издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Простите нас, мальчики!

Когда совершается преступление против ребёнка, прежде всего возникает мысль о том, почему он оказался беспомощным и одиноким в экстремальной ситуации. Разве не гарантированы ему самим статусом птенца внимание и забота, защита и покровительство не только родителей, но и всей стаи? Особенно когда ему грозит опасность.

Преступная неосторожность

Горько читать приговор, вынесенный молодой матери за «причинение смерти по неосторожности» собственному сыну. Эта трагедия случилась в одном из посёлков Чунского района. Мальчика, которому было чуть больше года, мама усадила купаться в ванну. Так женщина поступала уже не раз. Она наливала немного тёплой воды и оставляла малыша плескаться с игрушками. Ребёнок с удовольствием булькался, давая маме возможность заниматься домашней работой и периодически приглядывать за чадом. Этот порядок вещей стал в семье дежурным. Но в тот роковой вечер всё закончилось ужасно. Мама младенца совсем ненадолго вышла к соседке, чтобы позвонить мужу, находившемуся на заработках. Каких-нибудь пяти-шести минут её отсутствия оказалось достаточно, чтобы мальчик дотянулся до крана, открыл горячую воду, обжёгся, упал и захлебнулся. Когда хозяйка вернулась в квартиру, ванна уже наполовину была заполнена водой, бежавшей из крана, а её сын лежал на дне лицом вниз и не подавал признаков жизни. Попытки матери спасти его с помощью искусственного дыхания были напрасны, приехавшая «скорая» констатировала смерть.

Конечно, несчастной женщине, допустившей преступную небрежность, впору посочувствовать и самой. Ведь она любила своего малютку и очень тяжело пережила всё случившееся. Боль чудовищной утраты тем тяжелее для неё, чем острее она чувствует свою вину. Чёрное горе свалилось на всю семью. И всё же, если бы невольная преступница не покидала квартиру, пусть даже на считанные минуты, она услышала бы, как ребёнок вскрикнул, когда ошпарился. И тогда, вероятно, успела бы оказать ему помощь. А если бы она вообще не полагалась на «авось» и наблюдала за малышом во время купания, то и вовсе не произошло бы ничего плохого. Ведь недаром умудрённые опытом люди со времён царя гороха твердят: «За малым дитём – глаз да глаз». А ещё прибавляют: «Ребёнка не стоит баловать, но необходимо беречь».

Оксана Т., чей крошка утонул, оставленный без присмотра в ванне, Чунским районным судом приговорена к году условного наказания. Но она никогда больше не увидит своего милого карапуза.

Аккумулятор ценою слёз

Совсем маленьким детям жизненно важно, чтобы мы всегда были рядом и опекали их. Когда они подрастают, им порой очень хочется досрочной самостоятельности. Подростки часто закрываются от старших, стремятся сами решать свои проблемы. И тут от нас требуются обострённая чуткость, желание и умение почувствовать переживания и тревоги своих детей. Если всеведение любви нам откажет, это может обернуться для них самыми страшными последствиями. Так случилось с Мишей С. из Братского района.

Двенадцатилетний парнишка поддался на уговоры старших товарищей и выменял у них на аккумулятор от родительской машины желанную потеху – магнитофон. Договорились обменянными ценностями пользоваться до лета (дело было в феврале). Вскоре Мишина бабушка хватилась аккумулятора и устроила внуку разнос. Она потребовала, чтобы он срочно вернул вещь домой. И меняла-бедолага отправился к трём приятелям, чтобы дать сделке обратный ход. Ребятам не понравилось, что мальчик не смог соблюсти условия обмена до конца срока, и они решили ему жестоко отомстить. Негодяи, одному из которых, Сергею, было семнадцать, второму, Стасу, – пятнадцать лет, а третий не достиг возраста привлечения к уголовной ответственности, договорились принудить младшего товарища совершить с ними по очереди сексуальные действия в оральной форме. Так и поступили.

Когда ничего не подозревавший Миша пришёл к парням для разговора, они стали избивать его во дворе. Били основательно, кулаками, ногами. Потом затащили в дом дяди одного из преступников. Дядя был дома, но особой помехи для насильников не представлял, так как, сидя на кухне, наслаждался бутылкой. Впоследствии он покажет на суде, что оставался в абсолютном неведении, чем несколько часов занимались в его жилище племянник с дружками. Закрывшись в комнате, злодеи стали заставлять побитого и перепуганного подростка «обслуживать» их по очереди. Миша, конечно, отказывался. Тогда Стас начал угрожать ему ножом и пообещал: если будет упрямиться, его зарежут, а труп сожгут в печке. Этот ультиматум малец воспринял реально, намерения тройки мучителей выглядели нешуточными. Ребёнку пришлось подчиниться. Ужасным и нескончаемым показалось ему проведённое с палачами время. Когда хозяин дома заходил в комнату и пакостникам приходилось прерываться, вся компания выходила во двор и скрывалась в сарае, где продолжались издевательства над беззащитным пареньком.

Домой Миша вернулся вечером. Он был избит и подавлен, долго плакал. Бабушке пришлось потрудиться, чтобы вытянуть из него сбивчивый рассказ о событиях ужасного дня. Конечно, женщина обратилась в милицию. Было возбуждено уголовное дело. Подумала ли тогда потрясённая бабушка, какой ценой она заставила внука расплатиться за необдуманный ущерб хозяйству? Может быть, вместо того, чтобы гнать мальчишку за пресловутым аккумулятором, стоило разобраться с этой ситуацией на уровне взрослых? Тогда и Миша не стал бы жертвой насилия, и его обидчики не вступили бы на преступный путь.

Несовершеннолетние Сергей и Стас приговорены каждый к четырем годам условно. Третий соучастник насилия в силу своего малолетства от уголовной ответственности освобождён. Да, с точки зрения уголовного закона, как сказано в приговоре Братского районного суда, действия виновников преступления «не повлекли за собой тяжких последствий для потерпевшего». Но кто заглянет в тёмную ночь детской души, отравленной унижением и ужасом?

Детоубийца

Кровь стынет в жилах, когда читаешь материалы дела в отношении гражданки Алыбаевой Елены Вячеславовны, жительницы посёлка Вихоревка Братского района. Рядом с её злодеяниями меркнут ужасы самой кровавой шекспировской трагедии «Тит Андроник», а безумная леди Макбет кажется рождественской снегурочкой. Поэтому мы и не скрываем личность женщины под псевдонимом.

Елена Алыбаева родила двоих сыновей. Муж её сел в тюрьму, и с этого момента детство мальчиков-погодков стало кошмаром. Мать привела в дом сожителя, а собственных детей возненавидела. Юра и Сережа всегда были голодны. Мать не давала им есть, говорила: не заработали. На улицу мальчиков тоже не выпускали, чтобы не жаловались соседям на тяжёлую жизнь. Они сидели под замком без пищи. Время от времени еду им приносила родная бабушка, мать Елены, просовывала в форточку, чтоб хоть немного поддержать отощавших внуков. Иногда, вытащив через ту же форточку самих малышей, их угощал обедом сосед, другие соседи тоже подкармливали через окно. Приходя домой, мать издевалась над сыновьями, жестоко наказывала за то, что хотят есть или просятся в туалет. Била руками, ремнём, верёвкой, шнуром и тростью, сдавливала ногтями половые органы. Садистка сажала детей на раскалённую плиту, прикладывала их ручки к горячему обогревателю, заставляла браться ладошками за оголённые провода, подвешивала к потолку вниз головой, на ночь привязывала к креслу, сажала на цепь. Бывало, что из-за истязаний дети попадали в больницу.

Все эти безобразия не нуждаются в комментариях. Имя им – бесчеловечность. Женщина, которая могла совершать такое, утратила право называться женщиной, матерью, человеком. Но почему же никаких мер не приняли находившиеся вокруг люди? Никто не обратился в официальные органы с требованием призвать изуверку к ответу. Даже её мать, бабушка беззащитных детей. Наверняка в посёлке многие судачили о жуткой обстановке в семье Алыбаевой, сокрушались о горькой доле мальчуганов. Но ни один человек не вступился за них в полный голос. Так, вольно или невольно, земляки помогли надвигавшейся трагедии стать неотвратимой. И она не заставила долго ждать.

Однажды зимним вечером Алыбаева вернулась домой вместе со своим сожителем Смолиным и застала детей за запретным занятием. Мальчики сумели освободиться из комнаты, где были заперты (голодные дети выломали дверь своей темницы), нашли картошку, почистили её и сварили. Мать и её любовник застигли их за едой. Два ребёнка, затравленных, истощённых, парализованных нескончаемым страхом, оказались во власти звериной ярости двоих бессердечных взрослых. Старшего, Серёжу, убили на глазах у маленького Юры. А Юре пригрозили, что, если кому-то расскажет об этом, с ним будет то же самое. Смолин избивал Серёжу, пока мальчик не впал в беспамятство. Ребёнок ещё сутки оставался без сознания, но мать и не подумала оказать ему помощь, позвать врачей. Умершего спрятали сначала в сарае, потом унесли под мост и закопали втайне, как бездомную собаку. Долго ещё Елена Алыбаева вводила в заблуждение и свою мать, и школу, и соседей, говоря, что её первенец находится в гостях у родственников, в отъезде. Обманывала она и органы соцобеспечения, получая пособие на обоих детей, в то время как одного из них уже не было в живых, брала гуманитарную помощь в организациях Красного Креста.

Так или иначе, тайное стало явным. Мучительница собственных детей ответила перед законом и была осуждена сразу по нескольким статьям Уголовного кодекса. Ей вменили неисполнение родительских обязанностей и жестокое обращение с детьми, а также то, что она оставила своего сына в беспомощном состоянии и укрыла его убийство. Признали её виновной также и в мошенничестве (манипуляциях с незаконным получением денежного пособия на ребёнка). Как гласит судебный протокол, «по заключению стационарной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы Алыбаева обнаруживает признаки органического поражения центральной нервной системы, однако это не лишало её возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими». Иначе говоря, изуверка признана вменяемой и приговорена Братским районным судом к шести годам лишения свободы.

Маленький Серёжа никогда больше не увидит солнечного света, не услышит пения птиц, не получит в школе хорошую оценку. Его жизнь оборвалась, едва начавшись. А как сложится жизнь Юры, прошедшего через такое раннее и страшное испытание, один Бог знает. И чем можем мы, взрослые, искупить вину перед детьми, пострадавшими из-за нашего недогляда или равнодушия?

Фото Евгения КАРМАЕВА

Читайте также

Подпишитесь на свежие новости

Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер