издательская группа
Восточно-Сибирская правда

Горькое женское «счастье»

Более десяти лет из своей милицейской жизни я прослужила в дознании, и, конечно же, до сих пор впечатления от семейных трагедий не уходят из моей памяти. Впечатления тяжёлые. Наверное, поэтому помню многие имена тех, кто терпел хамство и насилие. И никак не могу понять, почему наши женщины позволяют себе быть жертвами.

Помню женщину средних лет, у которой, на первый взгляд, всё было благополучно и пристойно в семейной жизни. Две дочки-красавицы, квартира, дорогая машина, добропорядочный супруг. Но на самом деле… Много лет она терпела унижения, побои и даже настоящие издевательства. Не спала ночами, прятала синяки на теле, никому не жаловалась: ведь стыдно. Но однажды скрыть трагедию оказалось невозможным. Женщина обратилась в больницу с гематомами на лице – не пойдёшь же на работу с таким избитым лицом. Медикам она пыталась объяснить, что случайно упала сама, но врачей же не обманешь. Они вмиг поняли, что пациентку просто избили. И сообщили в дежурную часть ОВД. Вот так я впервые увидела её.

Между прочим, меня она тоже пыталась сначала убедить в том, что «сама виновата». Я спорить не стала; оформила её показания и… попросила зайти в кабинет мужа, чтобы тот подтвердил её слова. Муж держался «королём» и даже пытался облить супругу грязью, намекнув на то, что, мол, «не знает, с кем была, пришла домой уже с синяками».

И тут потерпевшая не выдержала. Заплакав, она стала высказывать мужу всю свою обиду, всю накопившуюся за годы совместной жизни боль. А потом сказала: «Больше тебя не прощу!».

Выслушать мне пришлось многое. Просто не укладывалось в голове, как человек с высшим образованием, успешный и с виду такой воспитанный, может быть извергом. Пришлось возбудить против мужа уголовное дело по двум составам преступления: за угрозу убийством и за нанесение телесных повреждений. Но… спустя пару дней она пришла ко мне и попросила прекратить уголовное преследование мужа, так как ей «стыдно родственников, соседей и знакомых». Уж как-нибудь потерпит.

Насилие над женщиной. Оно разное: психическое, сексуальное, физическое, экономическое. Но женщины терпят. Не обращаются в милицию, в крайних случаях идут к врачам, никому, даже самым родным, не доверяют своей страшной тайны. Просто терпят. Молча. Чтобы «соседи не догадались». Но если чаша терпения переполняется и они всё-таки идут за защитой в милицию, то и тогда их решительности хватает ненадолго. Через несколько дней приходят и просят свои заявления обратно: муж раскаялся, просил прощения. И они прощают. Но «семейное счастье» длится недолго, и вновь скандалы, пьянки, унижения при детях, побои. О детях я говорю сейчас не случайно. Жертвы – не только матери, но и дети, на глазах которых творятся такие безобразия. Сколько страха приходится испытывать им; какое сквернословие касается их ушей; сколько ненависти копится в их неокрепших душах! Почему женщины, не желая жертвовать мнимым «благополучием», забывают или жертвуют душевным, а часто и психическим здоровьем своих детей?

Меня всегда поражала и поражает детская память. Если их мамы «вдруг забывают» какие-то страшные детали, то малыши помнят всё: и то, чем «папа бил маму», и то, что при этом говорил или кричал. Дети, пока их с возрастом не «научила жизнь», обманывать не могут. Помню девочку, по-моему, лет восьми, разработавшую целую тактику общения с пьяным отцом. Во-первых, она весь вечер прислушивалась к отцовским шагам в подъезде: она уже знала, когда он возвращается трезвый, а когда – пьяный. Если он, по её мнению, был сильно пьян, девчушка предупреждала мать, пока отец ещё не переступил порог. Во-вторых, когда папаша заходил в квартиру, малышка пыталась отвлечь его внимание на себя, чтобы к маме «не придирался». Терпела его побои и брань, давая маме убежать от распоясавшегося «главы семейства». А потом убегала сама. После они обе стояли под дверьми своей квартиры, прислушиваясь к тому, что творится за ней. И заходили лишь тогда, когда стихали шаги и пьяное бормотание. Разве она одна такая – девочка, лишённая детства? Такой ли должна подрастать будущая женщина, мать? Что передаст она своим малышам, какие идеалы сформируются в её сознании?

Так почему же мы, женщины, позволяем своим «сильным половинам» издеваться над нами и над нашими детьми? Почему просто миримся с уделом жертв и не находим в себе силы защитить своё человеческое и женское достоинство?

Бытует мнение, что в милицию обращаться зазорно, что милиция «всё равно не поможет». Но это ведь совсем не так! Знайте, если вас систематически избивает муж и вы при этом более трёх раз фиксировали в медицинском учреждении свои побои, то ваш «суженый» вполне может ответить перед законом за истязания. Это предусмотрено статьёй 117-й Уголовного кодекса РФ.

Хочу дать совет: не прощайте даже одного удара. Не зря старые люди говорят: ударил один раз, жди второго удара. Кстати, за нанесение побоев можно привлечь к уголовной ответственности по статье 116, а по статье 115 Уголовного кодекса РФ – за причинение лёгкого вреда здоровью. Я напоминаю об этом потому, что большинство россиянок не знают своих юридических прав, не ведают, к кому обращаться, даже если и хотят это сделать. А ведь Уголовным кодексом учтены фактически все ситуации, сопряжённые с человеческим, в нашем случае – с женским унижением. Вплоть до статьи 119-й, предусматривающей наказание за угрозу убийством или причинение тяжкого вреда здоровью.

Считается, что самое горькое одиночество – это одиночество вдвоём. Наверное, так оно и есть. Но кроме горького есть ещё и самое опасное одиночество, готовое в любой момент обернуться страшной травмой. Не только психической, но и физической, а то и смертью. Это одиночество при живом муже-садисте. Но выход всегда должен быть. Нужно только почувствовать в себе силы его найти. Не терпеть унижения, не быть жертвой, а найти в себе мужество и защитить не только своё достоинство, но и будущее своих детей.

Ольга КОШКИНА, майор милиции, инспектор по связям со СМИ штаба Черемховского ГОВД

Читайте также

Подпишитесь на свежие новости

Мнение
Проекты и партнеры
  все
Свежий номер