их список. И дубликаты ещё храню, у меня их просят то одни, то другие, я их сейчас обрабатываю. Опишу и передам в музей г. Иркутска. Василий Яковлевич помимо всего руководил фотосекцией при Иркутском отделении Союза журналистов, передавал молодым свой опыт, а «Восточка» вместе с СЖ устраивали фотовыставки – во Дворце спорта, в филармонии, в кинотеатрах, даже на уличных щитах в проходе с улицы Карла Маркса на ул. Горького. А Фонд Вампилова организовал экспозицию его портретов иркутских литераторов в Доме писателей. Там их снимки начиная с 1952 года и далее: Юрий Левитанский, Анатолий Ольхон, Иван Молчанов-Сибирский, Георгий Марков, Франц Таурин, Константин Седых, Лев Кукуев, Гавриил Кунгуров, Пётр Реутский, Дмитрий Сергеев… Всех их я знала. Такая уж работа издательская, что она сближала нас и с газетой, и с писателями. Свои литературные пятницы они не начинали, пока мы не придём.

И вот один эпизод мне в память врезался. У нас был свой кукольный театр, тексты сочиняла Лина Иоффе, а мы изображали (смеётся). Как-то мы проводили утренник для детей писателей, тогда у Вампилова маленькая дочка ещё была, и, когда кукольное представление наше кончилось, она плакала, требуя продолжать его. Махонькая такая была, я эти слёзы её никогда не забуду.

— А сами, случаем, не плачете, что воспоминания ярче настоящего?

— (Смеётся). Когда мне приносят на корректуру рукопись из серии «Полярная звезда», я опять чувствую себя так, будто сижу в своём издательстве. «Восточка» теперь, возможно, не так часто праздники отмечает, но на свой юбилей они меня приглашали, хотя лично с Гимельштейном я не знакома. Мы дружили с Володей Козловским, бывали дома друг у друга, с его женой Зиной перезваниваемся. У неё дочка живёт в Болгарии, замужем, а сама Зина после кончины сына живёт с внуком и невесткой.

С Идой Дубовцевой былая дружба перешла в переписку, связь мы держали через Ларису Гайдай, а когда Ларисы Васильевны не стало, адреса у меня нет, контакт оборвался. Знаю только, что сын Дубовцевой не захотел в Америке жить, уехал с семьёй и уже несколько лет работает в Москве. С кем из восточкинцев встретимся случайно, долго говорим. С Эллой Климовой, например. А с Олегом Быковым то в доме Волконских общаемся, то в музее-усадьбе Сукачёва, то в Фонде Вампилова. Я Быкову передала целый пакет фотографий работников газеты.

— Вот эти лица мне хорошо знакомы: Володя Калаянов, Саша Князев, Виталий Белоколодов, Владимир Короткоручко… Всё коллеги вашего мужа. А это кто?

— Ступко Андрей, редактор «Восточки» 50-х годов, к нему и пришёл Вася. Бройдо Семён Михайлович – тоже редактор, мой-то Василий Яковлевич работал в бытность редакторами Елены Ивановны Яковлевой, Валерия Павловича Никольского, Геннадия Михайловича Бутакова… Тут Черепанов, Ходий Володя, Бетти Преловская, Лившиц, Горохов, Коваленко Виктор, Рязанцев, Ладейщиков, Арбатский Валентин, Новгородов Боря. С университета его ещё знаю, оба волейболом увлекались, славный был парень… Сколько судеб, характеров, талантов объединила «Восточка»! И сколько уже десятилетий она оперативно и всесторонне освещает жизнь нашего края. И культурную жизнь, и политические события, много внимания уделяет экономике. Я в ней читаю всё. И моё мнение, что газета все важные аспекты отслеживает. Считаю, что «Восточка» свои добрые традиции продолжает, чего от души желаю ей и впредь.

Беседовала Вера ФИЛИППОВА

Читайте также

Подпишитесь на свежие новости

Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Важное