Первая встреча Святослава Рериха, младшего сына русского художника, путешественника и общественного деятеля Николая Константиновича Рериха с индологом, путешественницей и писательницей Людмилой Шапошниковой состоялась в 1968 году. Святослав Николаевич в это время жил на юге Индии в своём имении, недалеко от города Бангалор. Он так же, как и его отец вёл огромную общественную и просветительскую работу и был выдающимся художником, творчество которого любили не только в Индии, но и во всём мире.

С первой встречи и до конца жизни Святослав Рерих был учителем, другом и соратником  Шапошниковой. Он стал для неё проводником в философское учение космической реальности под названием «живая этика».

Людмила Васильевна, изучая живую этику, прониклась идеями этого учения. Она обладала уникальной способностью о сложных вещах вселенского масштаба говорить просто. Свои книги она снабжала превосходным фотоматериалом.

В юбилейный, 1974 год столетия Рериха Людмила Васильевна снимала фильм о Центрально-Азиатской экспедиции. Во время съёмок она поняла, что надо ещё раз самой не торопясь, обстоятельно пройти по маршруту Рерихов, осмысливая значение этой экспедиции для человечества. Свою мечту она осуществила в период с 1975 по 1980 годы. Само путешествие заняло чуть более года, остальное время она продолжала работать в МГУ, изучала материалы предстоящего маршрута, подолгу ждала разрешения на зарубежную командировку. Она прошла почти весь путь Центрально-Азиатской экспедиции, исключая китайскую его часть, в связи со сложной международной обстановкой.

Своё путешествие она начала летом 1976 года с Алтая. Рерихи в 1926 году жили в селе Верхний Уймон и делали радиальные маршруты по республике. Собирали легенды, предания, проводили раскопки, изучали геологию, делали фотоснимки и, конечно же, Николай Константинович писал картины.

«Легенды о вестниках, легенды о кладах. Они оплодотворили творчество Рериха-художника и придали его картинам то волнующее своеобразие, за которыми стояли воспоминания о каких-то забытых тайнах и утерянном знании. Легенды живут в народе и сейчас. И многие из них навеяны таинственным миром пещер. Поэтому Рерих так интересовался этими пещерами. Он пытался найти в них реальную основу красивых и необычных легенд Алтая»,– пишет Людмила Васильевна в своей книге «По маршруту Мастера». Чтобы повторить этот маршрут, надо было сесть на лошадь и преодолеть сотни километров по бездорожью и по опасным горным тропам. Несмотря на все трудности конного путешествия, Людмила Васильевна успевала замечать красоту окружающей природы и со свойственным ей образным, художественно-поэтическим мировосприятием воспевать её в своих книгах и фотографиях. Людмила Васильевна, как и Николай Рерих, изучала пути миграции народов. Она высказывала интересные мысли о том, что  не только поиски новых пастбищ двигали кочевниками, но и космические циклы, пробуждающие в людях стремление увидеть новые земли, обогатить свою культуру новыми знаниями.

Экспедиция Рериха в сентябре 1926 года миновала Иркутск, проследовала по Кругобайкальской железной дороге до Верхнеудинска (Улан-Удэ) и через Кяхту спустилась в Монголию. Людмила Васильевна проехала тем же путём за исключением Кругобайкальского участка. К тому времени был проложен другой путь из Иркутска до Слюдянки через Олхинское плато.

Монголия встретила Шапошникову как долгожданную гостью. Люди, с кем ей приходилось общаться, относились к ней с уважением и заботой. Перед ней раскрывались двери древних монастырей, проводники показывали самые сокровенные исторические памятники древней Монголии, а природа приподнимала завесу над своими тайнами. Так в пустыне Гоби Людмиле Васильевне и её проводнику посчастливилось видеть редкое природное явление – мираж времени. Похожий мираж видел Николай Константинович Рерих на болотах Цайдама. У всех троих он вызвал ассоциацию с древними храмами Атлантиды, ушедшей под воду.  Существует легенда о том, что на месте пустыни Гоби было море,  простиравшееся до самых Гималаев. Посреди него был большой остров с белыми дворцами, который затонул, как и Атлантида.

Все, с кем соприкасалась Шапошникова, стремились помочь ей в изучении своей страны и следов Центрально-Азиатской экспедиции Рерихов. В своей книге она пишет: «Их (Рерихов) помнили везде. С тех пор прошло около пятидесяти лет. Следы экспедиции замели пески и смыли вешние потоки. Они сохранились лишь в памяти людей. И не только в памяти тех, кто видел Рерихов и знал их, но и в памяти потомков этих людей».

Судьба свела Людмилу Васильевну с академиком Ринчином, крупнейшим историком Монголии, автором исторических романов. «Это прекрасно, что вы решили пройти по маршруту рериховской экспедиции. Рерих умел выбирать маршруты и умел многое предвидеть. Его мысли были неожиданны и парадоксальны. Но впоследствии многие из них были подтверждены. Не забывайте этого», — сказал он в беседе с Шапошниковой. Далее Людмила Васильевна пишет: «Уезжая из Урги, Рерих подарил Ринчину кольцо. Серебряное кольцо, на котором были выгравированы три круга. Знак, о котором монголы знали еще в древности. Так всплыли в нашем разговоре слова «Шамбала» и «Махатма». Ринчин знал санскрит, поэтому он и называл учителей этим словом — «Махатма». Он поведал о визитах Махатм в Монголию. Многое в его рассказе совпадало с тем, что сообщил сам Рерих в экспедиционных дневниках. Ринчин был уверен, что Николай Константинович и его жена Елена Ивановна были связаны с великими душами. «Мы не произносим слово «Шамбала» всуе, — сказал он. — За ним стоит великая реальность. Учёным пора исследовать её и очистить от наслоений времени и религиозных предрассудков. Рерих сделал в этом отношении первый шаг. Те, кто идут по его следам, должны понимать это».

Тогда Людмила Васильевна ещё не знала, что судьба ей подарит встречу с одним из таких великих учителей Востока – загадочным Ламой. Но об этом чуть позже. Сейчас же перенесёмся в 1979 год. Людмила Васильевна, наконец, попадает в Индию, чтобы пройти маршрутом Центрально-Азиатской экспедиции.

Первым пунктом её путешествия был Ладакх – страна гор и снегов. Николай Константинович в своих дневниках отмечал, что нигде ему так легко и радостно не работалось, как здесь. Это обстоятельство он связывал с доброжелательностью, трудолюбием, пунктуальностью, неприхотливостью местного населения. Он писал, что на протяжении всей экспедиции, только в Ладакхе быстро и качественно им удалось собрать караван для продолжения маршрута. И проводниками они выбрали ладакхцев, которые  зарекомендовали себя с самой лучшей стороны на протяжении всего путешествия. Людмила Васильевна тоже отмечала, что спустя 50 лет люди остались такими же – трудолюбивыми, пунктуальными, аккуратными. Нигде она не успевала сделать за день столько дел, сколько успевала в Ладакхе.

Она шла по следам экспедиции, осматривая вехи, обозначенные Рерихом в дневнике «Алтай – Гималаи». Вот две каменные стелы с изображением Майтрейи возле Драса, вот камень с петроглифами, похожими по стилю на Северо-Американские и Сибирские. Подошедший старец рассказал ей о Гэсэре – герое и царе Тибета, Монголии, Бурятии, Ладакха, и что эти камни являются метками Гэсэра, по которым он вернётся в эти места и уничтожит всё зло на земле. Этот рассказ подтвердил то, что записал в дневнике Рерих, тоже называя эти камни знаками  Гэсэра, и увязывая изображение круторогих козлов неолита с древним солнечным культом.

Людмила Васильевна посещала монастыри, которые посетили Рерихи. Многие из них принадлежали древней добуддийской религии бон. Она отметила, что на переплетении, взаимном проникновении двух религий бон и буддизм возник ламаизм. В монастыре Тиксе главный лама допустил её до тантрической службы, хотя до неё никогда и никого чужого на эту службу не допускали.

От учёного ламы Палдена она услышала о Шамбале и учении Калачакра – колесо времени, в котором говорится о единстве макро- и микрокосмоса, о единстве человека и Вселенной и о взаимовлиянии их друг на друга. С 1950-х годов Далай-лама проводит массовые посвящения в Калачакру. «Простым людям непонятен таинственный ритуал посвящения, но их сердца отзываются на космический ритм, который они слышат в словах мантр и молитв, в пении и звуках труб и барабанов. Их души и сердца меняются в этом посвящении, в них капля за каплей вливается новое сознание. Сознание наступающей эпохи Майтрейи», — писала Людмила Васильевна. Такое массовое посвящение прошло в Ладакхе в 1976 году. О нём ей рассказал учёный лама. Оно сопровождалось проливным дождём, сильным ветром и продолжалось четыре часа, но никто не ушёл, ибо во время него сошлись воедино время, учитель, место, учение и воспринимающие это учение. «Нарушить это соответствие – значило сбить таинственный ритм времени и космоса, которые звучали в тот день в унисон». Ладакхцы назовут проявление стихии «испытанием Шамбалы». Однажды один из знакомых Людмилы Васильевны по пути в монастырь Ше спросил её: «Вы видели железный мост через Инд? <…> Так вот, в одном древнем пророчестве сказано, что когда построят железный мост через Инд, наступит время Шамбалы. Вот оно и наступает».

В Ше Людмила Васильевна сфотографировала ту ступу, которую написал Рерих в своей картине «Ше. Ступа», и ещё раз удивилась точности изображения. Ше – перекрёсток пути Будды и Христа. В монастырях Ладакха знали о посещении этих мест Иисусом, о чём свидетельствуют древние манускрипты, хранящиеся в некоторых из них.

После Ладакха Людмила Васильевна продолжила своё путешествие по Кашмиру, красотой которого не уставала восхищаться. Всё в этой горной стране было красиво: и природа, и люди, и их ремесленные изделия. Вся Кашмирская долина была наполнена красотой. Здесь она соприкоснулась с культом матери мира и в очередной раз столкнулась с культом нагов. Нагами называли источники, нагами были мифические герои и цари, нагами были живые реальные люди. Объяснение по этому культу она получит от одного из великих Махатм Индии, которого называла просто «Лама».

Вот как она об этом рассказывает: «В своем путешествии по Гималаям я столкнулась не только с культом нагов, но и встретила человека, который дал мне важные объяснения по этому культу. Он не сообщил мне своего имени, и поэтому я называю его просто Ламой. На всем протяжении моего маршрута я видела его трижды и трижды имела с ним продолжительные беседы». Одна из них состоялась в Чамбе, горной столице одного из бывших гималайских княжеств, куда Людмила Васильевна попала весной 1980 года после путешествия по Кашмиру и Джамму.

В ходе этой беседы Шапошникова ознакомилась с мыслями Ламы о мифологическом мышлении, о культе нагов и об учителях человечества. В заключение беседы Лама сказал: «…многое вам предстоит еще постигнуть. И многое понять. И на этом пути вы каждый раз по-новому будете осмысливать то, что я вам сказал, будете открывать для себя новые глубины, мимо которых вы прошли во время долгой нашей беседы. Желаю вам успеха».

Много интересного и даже фантастического с точки зрения обывателя  происходило с Людмилой Васильевной на Гималайском маршруте Центрально-Азиатской экспедиции. В коротком очерке обо всём не расскажешь. Отсылаю вас к её книге «Великое путешествие». Но хочу поделиться с вами некоторыми соображениями.

Людмила Васильевна провела в путешествии чуть более года, семь месяцев из них в высокогорьях Гималаев. Она встречалась с королями, сидхи, риши, оракулами, учёными ламами, настоятелями монастырей – всё это были высокодуховные люди. Они открывали ей тайные знания, давали ответы на возникающие вопросы, учили её, расширяли сознание, меняли мировоззрение и энергетику.

О путешествии Людмилы Васильевны по следам Рерихов, как о важнейшем этапе в её жизни, можно сказать её же словами, относящимися к Центрально-Азиатской экспедиции: «…экспедиция была главным свершением в жизни Николая Константиновича Рериха. Вся предыдущая его жизнь была подготовкой к ней, вся последующая – работой над её результатами».

В заключение я хочу привести некоторые выводы, которые Людмила Васильевна сделала, идя по маршруту мастера.

«Материал культурно-исторического комплекса Гималаев помог определить и осмыслить одно немаловажное обстоятельство, связанное и с Центрально-Азиатской экспедицией и с исторической концепцией самого Рериха. Николай Константинович пометил своими вехами именно непреходящие элементы в культурной традиции тех народов, с которыми он имел дело на экспедиционном маршруте. Эти вехи не утратили своего значения и сейчас. Как не исчезли и не утратили своего значения старинные крепости и монастыри, древние святилища и легенды, изначальные земледельческие праздники и культ солнца».

«Весь путь экспедиции был красив. Красота жила в скалах и сверкании горных снегов, в узорных листьях деревьев и голубизне горных рек, в прозрачности горного воздуха и в зыбучих песках, в жемчужных туманах и в разноцветье альпийских лугов. Она жила в людях, в их внешности, в их поступках. Это сочетание Красоты с большой буквы с исторической значимостью мест, по которым проходила экспедиция, поражало, заставляло задумываться и размышлять над ролью тех связей, которые существуют между природой планеты и историей обитающего на этой планете человечества. Мы ещё не до конца осмыслили эти связи. Но то, что они существуют, взаимодействуют и взаимовлияют, в этом нет никакого сомнения».