издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Охотничьи правила

Москва делегировала Приангарью полномочия по охране животного мира и использованию его ресурсов

Согласно Федеральному закону № 258 «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с совершенствованием разграничения полномочий» (между центром и субъектами Федерации) с 1 января 2008 года многие функции, находящиеся до последнего времени в ведении федеральной службы Россельхознадзора, Москва передала на места — краям, областям, республикам. Конкретно — в руки региональных администраций, которые отныне будут заниматься охраной диких животных и среды их обитания, воспроизводством и использованием поголовья, мониторингом и его учётом. То есть всем тем, чем раньше занималась сама Федерация. А за Россельхознадзором оставлен контроль за полнотой и качеством исполнения переданных на места полномочий.

Новая служба

Решать эти задачи у нас при-звана служба по охране и использованию животного мира Иркутской области. Однако создание службы идёт трудно. Её руководитель Валентин Бороденко сетует: по подсчётам, штат должны составлять 120 — 150 человек, а центр считает, что хватит 29. Поэтому и профинансировал не полностью. Выделил 9,4 млн. рублей вместо необходимых 36 млн. — в четыре раза меньше, чем отпускал раньше на эти же цели федеральной службе, работающей в регионе. Ситуация складывается очень сложная — Москва объём работы обозначила, а денег под них не дала. Даже те средства, что положены, согласно утверждённому штатному расписанию, на содержание 29 человек, пока не получены. Поэтому в службе работают на сегодня всего четыре сотрудника. Иными словами, финансирование не началось, хотя пошёл уже четвёртый месяц, все документы Москвой утверждены, счета открыты.

— В управлении Россельхознадзора по Иркутской области и Усть-Ордынскому Бурятскому округу сокращены и уволены десятки охотинспекторов, поскольку они там теперь не нужны. В основном это высококлассные специалисты, отдавшие охотничьему хозяйству много лет и живущие преимущественно в районах области. По моей информации значительная их часть осталась не у дел. Вы можете их принять к себе на работу? — спрашиваю Бороденко.

— Конечно, — отвечает Валентин Петрович. — Они могли бы у нас продолжить свою трудовую деятельность по прежней специальности. Но принять их на службу, увы, не можем, пока не получим деньги. Чем мы будем платить им зарплату?

Валентину Бороденко 40 лет. Он родом из Тулуна. Выпускник факультета охотоведения ИСХИ. Работал прежде в Усть-Орде начальником охотуправления округа, заместителем начальника территориального управления Россельхознадзора, начальником отдела по охране животного мира департамента агропромышленного комплекса Иркутской области. Собственно, ему и пришлось по поручению губернатора Александра Тишанина создавать с нуля новую структуру, а затем возглавить её. В качестве руководителя службы даёт СМИ одно из своих первых интервью.

Хотя служба по охране и использованию животного мира Иркутской области ещё толком не встала на ноги, всё же сумела организовать проведение нынче послепромыслового учёта диких животных по так называемой системе ЗМУ — зимнего маршрутного учёта. То есть учёта зверей по следам на снегу.

Окончательных цифр пока нет, они уточняются и перепроверяются, но, по заверению Бороденко, общая численность копытных и пушных зверей остаётся стабильной. Как и в последние несколько лет. Этому способствовала также сравнительно тёплая прошедшая зима с невысоким снежным покровом.

А вот численность волка возросла по сравнению с 2007 годом ещё больше — с 3,5 до, примерно, 4 тысяч. Популяция этого хищника увеличивается постоянно и неуклонно из года в год, сдержать рост пока не удаётся.

Настоящих хозяев мало

— Там, где охотпользователь работает по-хозяйски, бережливо, там и с дикими животными всё более-менее в порядке, — замечает Валентин Бороденко. — А где этого нет, где экономят на зарплате егерей, охотоведов, уменьшают их штатную численность, там и ситуация хуже. Нет порядка, процветает браконьерство, нарушаются условия пользования дикими животными.

Валентин Петрович привёл в пример общественную организацию охотников и рыболовов Черемховского района, руководит которой вот уже много лет Владимир Шевцов. Здесь добычу зверей ведут аккуратно, умно. Например, диких кабанов отстреливают только селекционно. То есть берут полутора-двухгодовалых поросят, а производителей (маток и секачей) берегут для дальнейшего приплода. Наладили охрану промысловых угодий. Своевременно и качественно проводят биотехнические мероприятия.

Из крестьянско-фермерских охотхозяйств лучше всего дела обстоят в «Даниловском» (Баяндаевский район). Маралы и пятнистые олени здесь на полувольном содержании. Территория огорожена, но не вся. Оставлены участки естественной среды обитания зверей. Правда, и там люди заботятся о них — разрабатывают и засевают кормовые поля, ведут минеральную подкормку. Ну и, само собой, организована хорошая охрана территорий.

Система охотничьего хозяйства за последние годы часто реформировалась. Некогда государственные охотугодья, а по-существу ничейные, перешли в руки конкретных охотпользователей в лице общественных организаций охотников и рыболовов, промышленных предприятий, акционерных обществ или отдельных граждан, которые имеют право на охотугодья сроком до 25 лет. Это, конечно, не частная территория, но, согласитесь, аренда на четверть века позволяет хозяйствовать в тайге более эффективно. Бесхозных, совсем не закреплённых промысловых территории осталось не более 10 процентов. Это говорит о том, что худо-бедно, но в охотугодьях появился всё-таки заинтересованный хозяин, обязанный отвечать (и во многих случаях отвечающий) за всё, что в них делается. Заботящийся о дне завтрашнем. Хозяин таёжной территории имеет теперь возможность хорошо просчитать затраты на охотустройство, ожидаемую экономическую отдачу. Сколько, где и когда каких диких животных расселить, добыть. Сколько охотников могут посетить то или иное хозяйство, чтобы не нанести вреда живой природе.

Вопросы непраздные. Без их решения добиться в охотничьей отрасли стабильного успеха невозможно. Ведь настоящий хозяин должен беречь и приумножать популяции диких зверей и птиц, а не только бездумно их добывать.

Побродить в свободное от работы время с ружьём по просторам необъятной сибирской тайги, постоять с удочкой на берегу отдалённой речки или озера любят многие (в Приангарье насчитывается 55 тысяч охотников). А уж на Байкал, на рукотворные водохранилища Ангары поток рыбаков не ослабевает ни летом, ни зимой. Рыбацкие страсти и азарт тут разыгрываются нешуточные. Порой не меньше, чем на охоте. Когда видишь, как достают из-подо льда Байкала утонувшие машины рыбаков, обмороженных охотников, долго преследовавших лося, на ум приходит мысль: охота да рыбалка у нас, как в известной поговорке, пуще неволи. От бережного отношения всех этих людей к природе, к животному миру зависит, какое таёжное наследство мы оставим потомкам.

Надо сказать, и это радует, что культура промысла из года в год повышается. В том числе и на таком важном направлении, как заготовка пушнины. При этом численность, например, соболя на территории Приангарья поднялась в 2007 по сравнению с 2000 годом со 105,6 до 139,6 тысячи особей, белки — с 691,8 до 737,1 тысячи, зайца-беляка — со 168,6 до 196,1 тысячи, горностая — с 47,2 до 54,3 тысячи.

Цифры говорят также о том, что за последние 7 лет возросла численность крупных промысловых птиц: глухаря — со 194,5 до 579 тысяч, рябчика — с 1560,4 до 3903,9 тысячи, тетерева — с 385 до 854,6 тысячи, серой куропатки — с 23 до 27,4 тысячи.

Конечно, работать было бы намного легче и эффективнее, существуй специальный закон об охоте и охотничьем хозяйстве в РФ. Он бы позволил решить многие спорные и плохо пока решаемые вопросы, расставить все точки над «и». Но его пока нет. Охотпользователи вынуждены поэтому опираться в своей деятельности на документы, принятые ещё 20 — 30 лет назад в Советском Союзе, на устаревшие правила охоты, которые не вписываются в реалии нового времени, в современные российские документы, такие как Закон о животном мире (принят в 1995 году), Лесной кодекс (2006 год), Водный и Земельный кодексы. Соединить воедино новые и старые законодательные акты удаётся не всегда. Занятие это архисложное, неблагодарное и чреватое порой непредвиденными последствиями, ибо законы противоречат друг другу, трактуют те или иные действия в тайге совершенно по-разному.

Немного истории

Появление в начале нынешнего года службы по охране и использованию животного мира Иркутской области совпало по времени с 50-летием ассоциации «Росохотрыболовсоюз», которая официально отмечает свой круглый юбилей весной 2008. Это самая главная и по существу единственная общественная федеральная организация, которая объединяет, направляет работу всех охотников-любителей и рыбаков страны. В связи с этим в Иркутской области, как и по всей России, проводятся различные массовые мероприятия, соревнования, конференции. В частности, на май в Иркутске запланирована конференция охотоведов, на которую приглашены специалисты не только со всех регионов России, но и стран СНГ, Монголии.

Ну а если вести отсчёт истории неофициально, то и всероссийской, и Иркутской областной общественной организации охотников и рыболовов (ИООООиР), являющейся в Приангарье основным охотпользователем, лет намного больше. Ещё в 1871 году в Иркутске любители добычи диких животных создали Общество сибирских охотников, руководил которым по совместительству иркутский губернатор, генерал-лейтенант Константин Николаевич Шелашников. Событие это было настолько важным, что газета «Иркутские губернские ведомости» в номере за 21 ноября 1878 года опубликовала полностью его устав.

Общество стало активно развивать и охотничье собаководство. 7 — 9 августа 1903 года в Иркутске в летнем помещении общественного собрания, в Интендантском саду, состоялась первая выставка промысловых собак. Она пользовалась у горожан огромным успехом. Её посетили более тысячи человек. А душой выставки, одним из самых её активных организаторов, был большой любитель и знаток лаек, эксперт самых первых в России их испытаний по подсадному медведю (так называемых «садок»), участник польского восстания 1863 года, политссыльный Казимир Леопольдович Трэнко.

Официально же предшественницей нынешней ИООООиР можно считать возникшее в 1914 году в столице Приангарья Общество иркутских охотников. Председателем правления был избран Михаил Дмитриевич Огневский.

В советское время, в 1936 году, опять произошли структурные изменения. Как и большинство своих дел, коммунисты и тут всё начали с нуля. Старое упразднили, ввели новое. Создали при Иркутском областном комитете физкультуры и спорта Товарищество охотников и рыболовов, которое в 50-е трансформировалось в общество, а затем, несколько лет назад, в организацию.

Фото автора и из архива Иркутской областной организации охотников и рыболовов.

(Окончание в следующем номере)

Читайте также

Подпишитесь на свежие новости

Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер