издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Братское колесо истории

О Братской ГЭС принято говорить в превосходной степени. Некогда самую крупную в стране, а ныне входящую в тройку мощнейших гидроэлектростанций в России и в десятку в мире, сейчас ГЭС с почти полувековой историей называют «старушкой», которая активно модернизируется. В частности, на станции идёт замена рабочих колёс турбин. Это один из самых значительных инвестиционных проектов ОАО «Иркутскэнерго»: стоимость проекта установки шести новых колёс оценивается более чем в 400 млн. рублей. Выяснить, почему монтаж колеса весом 82 тонны требует не только финансовой, но и ювелирной точности, на Братскую ГЭС, закрытую с этого года для посторонних, отправились ЕКАТЕРИНА АРБУЗОВА и ДМИТРИЙ ДМИТРИЕВ.

Посторонним вход воспрещён

В целях безопасности с конца прошлого года территорию Братской ГЭС, как режимного объекта, закрыли для посетителей. Даже смотровая площадка на левом берегу перед плотиной теперь недоступна. «Раньше братчане часто заезжали сюда, свадьбы отмечали. Летом здесь очень красиво», – рассказал по пути в машинный зал ГЭС начальник отдела капитального строительства Борис Красноштанов. По его словам, к концу года закроют и правобережную площадку.

Впрочем, для нас в этот день многие помещения на территории ГЭС были открыты. Первой отворили дверь с табличкой «Убежище № 1» во временное убежище при ядерном нападении. В коридор, вдоль стен которого стоят двухъ-ярусные лавки, вмещается до двухсот человек. «Здесь можно отсидеться часа два после взрыва. Двери герметично закрываются, есть связь, вентиляция, запасы продуктов, – объяснил инженер производственно-технического отдела Александр Щеглов. – Особенно актуальна идея бомбоубежища была в 80-е годы во времена «холодной войны», хотя и сейчас помещение готово к эксплуатации».

В машинный зал ГЭС спускаемся на специальном лифте. От обычного он отличается только тем, что на стене установлен дисковый телефон и рядом с кнопками, кроме номеров этажей (всего их пять), – отметки положения относительно уровня Тихого океана. Мы опустились на 57 метров и к машинному залу пошли по галерее, в которой отчётливо чувствуется запах погреба. «Рядом овощехранилище для столовой ГЭС. Здесь стабильно низкая температура, всё нормально хранится», – сказал Александр Щеглов.

В холле машинного зала установлены новые турникеты, которые ещё не подключены. По словам Бориса Красноштанова, сейчас на объекте вводят систему электронных пропусков, а пока везде «зелёный свет»: посторонних-то на территорию объекта всё равно не пускают.

Политэкономия по-братски

В огромном машинном зале длиной полкилометра находятся 18 гидрогенераторов. Чтобы доходчиво объяснить принцип их работы, нас подвели к демонстрационному макету. Пока модель турбины крутится и светится, динамик женским голосом вещает об основных характеристиках Братской ГЭС. В советское время этот голос слушали министры, короли, президенты и космонавты, вспоминает Александр Щеглов, работающий на станции практически с момента её запуска. По его словам, первая запись в книге посетителей принадлежит известному кубинскому лидеру Фиделю Кастро, который был здесь в мае 1963 года. «Первый агрегат запускал сам Хрущёв (Никита Хрущёв, первый секретарь ЦК КПСС. – ВСП), дважды на ГЭС был Косыгин (Алексей Косыгин, председатель Совета министров СССР. – ВСП)», – говорит специалист.

По рассказам работников, на экскурсии постоянно приезжали иностранные делегации. Специально для этого макет оборудовали режимами на французском и немецком языках. Однако с декабря 2007 года экскурсии сюда проводят только по особым распоряжениям: ГЭС превратилась в стопроцентный режимный объект. «На днях получили приказ о том, что иностранцев вообще запрещается пускать без согласования с генеральным директором ОАО «Иркутскэнерго», – рассказал Борис Красноштанов.

Нам, как российским гражданам, экскурсию провели, причём показали даже чуть больше обычного. Как правило, маршрут для делегаций состоит из посещения демонстрационного макета, центрального пульта управления (там был специальный «аквариум», через стекло которого посетители смотрели на показания датчиков пульта) и холла машзала. Нам же показали ещё и пустую шахту турбины, где будет проходить замена колеса.

С ювелирной точностью

Гидрогенератор № 14, на котором обновят колесо, находится в конце помещения, поэтому нам пришлось преодолевать почти всю длину машзала, утирая испарину (тепло идёт от генераторов, которые, вращаясь, нагреваются). В пустой шахте турбины виднеется место под новое колесо. Мы спустились в шахту остановленного гидрогенератора по лестнице, выкрашенной в красный цвет. «Красный цвет напоминает о возможной опасности, повышает внимательность работников», – пояснили провожатые. Для оповещения здесь же висит большой громкоговоритель. В самом низу, в двери диаметром чуть больше полуметра, просматривается место, куда должна поступать вода.

Старое колесо было демонтировано в течение нескольких часов и отправлено на металлолом. Как говорят специалисты, при нынешнем уровне эксплуатации оно бы проработало ещё 20 – 30 лет. В демонтаже старого колеса и установке нового были задействованы около 70 работников дочернего предприятия «Гидроэнергосервис-ремонт».

Замена детали весом почти 82 тонны, диаметром 5,8 метра и высотой 13 метров требует ювелирной точности. При монтаже специалисты ловят десятые доли миллиметра. «Представьте балансировку автомобильного колеса. Тут то же самое, только вращается горизонтально и размеры значительно больше», – пояснили работники. Процедура монтажа и демонтажа турбины привычна для станции: ежегодно при капитальном ремонте разбирают по три гидрогенератора.

На Братской ГЭС уже заменили два колеса турбин, на которых был самый низкий КПД – 88-89%. «Низкая производительность была связана с тем, что при строительстве станции в советской промышленности проектировали всё впервые, не обращаясь к западным образцам. Опыта было мало, так что не обошлось без шероховатостей и ошибок», – рассказал директор Братской ГЭС Виктор Рудых. По его словам, на ухудшение работы турбин повлияло и то, что вначале станция пускалась на пониженных напорах. Это увеличило износ металла и изменило лопасти деталей. «Вопрос о замене рабочих колёс возник ещё в 70-е годы. Было принято соответствующее постановление, но технологии не позволяли сделать колёса с лучшим КПД. Тогда, посчитав экономическую составляющую, мы выяснили, что этого делать не нужно, – вспоминает руководитель ГЭС. – Позже появились новые технологии, и в 2004 году было решено реализовать проект».

Первое обновлённое колесо гидрогенератора запустили весной 2007 года, второе – в конце марта этого года. После замены деталей КПД агрегатов стал равен 95%. За счёт разницы в 7% ГЭС вырабатывает дополнительную энергию. По информации Виктора Рудых, за 9 месяцев 2007 года ГЭС произвела дополнительно энергии более чем на 30 млн. рублей. «Окупаемость проекта оказалась даже выше, чем мы ожидали», – сообщил директор. Общая стоимость контракта замены колёс составила порядка 400 млн. рублей, но сейчас идёт пересмотр затрат, так как в сумму должны войти расходы на проведение конкурса, проектирование. По приблизительным подсчётам, замена одного колеса обходится в 58 млн. рублей. Последующие колёса обойдутся компании дороже. В результате стоимость контракта может достигнуть 500 млн. рублей.

Третье колесо пока что лежит в начале машзала. Подъёмным краном его перенесут к шахте, установят и запустят в сентябре этого года. Четвёртое колесо на станции рассчитывают получить в октябре. На ГЭС рабочие колёса доставляют на грузовом самолёте «Ан-124». При разгрузке у него поднимается нос, откуда вытаскивают колесо. Уникальность такой перевозки в том, что колесо доставляется целиком, так как, в отличие от старых, не разбирается. В этом, как свидетельствуют специалисты, и плюс в работе, и сложность при перевозке. Такую деталь приходится доставлять только воздушным или морским путём, как, например, на Богучанскую и Усть-Илимскую ГЭС. Железная дорога этот груз не выдержит. На Братскую ГЭС колёса прилетели из Санкт-Петербурга, где находится их производитель – «Ленинградский металлический завод» (ЛМЗ). Необычный рейс и перевозка до ГЭС каждого из трёх колес обошлись компании примерно в 10 млн. рублей.

Выбор ЛМЗ был сделан в результате конкурса. По рассказу исполняющего обязанности главного инженера Виктора Писарева, станция запросила у разных производителей варианты колёс. По ценовому фактору выиграл ЛМЗ. Завод разработал компьютерные модели турбины, а после провёл испытания на реальном макете, где диаметр колеса был равен всего 40 см – в 14,5 раза меньше оригинала. С ЛМЗ на Братскую ГЭС должны прибыть ещё три колеса, два из них – только в следующем году. «На этом проект закончится. После этого мы сделаем вывод по эффективности проекта. Если результаты будут положительными, то, скорее всего, мы продолжим замену», – сказал Виктор Рудых. Возможно, производителем опять будет выбран ЛМЗ. «Заказывать каждый раз проектные работы у разных производителей очень дорого», – считает Виктор Писарев. Если будет произведена замена остальных колёс, то через несколько лет получится станция с совершенно новыми гидротурбинами, которые проработают ещё как минимум 50 лет.

Интеллект ГЭС

Как рассказал Виктор Рудых, проект по замене колёс турбин – это лишь часть непрерывной модернизации ГЭС. По его словам, на станции постоянна только плотина, остальное оборудование обязано обновляться. «Всё, что вы видите, это только оболочка. Внутри всё заменено уже на два-три раза, – сказал директор. – История станции – путь реконструкции и модернизации».

В этом году на станции закончили замену 17 воздушных выключателей линии на 500 киловольт. Вскоре на ГЭС приступят к замене выключателей на линии 220 киловольт.

Кроме того, ведётся реконструкция гидрогенераторов, производится полная замена вторичной коммутации, переход на цифровое оборудование. Ежегодно на модернизацию Братской ГЭС уходит около 300 млн. рублей – пятая часть всех расходов станции. Затраты, по мнению специалистов, оправданы, так как на Братскую ГЭС приходится до 40% выручки её владельца – компании «Иркутскэнерго».

Ещё один крупный проект по замене центрального пульта управления завершился в 2007 году. К «мозгу» ГЭС мы идём через следующий уровень машинного зала, ниже прежнего ещё на шесть метров. Здесь находятся мастерские и душевые, на выходе – теннисные столы, за которыми в обеденный перерыв играют сотрудники. Перед дверью, ведущей к центральному пульту, рядом с кодовым замком висит список допущенных. Пульт представляет собой массивный стенд с датчиками, приборами, ключами, индикаторами и лампочками. Он установлен на месте бывшего «аквариума» для посетителей. Стоимость нового оборудования составила 27 млн. рублей.

Из этого помещения контролируется подача электроэнергии по всем направлениям. К слову, почти половина линий электропередач ГЭС отходит к Братскому алюминиевому заводу (БрАЗ). «Братская ГЭС первична. Уже после был задуман завод в рамках советского понятия территориально-производственного комплекса, – говорит директор станции. – БрАЗ решили построить рядом с ГЭС, так как сырьё в таком случае выгодно доставлять с любой точки земного шара. И сейчас на БрАЗ везут глинозём, к примеру, из Австралии, Гвинеи». Станция загружена только на треть – табло высвечивает 1,450 млн. киловатт из 4,5 млн. возможных. Причём за десять минут этот показатель успевает измениться несколько раз. «Каждые сутки собираются заявки от потребителей и составляется баланс, в зависимости от которого планируется график нагрузки станции. Несмотря на быстроту, все эти изменения заранее известны и просчитаны», – рассказал Александр Щеглов. В день нашего визита ввиду низкой загруженности на станции в резерве стояли несколько гидрогенераторов, которые могли запуститься в любую минуту.

Новейшая история

Несмотря на то что все данные поступают на компьютеры пульта в электронном виде, замеры с каждой турбины продолжают фиксировать по старинке – на бумаге. О прошлом напоминает и мраморная мозаика с изображением Ленина во всю стену в зале заседаний ГЭС. Говорят, что убирать её ни в коем случае не будут: работа принадлежит известному красноярскому художнику. «Это ведь тоже наша история», – объясняет Александр Щеглов. В этих стенах немного старомодной кажется и преемственность кадров, принятая на станции, где работают целые династии энергетиков.

У Братской ГЭС, богатой историей, нет собственного музея, но есть отдельные экспонаты, например, тот же демонстрационный стенд или мемориал первому строителю Братской ГЭС Ивану Наймушину, который мы видим на обратном пути. Всё остальное наследие братских гидростроителей и энергетиков хранится в объединённом музее истории ОАО «Иркутскэнерго» в Иркутске. Но и сейчас на ГЭС продолжают сохранять уже новейшую историю. На выезде с территории станции недавно установили оригинальный памятник – одно из старых колёс турбины.

Читайте также

Подпишитесь на свежие новости

Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер
Важное